— Не могу поверить, — снова заговорила о том же самом Кассакиджа. — Он же поклялся. Мы все поклялись.

— Ему было трудно преодолеть клятву, но он справился, — сказал Дзимвел. — Будем надеяться, что это уже убило его.

— Да… мне казалось, что он на такое не пойдет, — подавленно произнесла Кассакиджа. — Как это глупо. Мне казалось, что я его люблю. Я думала, что никогда не позволю мужчине меня обмануть. Не думала, что это так легко, когда слишком хочешь, знаешь… обмануться. Раньше со мной такого не было. Наверное, мне просто хотелось…

Она говорила все тише и тише, избегая встречаться взглядом с Дзимвелом, а потом замолчала совсем.

— Держись позади меня, — сказал тот вместо ответа. — Если я погибну — постарайся выжить. У тебя важная роль в плане.

— У тебя еще важнее, — криво усмехнулась Кассакиджа.

— Но у меня еще остались запасные Дзимвелы. А у тебя жизнь только одна.

Игуменья покривила губы и наконец взглянула Пресвитеру прямо в глаза:

— Я за тебя не голосовала. Мы с Кардашем и Маурой договорились проголосовать друг за друга и не голосовать за тебя.

— Я знаю, — ответил Дзимвел.

— Я не надеялась тебя обойти, но вот у Кардаша шансы были… особенно после Ромазара… Он говорил… он сказал… он собирался сделать мне предложение. После Башни Боли. Он недвусмысленно намекал. Но я… я не думала, что он замыслил… что он так легко нарушит клятву… он планировал совсем другое… хотел снова стать королем…

— Я знаю, — повторил Дзимвел.

Это было все, что он сказал, и Игуменья сделала вид, что ее очень интересует содержимое ее рюкзака. Надо как следует проверить, на следующем этаже может оказаться все, что угодно.

— А за кого голосовал ты сам? — не выдержала она, открывая дверь. — Теперь-то уже можно сказать.

— За Каладона, Дерессу и тебя.

Этот этаж Ао сразу не понравился. Предыдущий был как раз для нее — полоса препятствий. Словно огромная цирковая арена, на которой очень пригодились ее акробатические навыки. Она прыгала, бегала, кувыркалась, перепархивала со снаряда на снаряд, уворачивалась от мешков и булав, и ее не смущало, что внизу острейшие шипы, а сами препятствия тоже снабжены шипами.

Она даже немного повыделывалась, попозировала для Тьянгерии — детишки же обожают цирк!

Потом она увидела, что шипы смазаны ядом, который достал бы и высшего демона. Но это было уже потом, почти под конец, так что она почти и не волновалась.

А этот этаж совсем другой. Он сразу задает унылое настроение. Ночь, холод, мертвый городок, в «небе» светит иллюзорная луна, дует промозглый ветер и вдали кто-то воет. Либо реальное чудовище, либо звуковое сопровождение для антуража…

Скорее второе. Тьянгерия явно долго готовила свой игрушечный домик к приему гостей. Каждый этаж индивидуален, на каждом что-нибудь свое. Пустых нет, а декорации очень натуральные. Многие — очень живописные.

Ао подозревала, что так Тьянгерия компенсирует невозможность покинуть башню. Возможно, самые верхние этажи вообще превращены в прогулочные зоны и недоступны для игроков. В этом случае подниматься бессмысленно, и в конце концов она просто упрется в тупик.

Но иных вариантов у Ао не было.

Она уже привычно огляделась по сторонам. Прежде всего надо выяснить, обитаем ли этаж и если да, то кем. За шестьдесят два этажа она поиздержалась, в одних пушках уже кончился заряд, что-то сломалось, а лазерную винтовку сожрал монстр, похожий на помесь жабы и бегемота.

Просто «ГАМ!» — и все. И нет винтовки. И хорошо, что только ее.

Сама Ао сбежала от него, сверкая пятками. Слава Матери, что создала их такими быстрыми и ловкими. Если сравнить высших демонов Паргорона по физическим возможностям, фархерримы уверенно на втором месте.

Гхьетшедарии, конечно, летают и телепортируются, но если отнять у них демоническую силу, они будут лишь немногим сильнее людей. Чечпоки. Никчемные.

