Или вот сейчас. Кардаш уставился на ауру Такила и спросил:

— Кто такой Рокил?

— Мой брат, — невозмутимо ответил Такил. — Он умер.

— Он был тебе дорог?

— Он вечно живет в моем сердце. Иногда я представляю, что я — не я, а он. Сейчас, например.

— У тебя очень… богатое воображение, — процедил Кардаш.

В этом слабое место Осознания. Сумасшедших оно читает плохо, потому что сумасшедшие могут искренне верить, что они не таковы, каковы есть. Это сбивает с толку тот упорядоченный подход, что принят в тавматургии.

Волшебник, возможно, разобрался бы. Но Кардаш все-таки не волшебник, а тавматург. После демонизации — сильнейший тавматург в истории, но кое-что осталось прежним.

— Такил, я давно хотел с тобой пообщаться, — сделал еще одну попытку Кардаш, усаживаясь прямо на землю.

— Да?.. — удивился странный фархеррим. — Мне казалось, мы общались. И неоднократно. Это не считается?

— Я имею в виду — познакомиться поближе, сдружиться, найти общие темы…

Рокил непонимающе уставился на Кардаша. Они с Такилом знакомы больше года. Кардашу мало?

Но, кажется, Дзимвел был прав — Кардаш и правда не отличает его от Такила. Почему-то его магия не видит разницы. Ну что ж, тем хуже для него.

— Я к тебе во сне все время прихожу, — нагло заявил Рокил. — Мы же все уже обсудили.

— Что… что мы обсудили? — опешил Кардаш.

— Дзимвел — это проблема, не находишь? Он все время не пускает меня в джунгли. И вообще никуда. Я здесь как в тюрьме.

— Ах-ха-а… — неопределенно протянул Кардаш.

— Он меня все время куда-то посылает. Такил, пойди туда, Такил, узнай то. Такил, что снится Тьянгерии? Я его карманный сноходец. А ты будешь его карманный колдун. Или ты уже?.. Кардаш, наколдуй мне бутерброд… а, нет, пятьсот бутербродов. И с сыром. Нет, зачем с сыром, я же хотел с ветчиной. Глупый ты колдун, Кардаш. Так будет.

— Да, теперь я припоминаю… — сделал каменное лицо Кардаш. — Было-было, да… а что я тебе тогда ответил? Мне тяжело вспомнить подробности… из-за твоих способностей.

— Ты ответил, что я дурак, который ничего не понимает, — наугад ляпнул Рокил.

— Да… это на меня похоже, — задумчиво протянул Кардаш.

— И что я не пожалею, если ты станешь демолордом, — с удовольствием продолжил Рокил.

Он вошел во вкус.

— Нет!.. То есть, нет, — засмеялся Кардаш. — Такого я сказать не мог.

— А что такого? Это же просто сон. Мало ли о чем грезят люди… и демоны.

— Ну да, ты прав, конечно… я, пожалуй, пойду. Спасибо за уделенное время.

— Эй, подожди, я хочу еще поговорить! — догнал и схватил Кардаша за руку Рокил.

Кардаш резко стиснул его запястье. Голова дернулась, Тавматург ожег Рокила таким злым взглядом, что тот приготовился ударить молнией.

— Не смей меня трогать, — почти сплюнул Кардаш. — То есть… я не люблю… я просто…

— Что просто? — сузил глаза Рокил, придвинув лицо почти вплотную. — Я что-то не так сделал?

— Ты… я все-таки был монархом, Такил. Я не привык к… фамильярности. Будь ты моим слугой тогда, я бы тебя казнил.

— Тогда хорошо, что я не твой слуга, Кардаш.

И Рокил с силой сдавил плечо Кардаша… но тут же отпустил и резко толкнул. Кардаш от неожиданности едва не полетел кубарем, но Рокил в последний момент помог ему удержаться.

— Прости! — натянул на лицо улыбку он. — Не знаю, зачем я так! Давай жить дружно! Я ведь тоже король, ты знал? Короли не должны воевать друг с другом. Это как-то неправильно.

Неся эту околесицу, Рокил пристально следил за Кардашем. Не догадался ли? Зря он вышел из роли, но это было выше его сил.

Нет, не догадался. Если не знать, что брат Такила жив, что они с ним близнецы, и не знать, что Такил и Дзимвел уговорили Мазекресс тайком превратить его в демона, да еще и апостола, да еще и поколдовали с какой-то там авурой… такое просто нереально предположить.

