— О, я не думаю, что в этом есть необходимость, — вмешивается моя мама. — Ты знаешь Хэдли всю свою жизнь.

— Это не значит, что мы можем доверять ей в том, что она не проболтается прессе, — возражаю я.

Лицо Хэдли искажается от раздражения, и я понимаю, что обидел ее.

Хорошо.

Будет лучше, если Хэдли меня возненавидит.

Тогда она будет держаться от меня подальше.

Мама сердито смотрит на меня, явно смущенная моей невоспитанностью.

— Я правда не думаю...

— Она может подписать его или свалить, — непреклонен я.

Повисает тишина — такая тяжелая, что давит на каждую косточку в теле, но я не тушуюсь и не свожу глаз с Хэдли, как будто жду, что она сломается под моим взглядом.

На этот раз она не отвечает на мой взгляд.

— Это был бы хороший способ убедиться, что все, что происходит в этом доме, остается в этом доме, — поддерживает меня Дреа.

Мама, испытывая противоречивые чувства, одаривает свою крестницу извиняющейся улыбкой.

— Ты не возражаешь?

Хэдли не спорит.

— Вовсе нет.

Мы направляемся на кухню, чтобы убрать посуду, когда Дреа, извинившись, уходит в свою комнату за бумагами.

Следующие десять минут мы с Хэдли не произносим больше ни слова и даже не смотрим друг на друга. Ну, она на меня не смотрит, но мысленно я уже по уши в этой заднице.

Как только Дреа возвращается с одним из наших стандартных соглашений о неразглашении, Хэдли просит дать ей время перечитать его, прежде чем подписать. Я понимаю, она осторожничает, но ей так или иначе придется подписать его.

Последнее, что нужно моей репутации — чтобы моя детская пассия давала прессе эксклюзивные материалы обо мне.

Она просматривает все, подписывает и удаляется в свою комнату после того, как мы прибираемся на кухне. Я беру контракт и перелистываю страницы, чтобы убедиться, что он подписан правильно.

Мои губы растягиваются в улыбке, когда я вижу имя, которое она поставила над своей подписью.

Хэдли, трахни себя, Куин.

С моих губ срывается усмешка.

Кто-то злится.

Скар объявляет, что через несколько минут собирается заняться серфингом, и Дреа, которая сидит за кухонным столом со своим ноутбуком, впервые за все это время обращается к нему.

— Эй, Кэхилл, если увидишь акулу, не забудь подплыть к ней.

— Спасибо за заботу. — Скар бросает ей фразу за несколько секунд до того, как уйти.

Рад видеть, что эти двое снова разговаривают.

Я думаю о том, как Хэдли, собрав волосы в хвост, выбежала из кухни, размахивая им во все стороны. Ее задница подпрыгивала, когда она взбегала по лестнице, как будто спешила убежать от меня.

Это должен был быть перерыв.

Отдых от того дерьма, в которое превратилась моя жизнь.

Но каникулы не могут быть пыткой.

А это именно то, что ждет меня с Хэдли Куин…

Чертова пытка.

Хэдли

— Как все прошло? — Джейми подбегает ко мне, как только я выхожу из кабинета, в который ее босс привел меня меньше десяти секунд назад.

Интервью длилось семь секунд. Семь секунд. Я едва успела представиться, как Фред, сын владельца ресторана и менеджер Джейми, поблагодарил меня за то, что я уделила ему время, и проводил до выхода.

— Это было… быстро. — Бегло оглядываю переполненный ресторан. Я знала, что «Сэнди» пользуется популярностью, но не думала, что в час пик здесь будет так многолюдно.

Что еще более странно, ресторан приличных размеров. Хотя, конечно, это выглядит совсем не так, когда ты с трудом протискиваешься между столиками, чтобы добраться до двери.

Она хлопает меня по плечу.

— Ты же знаешь, я не это имела в виду. Ты нанята или нет? — Я отвечаю не сразу, держа ее в напряжении, что ей явно не нравится, потому что буквально через несколько секунд она выдавливает из себя нетерпеливое: — Ну же.

Избавляю ее от страданий.

— Я получила работу.

На ее лице сияет широкая улыбка.

— Ты это сделала?

