Я произнесла его имя вслух… не так ли?.. он наконец оглянулся через плечо, и его взгляд цвета виски нашел меня. В его взгляде была такая… ярость с оттенком тоски.

Этот парень жаждал моих страданий.

У него были длинные ресницы, высокие скулы и мягкие губы. Сильную челюсть покрывала щетина. Волосы по бокам были сбриты, но верхние пряди отросли. От него исходила опасность…

Дрожь пробежала по моей спине, когда он перевел внимание на кольцо моей матери, а затем снова поднял взгляд на меня, поражая чистой ненавистью.

Следующий удар сердца чуть не свалил меня с ног.

— Завтра начнется турнир за руку Диор, — сказал король. — Если бы ты была нормальной девушкой, Эшли, ты бы стала призом. Но увы. Мужу важно, чтобы его жена пережила брачную ночь.

Позади меня раздался смех, вызвавший цепную реакцию внутри меня, и мое тело покрылось холодным потом.

Саксон наслаждался моей неловкостью, медленно и лукаво улыбаясь. Обнажив свои безупречные зубы.

— Надеюсь, ты готова, принцесса. — его глубокий, хрипловатый голос прозвучал в моей голове, как вызов. Проклятие. — Твоя жизнь скоро изменится, и не в лучшую сторону.

Я затаила дыхание, глядя на отца, который поднялся на ноги.

Король сказал мне:

— Уверен, ты не нуждаешься в представлении, Эшли. Принц Саксон согласился принять участие в турнире, и ты будешь выступать в качестве его королевского связного. Ты будешь выполнять его поручения. — его тон говорил о том, что, если я откажусь, то сильно пожалею.

У меня закружилась голова. Подчиняться Саксону в течение трех недель?

— Все ли участники турнира получают королевского связного? — вопрос вырвался сквозь стиснутые зубы.

— Только королевские особы. Я выбрал тебя на службу принцу Саксону, чтобы ты могла наконец полностью возместить свои прошлые проступки. Твои новые обязанности начнутся после первой битвы. Если он выживет, конечно.

Я сжала челюсть. Служить тому, кто послал своих людей навредить мне, когда я уже была изгнана?

— Нет, — сказала я, покачав головой. — Я не буду этого делать. — я уже достаточно натерпелась за преступление, которого не могла вспомнить.

Из толпы послышались вздохи.

И что? Я не откажусь от своих слов. Придется уговаривать отца.

— Принц Саксон был Роту вторым помощником, не так ли? Они лучшие друзья, преданные, как братья. Как ты можешь доверять ему? А вдруг он здесь, чтобы помочь королю Роту вернуть свое королевство?

У отца дрогнул мускул под глазом.

— Неужели я настолько глуп, что не посоветовался с оракулом? Меня заверили, что намерения принца столь же чисты, как и мои собственные. Что же касается тебя, Эшли? Ты будешь делать то, что я тебе скажу, а это значит, что ты будешь делать все, что скажет тебе птицоид. Без возражений.

Саксон повернулся ко мне, окинув меня пристальным взглядом. Я вздрогнула, покраснев.

— Король Рот вступил в союз со злой колдуньей, — сказал Саксон, — а принцесса Фарра предала мое доверие самым ужасным образом. — в его тоне звучала правда. — Я больше не заинтересован в помощи твоим кузенам.

«Я не должна спрашивать».

Но я это сделала, мое любопытство было слишком велико. Я должна была знать.

— Тогда чего ты хочешь?

Наступила пауза, прежде чем он тихо признался:

— Я живу для того, чтобы обеспечить тебе ту судьбу, которую ты так сильно заслуживаешь.

Саксон

«Наконец-то принцесса Эшли Чарминг-Анскелиса в моих руках».

Как я ее презирал. И все же, каждый раз, когда смотрел на нее, то чувствовал сильную и знакомую связь. Тягу, которую не мог отрицать. Чувство, что я наконец-то нашел недостающий кусочек головоломки, в котором так нуждалась моя жизнь. Чувство, что я нашел женщину, способную сделать меня счастливым.

