стоит подставка для микрофона и несколько украшений. Школьники заполнили почти всё

пространство в спортивном зале. Лили и Риз возвращаются из туалета, держась за руки, прокладывая путь через толпу. Лили выглядит довольно привлекательно, но, конечно, не

так, как Риз. Хотя для Диего, мне кажется, она выглядит как богиня, потому что с того

момента, как мы сюда приехали, он не может оторвать от неё взгляда.

— Я знаю, — говорю я быстро, прежде чем прочистить горло и улыбнуться им.

Диего опускает взгляд, увидев Лили, и на моем лице появляется ухмылка. Риз смотрит на

меня, не понимая, в чем дело.

— Черт, я забыл телефон в машине, — говорю я, изображая гримасу. — Риз, пойдем со

мной?

Лили и она переглядываются, и я клянусь, что они как-то общаются взглядом. Точно так

же, как и Диего, который смотрит на меня с выражением типа "Чувак, что ты творишь?", но

я просто продолжаю улыбаться, чтобы всё выглядело нормально.

— Эмм, да, — отвечает, наконец, Риз. — Мы скоро вернемся, — говорит она, бросив

взгляд на Лили, перед тем как начать тянуть её через толпу.

— Где твой отец? — спрашиваю я, оглядываясь вокруг. Мы не пришли сюда, чтобы

танцевать под медленные песни на танцполе, где обычно потеют подростки, а чтобы

шпионить за Брюсом и попытаться узнать больше о зловещем плане Ариадны и

Джастина, который они замышляют, чтобы избавиться от нас. Да, у нас все складывается

чертовски хорошо.

— Лили меня убьет, — отвечает она, игнорируя мой вопрос.

— Не убьет, — говорю я, едва повернув голову. — Очевидно, что она влюблена в Диего, и

видно, что он тоже. Мы только помогаем им. — Говорю я, едва поворачиваясь.

— Откуда ты так уверен? — говорит Риз, отрываясь от моего захвата и останавливаясь, чтобы сложить руки на груди.

— Диего оставил Саймона с Пейтон только для того, чтобы прийти на этот чертов бал, а у

Лили нет пары, потому что она ждала, что он приедет, — говорю я, внимательно на неё

смотря. — Можем уже искать Брюса?

— Что...? — говорит она, запнувшись и оставив фразу незаконченной. Потом вздыхает. —

Он должен представить королей бала, так что он не должен быть далеко.

— Отлично. Пойдем в его кабинет, — говорю я.

— Ты говорил, что забыл телефон в машине, — напоминает она.

Я достаю телефон из кармана и подкидываю его в воздух.

Она закатывает глаза и начинает идти.

Мы почти выходим в коридор, когда меня останавливает голос.

— Эй, ты, парень! — оборачиваюсь и вижу тренера Джонса, который смотрит на меня.

Черт. — Да, тебе говорю, игрок номер четырнадцать. Подойди сюда.

Мы с Риз обмениваемся взглядами, и она вздыхает.

— Подожди меня здесь, — говорю я, прежде чем вернуться к тренеру. — Это займет

секунду. — Она кивает головой, сложив руки на груди.

— Обещай мне, что не двинешься с места, Расселл, — говорю я снова. Не могу терять её

из виду, особенно когда Ариадна и Джастин замышляют что-то, о чём мы ещё не знаем.

— Обещаю, — отвечает она, закатывая глаза.

— Скоро вернусь, — говорю я, подмигивая ей и разворачиваясь. Я бы её поцеловал, но

её отец где-то рядом, и я не хочу рисковать.

— Ты пропустил последние два тренировки, — начинает меня ругать тренер, как только я

подхожу. — Ты что, бросить хочешь, а?

— Нет, сэр, — говорю я. — То есть, тренер. — сразу исправляюсь.

— Через неделю начинаются соревнования, а без тебя, парень, команда не готова.

— Извините, был немного занят, — говорю я, надувая щеки.

— Ну, надеюсь, что ты не будешь занят для следующего тренировки, потому что, если

пропустишь — выгоню из команды.

— Не пропущу, обещаю, — говорю я, быстро пытаясь убежать.

