— Конечно, о Господин.

— Конефно, о Гофподин, — передразнил огромный демон. — Сколько тебя сейчас активно? В скольки мирах ты сейчас действуешь?

— Тридцать семь, Господин, — промедлив секунду, признался Дзимвел. — Из них девятнадцать — в Паргороне, остальные — в восьми других мирах.

— Через три недели создашь тридцать восьмого и пойдешь в мир под названием Хвитачи. Не бывал там?

— Нет, Господин.

— Будешь под началом Охотницы. Паргорон там представляют она и Купец.

— Могу ли я спросить, каковы мои задачи?

— Подносить им напитки, открывать перед ними двери, все такое. Ничего сложного, ты справишься.

Дзимвел почтительно поклонился. Корграхадраэд насмехается, конечно, низводит его до положения пажа. Но присутствовать на саммите Темных миров даже в таком статусе — это и правда большая честь. Там будут по-настоящему крупные фигуры и можно завести очень полезные знакомства.

А еще — сойтись покороче с Кагеном и Дорче Лояр.

К Кагену Дзимвел давно искал подход. Дружить с директором Банка Душ не менее важно, чем с Темным Господином. Да и наладить контакт с Дорче Лояр не помешает, пусть она и из конца списка. Даже слабейшие из демолордов — демолорды, а Охотница к тому же дочь Лиу Тайн и главный ее эмиссар.

К сожалению, ларитры к фархерримам относятся плохо. Они не нападают, не враждуют открыто, но максимально усложняют жизнь.

Например, ни один фархеррим не может работать в управляющих конторах — Учреждении, Бюро, Пароходстве и остальных. Бушуки могут, гохерримы могут, гхьетшедарии могут. Даже кульминаты могут, хотя и чисто в теории.

А фархерримы нет. Мол, они не высшие демоны. Не аристократы. Им нельзя учиться в Красном Монастыре, нельзя легально заниматься разведкой или дипломатией.

То есть именно тем, в чем они были бы хороши.

Исключение ларитры делают только для самого Дзимвела и других апостолов. Мол, вот они вполне тянут на высших демонов. А простые фархерримы… ну нет, простите, для них наши стандарты слишком высоки.

При этом апостолов приравнивают не к четвертому сословию — баронам, Дамам, вексиллариям, — а к простым высшим демонам. Считают их как бы особыми мещанами, вроде осознающих себя Жертвенных и Безликих.

Таких очень мало, поэтому у них есть некоторые привилегии.

— Ты славный малый, Пресвитер, — сказал Корграхадраэд, выдувая очередное кольцо дыма. Его лицо вдруг засветилось добротой. — Признаюсь — ты мне нравишься. Я знаю все о тебе. Ты всю жизнь посвятил Паргорону. Еще будучи смертным жрецом, ты приносил исключительную пользу — и продолжаешь ее приносить.

— Спасибо, о Господин.

— Да. За те годы, что ты мне служишь, у меня бывали нарекания, но незначительные и связанные лишь с нехваткой у тебя опыта. Ты молод и поэтому иногда совершаешь ошибки, но у тебя огромный потенциал, и ему нельзя дать пропасть. Ты можешь стать по-настоящему великим демоном. Ты хочешь стать демолордом, Дзимвел. Это здоровое желание. Клянусь Центральным Огнем, ты этого заслуживаешь.

Дзимвел насторожился. Слишком лестные слова. За такими следуют предложения, от которых невозможно отказаться.

— Твой народ мне тоже очень нравится, — сказал Корграхадраэд, задумчиво глядя вверх. — Лучший из проектов Мазекресс. Старушка надорвала здоровье, порождая вас, и вряд ли снова сумеет повторить этот материнский подвиг — да и нужно ли? Вы — ее шедевр. Такое впечатление, что она пыталась создать небожителей… в очередной раз. И опасно к этому приблизилась.

Дзимвел слушал, не перебивая. Ждал, когда начнется конкретика.

— Ты как вообще себя чувствуешь, Дзимвел? — с заботой спросил Корграхадраэд. — Не случается, например, вспышек перед глазами?

— Нет… — медленно ответил Дзимвел. — Почему?

— От внезапно вспыхнувшего нимба. Нет?.. А крылья перьями не покрываются?.. Отлично. Иначе тебе было бы сложно стать демолордом.

