— Вот дерьмо! — я не смогла сдержать вырвавшегося восклицания. Неосознанно повернулась, чтобы посмотреть на камеру наблюдения, чтобы запечатлеть свою невероятную находку.

Я нашла что-то, чем можно подпереть вход в проход, и побежала в комнату Вина. В главной спальне не было большого окна, зато имелся камин. Пришлось немного поковыряться, но оказалось, что под богато украшенным очагом есть ещё один потайной вход. Он был меньше, чем тот, что находился в гостиной, но в нём была та же старая лестница, ведущая в пропасть. Неудивительно, что Колетт не помешала мне войти в это крыло с кувалдой в руках. Эти места было практически невозможно обнаружить, если только не смотреть очень внимательно. Эта ужасная женщина, вероятно, считала меня слишком глупой, чтобы найти их. Я уверена, что она думала, будто я откажусь от своих поисков после того, как разрушу дорогие полы Вина. Она всегда преступно недооценивала Харви.

Взволнованная, я бросилась в комнату Уинни и стала искать ещё один потайной вход. Её комната была не такой большой и экстравагантной, как остальные в перестроенном крыле. Я потратила много времени, обшаривая каждый дюйм, но ничего не нашла. Где-то должно было быть что-то. Уинни не воображала себе монстра в своей комнате, потому что у неё была лихорадка. Я твёрдо верила, что в тот день она была не одна, а предполагаемый призрак использовал потайные лестницы, чтобы передвигаться незамеченным. Выйдя из комнаты подростка, я поняла, что она находится прямо напротив домашнего кабинета Вина.

Я вошла в единственную часть дома, которую мне ещё предстояло исследовать. Эта комната была намного приятнее и теплее, чем кабинет, который он использовал в городе. За его столом стояли ряды книг. Здесь был ещё один камин и огромное окно, выходящее в сад. Казалось, к нему не прикасались с тех пор, как он был построен на рубеже веков. Вариантов входа было так много, что я не знала, с чего начать. Мне хотелось, чтобы это был проход, который открывался, когда вы доставали определённую книгу или поворачивали один из декоративных элементов, как в фильмах. Но это оказалось не так. Не было отверстия ни в камине, ни на подоконнике. Я снова стала искать, ползая на коленях и стуча по полу. Только на этот раз я кое-что нашла. Под тяжёлым письменным столом был участок пола, который отозвался эхом, когда я постучала. Вин всё это время сидел прямо над ответами.

Это было похоже на метафору всего существования этого человека.

Я отправила Вину фотографии всех своих находок и полушутливые извинения. И обещала дождаться его прежде, чем делать что-то опасное, но не смогла отказаться от исследования неизвестного. Мне и в голову не приходило, что самостоятельная охота на призраков заставит его волноваться. И уж точно не думала, что Вин сойдёт с ума, когда с запозданием увидит мои сообщения.

Я подумала о том, чтобы взять с собой кувалду в качестве средства устрашения, но лестница была узкой, крутой и шаткой. Приходилось держать в одной руке мобильный телефон для освещения, а другой удерживать равновесие. Это было удушающее путешествие. Казалось, темнота тянется бесконечно. В помещении пахло сыростью и затхлостью. Я достаточно долго прожила в городе, чтобы понять, что скрежет и шуршание, которые я слышала, принадлежат мышам или крысам. Я будто перенеслась в прошлое и в любую секунду могла наткнуться на подземелье. Я прекрасно слышала, как океан разбивается о скалы. Чем глубже я забиралась под поместье, тем больше ощущала себя персонажем видеоигры, которому предстоит встретиться с боссом на последнем уровне. И казалось, что я становлюсь всё ближе к воде.

В конце концов я попала на большую открытую площадку, куда вело несколько лестниц. Там был длинный туннель, в конце которого горел слабый свет. Вместо того чтобы пойти по пути, который наверняка привёл бы к выходу, я выбрала лестницу, ведущую обратно в поместье. В этом проходе были недавно установленные перила, и, когда я сделала несколько первых шагов, рядом с моими ногами засветились датчики движения. Было ясно, что этой дорожкой кто-то часто пользуется. Я не могла представить себе Колетт в недрах дома её мечты, но, очевидно, кто-то проходил этим путём настолько часто, что потребовались современные обновления.