— Мы официально коллеги. — Джейми взвизгивает, заключая меня в радостные объятия, что вызывает у меня смешок.

— Ты не солгала насчет отчаяния, — говорю я, обнимая ее, и она смеется.

Ее боссу так надоело работать за двоих, что он даже не взглянул на мое резюме и не спросил, был ли у меня опыт работы официанткой, прежде чем взять меня на работу. Уверена, что он нанял бы любого, кто пришел бы на собеседование. Не то чтобы я жаловалась.

Она вырывается из объятий.

— Я знала, что ты ее получишь. Когда ты приступаешь?

— Через два дня. Завтра зайду за своей формой.

— Девочка, приготовься к удовольствию. — Она указывает на свою лососево-розовую униформу.

Я фыркаю.

— Конечно.

Чем скорее я начну работать, тем скорее смогу убраться подальше от Кейна.

Боже, какой же он придурок.

Я до сих пор не могу поверить, каким говнюком он был за завтраком.

Он просто не переставал пялиться на меня — я имею в виду испепеляющие, напряженные, непоколебимые взгляды. Такие, от которых хочется вжаться в кресло, как у Алисы в Стране чудес.

Он не только смотрел так пристально, что от тяжести его напряженного взгляда у меня чуть не заболела спина, но и не произнес ни слова за большую часть завтрака, просто сверлил мою душу взглядом, не испытывая ни капли стыда.

Не могу понять, чего он добивается.

Он хочет вывести меня из себя?

Чтобы я почувствовала себя настолько неуютно, что собрала бы вещи и ушла?

В любом случае, он крупно облажался. Его пристальные, маньяческие взгляды не заставляли меня чувствовать себя так неуютно, как следовало бы.

С другой стороны… Мне казалось, что его взгляд прожигает дыры на моей коже, распространяет электрические разряды и мурашки по коже. Не спрашивайте меня почему. Моему телу лучше взять себя в руки, прежде чем я вынуждена буду объявить этой сучке «стоп».

Я не должна находить его привлекательным. Этот мудак, по сути, назвал меня стукачкой и сказал, что мне нельзя доверять, и фантастически это слышать от парня, который предал мое доверие, запрыгнув в самолет на следующий день после того, как впервые меня поцеловал.

В какой-то момент я посмотрела ему прямо в глаза, надеясь, что он поймет намек и перестанет пялиться на меня, но это его ничуть не смутило. Если уж на то пошло, от этого стало только хуже.

— Черт возьми, мой перерыв закончился, — заявляет Джейми, бросив взгляд на часы на дальней стене. — Девичник все еще в силе?

— Конечно. — Она оглядывается на меня через плечо, когда уходит.

— Не забудь прихватить с собой что-нибудь вкусненькое. Моя подруга Брук готовит свой знаменитый гуакамоле.

— Да, кстати. Ничего, если я кое-кого приглашу? Есть девушка, которая работает на Кейна, и она, кажется, действительно ... — Джейми перебивает меня.

— Ни слова больше. Если она нравится тебе, значит, она нравится и мне. Увидимся вечером.

Я благодарно улыбаюсь ей.

— Звучит заманчиво. Тогда и увидимся.

Я только что вышла из ресторана, когда на мой телефон приходит уведомление из группового чата с Винсом и Кэлом. Джейми добавила меня вчера, как только ушла из пляжного домика.

Большая часть разговора состоит из того, что ребята скидывают друг другу мемы, но было здорово снова с ними пообщаться. Мы все должны встретиться позже на этой неделе, как в старые добрые времена.

Конечно, все уже никогда не будет в точности как в старые времена. Грея больше нет, а Кейн, очевидно, слишком крут, чтобы общаться с нами, простыми смертными, но мы не позволим этому помешать нам насладиться лучшим летом в нашей жизни.

Я просматриваю сообщения от мальчиков, когда забираюсь в мамину машину. Надеюсь, что смогу одолжить ее до конца лета, потому что она будет ездить с Эви.

Я проверяю время на своем телефоне, прежде чем завести двигатель. У меня есть еще четыре часа до того, как нужно быть у Джейми. И достаточно времени, чтобы привести себя в порядок перед встречей с ее друзьями.