Дзимвел вздохнул. Кажется, в кальяне зелье бушуков. Хотя нет, он не стал бы во время серьезного разговора… или для него он не такой уж серьезный?..

— Вот что, Пресвитер, — убрал ухмылку с лица Корграхадраэд. — Мне нравишься ты и мне нравится твой народ. Но не все в Паргороне разделяют мои чувства. Хотя ты это знаешь. Некоторые считают вас, извини за выражение, мутными.

— Мутными?..

— У вас замкнутая община и даже собственная религия. Не бгопоклонничество низших демонов, не кодекс гохерримов, и не культ Древнейшего, которого мы все тут любим поминать по поводу и без повода, а что-то свое. Вы называете себя апостолами… но чьими?.. Мазекресс?..

— Это просто название, Господин, — спокойно промолвил Дзимвел. — У нас нет никакой религии. Безусловно, мы преданы Мазекресс, ведь она наша общая мать. Но Темному Господину Паргорона мы преданы не меньше. Как и самому Паргорону.

— Очень красивые и очень правильные слова, — одобрил Корграхадраэд.

— Если рассматривать демолордов Паргорона как темный пантеон, то мы, как предполагалось, были бы его посланцами, — продолжил Дзимвел. — Легатами, эмиссарами… или апостолами.

— Ты так думаешь? — осклабился огромный демон. — Ты так в самом деле думаешь? Ну что ж. К чему я, собственно, веду. Тебе ведь известно, что до вас Мазекресс неоднократно создавала… других существ. Много, много раз.

— Мне это известно, — кивнул Дзимвел.

— А еще ты, возможно, задавался мыслью, где они все. Куда делись эти ваши… старшие братья. Ты ведь жил в Легационите, так что наверняка слышал имя Абиссалиса.

— Слышал, — снова кивнул Дзимвел. — И видел. Мне известно, что он — сын Матери Демонов.

— Да. Известно. Но известно ли тебе, что подобных ему когда-то была целая тысяча?

— … Нет, — промедлив, ответил Дзимвел.

— М-да. А она была. Когда-то сородичи Абиссалиса точно так же жили в обители Мазекресс. Слегка даже опустошили окрестности, потому что их создали на основе Гламмгольдрига и парифатских Черных Пожирателей. А потом как-то так случилось, что они все… куда-то делись. В одночасье. С нами остался только Абиссалис — и он стал вице-королем Легационита, а это делает его титулованным аристократом. Все наши вице-короли принадлежат к четвертому сословию. Очень важные особы, огромная власть, почести и привилегии… просто в самом Паргороне показываются редко.

Дзимвел тут же вспомнил, что ему уже сулили должность вице-короля Легационита. Мазекресс что-то такое говорила… несколько туманно, правда, а потом словно забыла обо всем, и Дзимвел не стал напоминать.

— Нас хотят убить? — тихо спросил он.

— Кто-то хочет, конечно, — задумчиво произнес Корграхадраэд. — Всегда кто-то кого-то хочет убить.

Дзимвел напряженно молчал. Он с самого начала понимал, что над ними висит такая угроза. Прекрасно знал, что у них были предшественники, что Мазекресс и прежде не раз создавала высших демонов.

Но теперь, когда это прямым текстом сказал Корграхадраэд… сколько времени у них осталось?

Дзимвел полагал, что времени еще достаточно. Что фархерримов не тронут, пока их всего несколько сотен, и они тихо-спокойно сидят в своем урочище. Что их все еще не воспринимают как угрозу… слишком серьезную угрозу.

— Слушай меня, Пресвитер, — негромко произнес Темный Господин. — Если ты пожелаешь, то можешь стать вице-королем Легационита. Абиссалису там все равно надоело, он хочет сменить обстановку. Не нравится Легационит — получишь любую другую колонию. Вакоку, Ларму, Супензию, Горуганг, Многоостровье, Арробхеш, Врата Вечности… выбирай любую из наших жемчужин. Хочешь стать бургомистром Аркадии-Прайм? Очень красивый город. Обожаю там отдыхать.

— И все, что для этого нужно — остаться последним фархерримом? — медленно произнес Дзимвел.

— Ну что ты, ничего подобного. Просто… не разбрасываться. Занять высокую должность и на ней сосредоточиться. Управлять колонией и… все. Больше ничего. А там уж… да и что такого страшного, если последним будешь именно ты? Вон тебя сколько — скучно не будет!

Корграхадраэд расхохотался, обнажив кривые клыки.