Словно ведомая невидимой нитью, я, спотыкаясь, шла вперед. Несмотря на то, что была очарована окружающей обстановкой, я не забывала держаться в тени, лавируя между посетителями праздника и деревьями. Когда лагерь птицоидов скрылся из виду, я усмехнулась. Я сделала это. Снова превзошла Саксона.

До моего слуха донеслась сладчайшая песня. Вдалеке кто-то играл на флейте. Наверняка там танцевали люди.

Я ускорилась и обошла деревья, следуя за звуком. Казалось, что за один день количество деревьев удвоилось. Хорошо. С этого момента мне нужно лучше наблюдать за окружающей обстановкой, чтобы не чувствовать себя так, будто я попадаю в совершенно новый мир каждый раз, когда выхожу из шатра Саксона.

Меня мало кто узнавал. Те, кто узнавал, шептали своим спутникам:

— Это Стеклянная принцесса. — после трех лет упорной работы в Храме я почувствовала, что заслуживаю нового прозвища. Может быть, Металлическая Девчонка? О, какая славная ночь.

— …раскроил ему череп кулаком, — говорил один горгон другому, когда я проходила мимо очередного костра. — Я превратил его мозг в камень и разбил его в пыль.

Мимо меня, спотыкаясь, прошел волк и рыгнул.

Я запнулась, когда увидела Трио. Он разговаривал со полуодетой смертной женщиной.

— …но за золотую монету можно купить час, — сказала она, проводя пальцем по его груди.

— За золотую монету, я буду ждать, что ты встанешь на колени…

Идем дальше. Я поспешила вперед, казалось, что мои ноги знают, куда идти, как будто я проходила этот путь тысячу раз. Я не сопротивлялась, мне было интересно узнать, куда попаду. Когда я обошла большой дуб, все изменилось. Моя голова закружилась, и я покачнулась. Температура резко упала, зубы застучали.

Эм… Я развернулась. Что… как?.. Я попала в Зачарованный лес. Я навсегда запомнила лазурное сияние, исходившее от каждого кусочка коры, цветка и частички грязи.

Головокружение, которое почувствовала… Я ощущала его и с Евой, когда она использовала свою магию голоса. Но в этот раз я не была рядом с ней.

Я сильнее застучала зубами. Должно быть, я прошла через невидимый портал. Но где он сейчас? Я чувствовала… ничего. Как же мне вернуться в лагерь?

Борясь с паникой, я прислушивалась к любому намеку на смех, музыку или разговор. Но услышала кваканье лягушек… шорох листьев… треск веток… свист ветра. Я посмотрела налево, направо. Назад. Вперед. Снова влево. Вверх, вниз. Лес остался, никаких следов праздника.

Позади меня хрустнула ветка. Я резко обернулась, сжимая кулак. Впереди, освещенная одиноким лучом лунного света, целовалась пара так, словно скоро наступит конец света. Я сразу же узнала девушку. Эти крылья я никогда не забуду.

Ева.

Все-таки была рядом с ней. Хотя я не понимала, как и почему ее магия голоса привела меня сюда. И с кем она была?

Я ахнула, когда узнала ее партнера. Красноглазый фейри из сегодняшней битвы. Я обратила внимание на его мастерство, потому что его стиль был похож на стиль Саксона. В нем было все: и грация, и дикость, и грубая сила.

Ева целовала соперника Саксона. Неужели она вступила с ним в сговор? Работала против Саксона? Подвергала его опасности?

Я… Мне было все равно. Потому что я не хотела… абсолютно не хотела… тратить ни минуты на переживания о мужчине, который оставил меня в шатре страдать.

Но я бы рассказала ему о том, что увидела. Может быть. Возможно. Я сомневалась, что он мне поверит, так зачем беспокоиться? Его солдат, его проблемы. Кроме того, он только разгневается на мое посещение праздника и снова накажет.

Всякий раз, когда мой отец расстраивал мою мать, она говорила:

— Я буду заботиться о своей собственной жизни, потому что чужому злу всегда приходит конец.

Мудрый совет. Я им воспользуюсь.

Медленно я отступала от целующейся пары, теперь на сто процентов уверенная, что буду заниматься своей собственной жизнью и держать язык за зубами. На девяносто пять процентов. Восемьдесят. Восемьдесят процентов. Хорошие, твердые семьдесят… шестьдесят пять процентов.