Кроме того, Такил настолько непредсказуемый, что действительно может повести себя и вот так. С ним пару раз случалось, Рокил помнил еще по смертной жизни.

А Кардаш действительно успокоился. Фраза про королей ему явно понравилась — он широко заулыбался, хлопнул Рокила по плечу и сказал:

— В самом деле, мы чуть не разругались из-за пустяка. Давай заключим союз, брат-король. Ты будешь править в Царстве Снов, а я в Царстве Яви.

— Мне нравится, — хмыкнул Рокил. — Но ты должен уступать мне самые удобные подушки.

— И матрасы, — легко согласился Кардаш. — Все твои.

После этого храков Тавматург наконец убрался, и Рокил вздохнул с облегчением, присев на корягу. Все-таки хорошо, что он привык носить личину. Лет пятнадцать прикидывался безобидным лесником и преданным демонитом, обманывая даже собственного брата… хотя в этом как раз не было ничего сложного. Такила даже ребенок обманет.

К сожалению.

Может быть, и хорошо, что Рокил теперь здесь. Изучив за последние дни брата, он убедился, что это тот же самый Такил, только… испорченный. Демоничеством, свалившейся на него властью, постоянным общением со всякими выродками, безнаказанностью в мире сновидений.

Хотя другой бы на его месте испортился гораздо сильнее. Такил для этого слишком простая душа.

Ладно. Оба они теперь прокляты, но Рокил хотя бы сможет присматривать за братом, как делал раньше.

Брата ему не хватало.

Тем временем ветки шумели все сильнее. Сквозь заросли ломился кто-то, кто не привык скрываться и не боится поднимать шум в джунглях. Кардаш, хоть и огромный, ступал мягче кошки, а тут словно носорог прет напролом.

Рокил не спеша повернулся и воззрился на еще одного здоровяка. Судя по росту, золотой коже и буйным кудрям — Агип.

— Мир тебе, Ревнитель, — произнес Рокил, припомнив прозвище этого апостола.

Он понадеялся, что не ошибается. Будет очень неловко, если здесь есть еще один демон с такими приметами.

Но это оказался Агип, причем очень чем-то рассерженный. Он подошел к сидящему Рокилу, навис над ним золотой горой и сказал:

— Болтаешь с Кардашем, Сомнамбула? О чем?

— А ты не слышал? — хмыкнул Рокил.

— Я не подслушиваю чужие разговоры.

— Очень зря. Советую попробовать — не придется задавать дурацких вопросов.

На лице Агипа заходили желваки. Он явно не привык слышать таких речей от Такила.

Дурачка Такила. Безответного Такила. Покладистого Такила. Беззащитного в реальности Такила. Такила, которого все апостолы считают ниже себя. Помыкают им, как собачонкой.

Думая об этом, Рокил все сильнее раздувался от гнева.

— Мне нет дела до того, о чем ты говоришь с другим апостолом, — наконец произнес Агип. — Я по другому делу. Сомнамбула, я много раз предупреждал тебя. Не приставай к женщинам во сне. Особенно замужним. Ты злишь своих братьев и оскорбляешь сестер.

— А почему мои братья женаты на моих сестрах? — не удержался Рокил. — Как-то это грешновато, не находишь?

Кто-то другой на месте Агипа, возможно, рассмеялся бы. Но этот, кажется, не из весельчаков. Он сделал такое лицо, словно Рокил плюнул ему в кашу, и сказал:

— Я в последний раз предупреждаю тебя. Ты наставил Марелу рога, а потом еще и избил его.

— А он что, прибежал жаловаться? — удивился Рокил.

Марел не показался ему настолько жалким.

— Нет, — ответил Агип. — Но вашу драку видел Загак. И рассказал мне.

— Что ж, — пожал плечами Рокил. — У тебя все?

— Ты меня слышал, Сомнамбула?

— Слышал. Ты сказал, я услышал. Иди себе.

— Что?..

— И не беспокойся ты так о чужих женах, Агип. Думай лучше о своей. Она же тоже иногда… спит.

Сказав это, Рокил вдруг понял, что зря это сказал. Слишком вжился в роль, одновременно оставаясь собой. Но нос уже сминался под кулаком Агипа, так что назад было не повернуть.

Мигом спустя Рокил закувыркался по грязной земле. Агип врезал так, что расколол бы череп кому-то менее прочному. К счастью, новое тело оказалось покрепче человеческого, и Рокил тут же вскочил, помогая себе крыльями.