Хотя на самом деле мне нужно сдержать это обещание, потому что, если не пройду в

команду, у меня не будет шансов на спортивную стипендию, и когда мы поймаем анонима, закончится моя жизнь в доме Расселл, так что у меня не будет ничего, что можно было бы

делать, и вряд ли меня возьмут на любую обычную работу с моим послужным списком. А

это значит, что я буду чертовым бомжом. И это полное дерьмо.

— Ладно. Удачи, парень, увидимся на следующей тренировке.

Я кидаю дружеский жест головой и поворачиваюсь, чтобы вернуться к Риз.

Единственное препятствие? Риз уже не там.

— Да не может быть, — ворчу я вслух.

Прохожу через толпу, толкая людей, пока они не начинают жаловаться, пока не нахожу

Диего и Лили, которые танцуют медленный танец, прижимаясь друг к другу.

— Извините за вторжение, — говорю, привлекая их внимание с немного сбившимся

дыханием. — Но вы не видели Риз?

Они быстро расступаются и качают головами. Черт возьми.

Я разворачиваюсь и снова начинаю толкать людей, чтобы выйти, когда встречаю одну из

подруг Риз, Карол.

— Эй, ты не видела Риз?

— Нет, прости. — Я сжимаю кулаки, чтобы успокоиться, и глубоко вдыхаю. Я оставил её

одну всего на минуту. Где, черт возьми, она? Если с ней что-то случится...

— Я знаю, где она, — говорит голос, который я ненавижу, поворачиваясь и улыбаясь мне.

Ариадна. Рыжая кладет руку мне на плечо и подходит к уху.

— Пойдем со мной, — шепчет она, прежде чем взять меня за руку и начать тянуть.

И вместо того, чтобы оттолкнуть её, я пытаюсь сдержаться и позволяю ей вести меня.

Потому что если я что-то и знаю, так это то, что это часть её чертового плана, о котором

они не знают, что мы в курсе.

И, похоже, она говорит правду. Очевидно, она знает, где Риз.

Она у них.

РИЗ

Хотя нам и не хочется это признавать, Эрос и я чувствовали влечение друг к другу с

самого момента нашей встречи.

Мы делали всё возможное, чтобы это избежать. Я даже возненавидела его, и знаю, что он

меня тоже не терпел. Но всегда оставалась та сильная вибрация в воздухе, которая

заставляла меня чувствовать себя живой, когда он был рядом. Эта неотразимая

искушение всегда было, между нами, для нас обоих. В середине всей этой неразберихи

нам пришлось встретиться. И хотя я пыталась, я не могла его ненавидеть, потому что

однажды, без предупреждения, он спас меня. И он делал это больше раз, чем мне

хотелось бы признать, с того дня.

После всего, что мы пережили, не было сложно начать любить друг друга. И самое

важное — доверять.

Я полностью доверяла ему. Моя жизнь была в его руках, и он никогда не позволял ей

упасть, даже когда мы оказались прямо в центре чертового землетрясения, против

которого мы не могли бороться.

И это — то, о чём Ариадна Тейлор и Джастин МакГрей не учли, разрабатывая свой глупый

план.

Губы Ариадны судорожно двигаются по губам Эроса, её руки скользят по его шее, и меня

начинает тошнить от этого зрелища.

Эрос выглядит в шоке, у него нет времени на реакцию, когда она вдруг поворачивается и

делает удивлённое лицо в мою сторону.

— О боже, Риз, мы не хотели, чтобы ты узнала так...

Эрос смотрит на меня, и я вижу панику на его лице. Он не знает, что делать. Он вытирает

рот рукавом своего смокинга и смотрит на нас обеих, качая головой. Он снова и снова

пытается сказать мне, что это не правда, что всё, что я увидела, было спланировано, не

говоря уже о плане.

Оба ждут моей реакции. Реакции гнева. Ярости и злости.

Они оба надеются, что я разозлюсь и побегу прочь. Но этого не будет.

Эрос и я решили сыграть, и мы играли с преимуществом. Мы знали, что у них есть план.

И это определенно его часть. Я уверена в этом.

Я подхожу спокойно к Ариадне, делая медленные шаги и глубоко дыша.

Когда я подхожу к ней, я смотрю ей прямо в глаза.

— Знаешь что? — она выглядит озадаченной. Не отвечает, просто стоит там, ожидая, что

я скажу. — Я хотела сделать это уже давно.