Саксон не заслужил моей помощи. Конец истории.

С другой стороны, Ева была частью «Маленькой Золушки». Если я была Золушкой, а я ею была, а Саксон — принцем, возможно, тогда Ева могла быть злой сводной сестрой. Тогда нам с Саксоном придется объединиться, чтобы победить общего врага. По мере того как будем работать вместе, мы станем друзьями. Потом он влюбится в меня. Тогда ему придется забыть мои преступления. И я оставлю его глотать мою пыль.

Ладно, я была уверена на пятьдесят процентов, что буду держать язык за зубами.

— Бу!

Я резко развернулась. И снова Ноэль и Офелия появились из ниоткуда в нескольких футах от меня.

— Фух. — прошептала я: — Что вы здесь делаете?

— Вот ты где, — сказала Ноэль обычным тоном. Конечно, она проигнорировала мой вопрос. — Ты не могла подождать нас пять минут? Конечно, мы даже не пытались догнать тебя, потому что были слишком заняты обыском шатра Саксона, разыскивая спрятанные ништяки, пока я не вспомнила, что забыла предупредить тебя избегать наших магических порталов. Что, вероятно, не имеет смысла, если ты не знаешь, что тебя тянет к магическим порталам Офелии, в то время как других они отталкивают.

Именно тягу к порталу я и ощутила.

Не успела я задать свой вопрос, как Офелия пожаловалась:

— Это все, что от меня хотят. Люди покупают у меня личные порталы. Теперь я — скромный мастер порталов. Сноска в каждой истории. Не важнее сапожника.

— Или говорящей мыши, — услужливо добавила Ноэль.

Нахмурившись, я спросила:

— Почему меня тянет к твоим порталам? Чем я отличаюсь от других? — и, о чудо. Еще одна разница между мной и другими девушками. Ничего страшного. Ну и ладно. Все было нормально.

Глядя мимо меня, Офелия крикнула:

— В следующий раз постарайся лучше закрыть свои «семь минут в раю». Эшли тянет к его магии, потому что я добавила кое-что в заклинание Саксона, ведь я такая добрая. И потому, что последствия доставят мне немало удовольствия. Кроме того, разве у вас обоих нет работы?

Кое-что? Для меня? В заклинание Саксона? Она имела в виду звуковой барьер вокруг шатра или что-то другое?

Ева и ее фейри посмотрели в нашу сторону. Они пробормотали проклятия и ушли. По привычке я сжала в руке мамино кольцо. Не попытаются ли они потом загнать меня в угол, чтобы пригрозить на случай, если я вдруг решусь поделиться их секретом? Или Ева сразу же побежит к Саксону и расскажет, что непослушная Эшли улизнула, да еще и соврала, что видела ее с фейри?

Ноэль и Офелия обошли меня, взяв за руки. И повели вперед.

— Я ничего не понимаю, — сказала я.

— Но однажды ты поймешь, и разве это не самое главное? — спросила ведьма.

Нет. Я хотела знать сейчас.

— Куда мы идем?

— Мы, конечно, возвращаем тебя на праздник. Я уже повеселилась. — Офелия похлопала меня по руке. — Теперь буду смотреть, как ты развлекаешься.

Ноэль прижалась щекой к моему плечу, как будто мы были лучшими подругами много лет.

— Ты действительно разозлила своего принца птицоидов. Хорошая девочка.

Она говорила про будущее или прошлое?

— Ты хочешь, чтобы я разозлила Саксона?

— Зачем мне желать, чтобы ты его злила? Он мой друг. — она нахмурилась, на ее лбу образовались складки. — Думаю, кому-то нужно впредь иногда внимательно слушать.

— Но ты только что сказала… — о, неважно. Какое мне было дело до того, разозлила я или еще разозлю принца? Он и так меня недолюбливал.

— Кстати, — сказал Ноэль. — Я оставила подарок в твоей спальне. Пожалуйста. Когда увидишь его, закричи. Ты будешь рада, что сделала это.

Подарок? Для меня?

— Бесплатно? — лучше уточнить.

— Почти. Но не волнуйся, ты мне уже заплатила. — она невинно заморгала. — Разве не помнишь? Ты подарила мне одну из своих разработок. Кинжал с шипами.

— Нет. Я точно не давала тебе ни одной из своих разработок. — я никогда никому не давала свои разработки.