Единственная, кого я признал бы своей суженой, как только мои крылья выпустили бы особую пыльцу, предназначенную только для нее. Но это чувство было ложью. Оно мучило меня и в других жизнях, но я так и не произвел на свет ни малейшей пылинки любви.

Это мучило меня даже в день похорон ее матери. В тот день я понял, что воспоминания о моих прошлых жизнях связаны с ней.

Нам было суждено быть вместе, но не как мужу и жене, не как любовникам и даже не как друзьям. Принцесса Эшли была реинкарнацией Леоноры Сжигательницы Миров, а я — реинкарнацией Крейвена Разрушителя. Мы были обречены на вражду.

Наша война длилась веками… просто не постоянно. Если мне не удастся положить конец ее террору в этот раз, вражда продлится еще несколько веков. В какой-то момент она уничтожит всю Энчантию.

Так что нет. Она не была моей суженой. Я положу конец ее террору, и неважно, какие границы мне придется для этого перейти. И тогда я стану королем, в котором нуждался мой народ.

Тот, в ком они всегда нуждались.

Я не жил в Птичьих горах более десяти лет. Не знал своих солдат, а мои солдаты не знали меня. Я им тоже не очень нравился. А мне было все равно. Пока я не докажу свою храбрость, так или иначе, они будут относиться ко мне также, как и до этого. Когда-нибудь это произойдет, я не сомневался. Они узнают мои способности и мои сильные стороны. Я буду их тренировать.

В качестве дополнительного бонуса я мог полностью уничтожить короля Филиппа. Благодаря королевскому оракулу по имени Ноэль, которая, как ошибочно полагал Филипп, работал на него, я знал, что король надеется использовать турнир для устранения всех, кто угрожает его правлению, или поддерживает Рота, или когда-то оскорбил его великую гордость.

Он даже не подозревал, что Ноэль — мой друг и союзник… а я — его главная угроза. За то, что он украл королевство Рота, я украду жизнь Филиппа. «Всегда возвращай вдвое больше, чем причитается». Это был путь птицоидов. Рот не был одним из них, но я любил его как брата и вершил правосудие от его имени.

Я просто должен был дойти до конца турнира, а затем нанести удар. Ноэль утверждала, что нет другого способа получить все, о чем мы мечтали.

Итак, я использую этот турнир, чтобы понаблюдать за королем, изучив его сильные и слабые стороны, чтобы тайно защитить всех, кто предан Роту, чтобы продемонстрировать свое мастерство своему народу и получить неограниченный доступ к Эшли. Я мог бы лучше организовать ее смерть. Это все, о чем я мечтал, как и было обещано. Но все обязанности, которые возлегли на мои плечи…

Я проигнорировал пустоту в животе. За все свои беды я получу великую награду. Сейчас время праздновать, а не жаловаться.

Хоть я и не смогу полностью возместить ущерб, причиненный мне Леонорой в прошлом, я добьюсь некоторой компенсации за неспровоцированное нападение принцессы Эшли на похоронах ее матери. Я усмехнулся. К тому времени, когда я закончу с ней, она захочет умереть.

К своему ужасу, я не мог просто убить девушку, как того желал Крейвен. Я не мог дать ей шанс возродиться и начать нашу войну в четвертый раз. Нет, я должен ослабить ее. Когда турнир закончится, Офелия наложит на нее спящее заклинание, и Эшли… Леонора… никогда не постареет, не проснется, чтобы причинить кому-то вред, и никогда не умрет.

Птицоидам никогда не будет больше угрожать ее магия огня или армия драконов. А Леонора всегда выращивала армию драконов.

Драконы существовали в эпоху Крейвена, но затем, похоже, вымерли. Во время моей второй жизни чешуйчатые существа были не более чем легендой. Потом Леонора сумела собрать новую армию, и я узнал, что матери-драконы хоронят свои яйца по всей Энчантии, и эти яйца могут жить сотни лет, совершенно не разрушаясь.

В этой жизни драконы снова стали сноской в учебниках истории. И все же Офелия сказала ему, что Эшли уже нашла четыре яйца. Еще одно доказательство ее истинной личности.

Поэтому, пока я буду заниматься всем остальным, мне нужно будет предотвратить вылупление яиц Эшли.