Я двигалась легко и бесшумно и не могла предположить, что или кто может мне встретиться. Сохранять элемент неожиданности было в моих интересах. Поэтому я практически на цыпочках подошла к скрытому отверстию на вершине лестницы. Оно походило на обычную дверь. Я повернула ручку и в шоке моргнула, когда она повернулась под моей рукой. Зачем прилагать усилия, чтобы скрыть все другие пути в эту потайную комнату, но даже не запереть тот, которым чаще всего пользовались? Это было похоже на ловушку, но это не помешало мне толкнуть дверь настолько, чтобы проскользнуть внутрь.

Я думала, что окажусь в незнакомой части поместья или даже где-то снаружи, возможно, в мастерской садовника или в гараже. Но меньше всего я ожидала попасть в старую детскую Уинни. Увидев знакомую комнату, я ахнула.

— Что за чёрт? — Я так растерялась, что закружилась по кругу. — Так вот почему она закрыла это крыло? Скрывала, как её люди перемещаются под носом у Вина?

Я задавала вопросы в воздух, пока мой разум пытался разобраться в этой странной ситуации. Детская выглядела так же, как и в первый раз, когда я здесь побывала, словно застыла во времени. Бесцельно побродив по ней, я отправила Вину сообщение о том, что нашла. Он так и не ответил на первые несколько. Я предположила, что он всё ещё занят делами, которые заставили его уехать. И не забыла упомянуть, что на всех окнах и дверях изнутри были новые блестящие замки. Похоже, что после нашей стычки Колетт приказала персоналу обеспечить безопасность этой зоны.

Я уже собиралась вернуться в потайной ход и попробовать другую лестницу, когда заметила мягкую игрушку Уинни, которая часто валялась в комнате Вина. Она лежала на миниатюрной кровати, словно ожидая, когда хозяйка прижмётся к ней, чтобы уснуть. Вероятность того, что Вин перенёс её сюда, была нулевой, и ещё меньше шансов, что моя племянница снова посетит место, где начались все её кошмары. Кто-то специально принёс пушистую игрушку в эту капсулу времени. Я искренне сомневалась, что это была Колетт. Матриарх Холлидей понятия не имела, что нравится её внучке. Она никогда не узнает, что именно этот предмет был защитным одеялом Уинни.

— Всё так странно, — пробормотала я себе под нос и повернулась, чтобы отпереть дверь, ведущую в основную часть дома. Я планировала отнести эту улику Вину, а он пусть сам решает, что с ней делать. Одно было ясно точно: ему нужно увести Уинни из этого дома. Очевидно, именно она была целью всех этих жутких событий.

Как раз в тот момент, когда я отодвинула засов, который недавно прикрепили к двери, чья-то большая ладонь зажала мне рот, а костлявая рука потянула меня назад и прижала к чьей-то худой груди. Я попыталась закричать и укусить. Отчаянно брыкалась и металась из стороны в сторону, из-за чего мой телефон упал на пол. Я была городской девушкой и думала, что готова противостоять подлому нападению сзади, но, к сожалению, это оказалось не так.

Костлявое, но поразительно сильное тело позади меня втащило моё сопротивляющееся тело в другую запертую комнату в закрытом крыле особняка. Автоматический замок открылся после поспешного ввода кода. Потребовалось несколько попыток, чтобы набрать правильные цифры. Я начала видеть признаки жизни повсюду, и, как ни странно, узнала вещи Уиллоу. На стенах висели фотографии, начиная с того момента, когда Уиллоу познакомилась с Арчи, и заканчивая семейными снимками, сделанными прямо перед смертью моей сестры. Я видела, как с течением времени её улыбка тускнела, а фигура угасала. Колетт ни за что не сохранила бы ничего из вещей моей сестры после пожара. Она уничтожила всё во время перепланировки. Помню, меня до глубины души поразило, что от матери Уинни не осталось ни одной безделушки.

Меня затащили в огромную спальню, похожую на спальню Вина, но оформленную совсем по-другому. Вдоль стен было расставлено высокотехнологичное медицинское оборудование, которое ритмично пищало. На кровати лежало нечто, напоминающее старинный манекен, на котором красовались все мои пропавшие вещи. Мои серьги. Туфли. На тумбочке лежала моя расчёска, а на голове манекена были мои обрезанные волосы. Выглядело это так, словно кто-то создал куклу вуду в натуральную величину, до жути похожую на меня. Я была так напугана, что меня чуть не вырвало в руки, закрывавшую мне рот. Металлическое кольцо на одном из его пальцев впилось мне в губу, и я почувствовала привкус крови.