Что касается бушуков, то они, ну… четвертьрослики. Короткие ручки, короткие ножки. Лишенного магии бушука можно забить пинками.

А кэ-миало без демонической силы смогут… они вообще останутся живы, если их ее лишить? Они же голые мозги. Наверное, все же останутся, но не смогут даже шевелиться, так что они где-то в хвосте.

Ларитры… с ними сложно. Они сами чистая демоническая сила. Если их ее лишить — что случится? Они застрянут в фальшивых телах или просто развоплотятся?

Ну в любом случае фархерримы на втором месте.

На первом, конечно, гохерримы. Они сильнее и крупнее. Их кожа не покрыта чешуей, но очень толста. Болевой порог высокий. И каждый проходил особые тренировки, каждый — элитный воин. Разве что крыльев у них нет, но сейчас они и Ао не очень-то помогают.

Ах да, кульминаты же еще. Значит, третье место.

Ао представила, что стало бы с Башней Боли, окажись здесь кульминат, и хихикнула. А потом осеклась. Впереди что-то… тоже хихикнуло. Будто тоже посчитало шутку забавной.

Ао приостановилась, проверяя заряд снайперской винтовки. Нормально, еще шестьдесят три процента. Она несколько раз издали снимала из нее изуродованных Безликих, тахринариев, Низших и других монстров. Очень удобно.

Наверное, со временем дистанционное оружие будет тем, что немного уравняет ее породу и гохерримов. Гораздо лучше не подпустить бугая с клинком слишком близко, не так ли?

Конечно, для этого придется обзавестись демоническим оружием. Созданным собственноручно. Что-то такое завел Дзимвел. Каладон тоже движется по этому пути. Агип же… ну… привык по старинке.

— Хи-хи-хи!.. — сказала Ао, напряженно прислушиваясь.

— Хи-хи-хи!.. — ответили ей.

Гораздо ближе. Не на горизонте, а как будто бы… неизвестный за пару секунд преодолел треть этажа. Ох, как это плохо. Возможно, зря она приготовила винтовку…

Ао метнулась к ближайшему зданию и в мгновение ока вскарабкалась на крышу. Той, впрочем, не оказалось — черепица давно осыпалась, остались лишь деревянные балки. Усевшись на одну из них, Ао завертела головой.

Ничего и никого. Ветер гонит сухие листья. На этом этаже поздняя осень. Прижав к плечу винтовку, Ао напряженно высматривала движение… любое движение…

— Хи-хи?.. — подала голос она.

— Хи-хи!.. — раздалось прямо внизу.

Ао резко развернулась, опустила взгляд — и чуть не рухнула с балки. Прямо у стены стояла… маленькая человеческая девочка.

Лет десяти на вид, в черном платье, с черными волосами… ужасно похожая на Тьянгерию, только вымазанную сажей. Вместо глаз и рта черные провалы. Она тянула к Ао руки с черными пальцами… но, конечно, дотянуться снизу не могла.

Ао тяжело задышала. От этого существа исходила такая опасность, какой не было даже от того жабегемота. Она прицелилась точно в лоб… но тут девочка раскрыла рот и завизжала.

Этот крик ввинтился в уши раскаленным сверлом. Ао обуяло диким страхом, винтовка выпала из ослабевших пальцев, а девочка… взлетела. Ее понесло к Ао, словно тростевую куклу. Она протянула руки, а из пальцев выметнулись черные тени, опережая свою хозяйку…

— А-А-А-А-А-А!!! — истошно завопила Ао, кувыркаясь назад. — Куда бежать, куда бежать, КУДААА?!!

Она плюхнулась на грязную улицу и помчалась так, что воздух засвистел в ушах. Обернувшись на бегу, Ао увидела несущуюся следом девочку.

Та даже не изменила позы. Опустилась к самой земле, но продолжала лететь над ней, не перебирая ногами. Руки удлинились еще сильнее, а ее рот-провал расширился во все лицо, и Ао начало… затягивать!

Не как у гхьетшедариев. Так, как это бывает в страшном сне, когда ты бежишь от монстра, но какая-то злая сила влечет тебя к нему.

— Отстань! — верещала Ао, не помня себя от ужаса. — Отстань от меня, сука! А-А-А-А-А!!!