— Я не уверен, это всего лишь предположение, но думаю, тебе стоит обратить внимание на полы. Это единственная часть особняка, которая не была вырвана и заменена за все эти годы, за исключением сгоревшего крыла.

Наши взгляды встретились, и я понял, что Рокко вспоминает что-то неприятное.

— Когда я служил за границей, одним из самых распространённых мест, где враги могли спрятаться для засады, были землянки под полом. Поместье существует со времён войны за независимость. У меня такое чувство, что под каждой комнатой есть связанные между собой тайники для быстрого бегства. Когда Ченнинг всё обследовала, она не заглядывала под ковры.

Я вздохнул, понимая, что Конрад действительно пропустил важную информацию в своём отчёте.

— Что ты узнал о моей матери? Платит ли она кому-нибудь из моих сотрудников? — Если её сотрудники были чисты, то мои должны быть замазаны.

Рокко покачал головой.

— Трудно сказать. Её личные сделки очень мутные. Коллет переводит деньги через множество неотслеживаемых счетов и подставных компаний. Это возможно, но я не могу сказать ничего со стопроцентной уверенностью.

Рокко откашлялся и подождал, пока я подниму глаза и поймаю его взгляд.

— Одна из самых подозрительных дочерних компаний, которой она владеет, это учреждение долгосрочного медицинского обслуживания. Похоже, она инвестировала в него примерно в то время, когда здоровье твоего отца начало ухудшаться.

Я кивнул.

— Так и есть. Она хотела убедиться, что он проведёт свои последние дни в окружении людей, находящихся под её контролем, — я рассмеялся. — У неё была паранойя, что кто-то заставит его изменить завещание, когда он будет не в своём уме. И даже не догадывалась, что отец уже внёс правки, включив в него Де Вера.

Рокко кивнул, выражение его лица стало серьёзным.

— Но она купила это заведение задолго до того, как твой отец заболел. Она начала вкладывать в него деньги сразу после пожара. — Рокко сделал небольшую паузу и нахмурился. — Это прозвучит как навязчивая идея, но ты абсолютно уверен, что твой брат похоронен в поместье? Похороны были поспешными. Ты так и не видел его тело. Твоя мать, похоже, не сильно горевала и была раздражена тем, что Уинни в таком беспорядке из-за смерти родителей. Всё это ненормально, когда умирает ребёнок. Даже для Холлидеев.

Я уставился на него, потому что был слишком ошеломлён, чтобы говорить. Пришлось выпить немного воды, прежде чем моё внезапно пересохшее горло смогло работать нормально.

— Ты серьёзно?

Рокко нахмурился и опустил голову, разглядывая кончики своих начищенных ботинок.

— После смерти Арчи всем занималась Колетт. Вскрытия не было. Свидетельство о смерти подписал коронер, который, как оказалось, женат на мэре Бухты. Мэре, которую Колетт помогла избрать. Я видел фотографии разрушений после пожара. Там было не так много топлива, чтобы подпитывать пламя. Я видел состояние Уиллоу, когда пожарные вытащили её из дома. Она была ранена, но, похоже, не смертельно. Думаю, что если бы кто-нибудь добрался до неё и Арчи вовремя, они были бы сильно обожжены, но живы.

У меня сжалось сердце, и я на секунду забыл, как дышать. Перед глазами всё поплыло. Я вспомнил горе, которое душило меня с тех пор, как умер мой брат. Обвинения и упрёки были острыми копьями, которые вонзались в мои уязвимые места. Я никогда не понимал, какое отношение выбор Арчи имеет ко мне. Моя мать всегда утверждала, что, если бы я не уехал из поместья, всё никогда не вышло бы из-под контроля, как будто я был ответствен за то, что Арчи влюбился в Харви.

— Хочешь сказать, что думаешь, будто мой брат всё ещё жив? Что моя мать держит его в том же месте, где держала моего отца, когда он умирал?

— Я говорю, что это возможность, которую мы должны расследовать. Всё не сходится, если заглянуть под поверхность. Мы всегда принимали версию твоей матери, потому что тебя не было дома. Я думаю, она слишком спокойна. Колетт всегда настаивала, что Уиллоу накачала наркотиками себя и Арчи, а потом устроила пожар. Она утверждает, что никто в поместье не знал, что Уинни была с Ченнинг в ту ночь. Ни одно из этих утверждений не основано на фактах. Если Уиллоу накачала себя наркотиками, когда якобы накачала ими Арчи, она не смогла бы устроить пожар. Уиллоу была меньше его. Было бы практически невозможно дождаться, пока он потеряет сознание, чтобы разжечь что-нибудь, что могло бы гореть. Если бы Уиллоу приняла что-то после того, как Арчи вырубился, то была бы начеку, когда начался пожар. Она бы знала, что сгорает заживо. Если бы это было так, то были бы признаки побега или борьбы за выживание. Ни один обычный человек не может просто сидеть и позволять себя сжигать. Они как будто заснули и не проснулись, даже когда поместье горело вокруг них. Уиллоу погибла от вдыхания дыма. Поскольку вскрытие Арчи не проводилось, причина смерти не установлена. Вся эта ситуация чертовски подозрительна. Тем более что правоохранительные органы в Бухте находятся под влиянием твоей матери. Это следовало обсудить задолго до этого.

Я провёл рукой по подбородку и почувствовал, как меняется моё восприятие одного из самых определяющих моментов в моей жизни.

— Ты хочешь сказать, что считаешь, будто моя мать накачала их наркотиками и устроила пожар, потом каким-то образом сумела вытащить Арчи и оставила Уиллоу умирать? Думаешь, она убила жену моего брата? И пыталась убить мою племянницу? — Неприкрытое неверие окрашивало каждое слово, но не потому, что я не мог представить свою мать убийцей, а потому, что такое сомнительное поведение происходило у меня под носом, а я и не подозревал об этом.

Как я мог управлять многомиллиардной империей, если не мог содержать свой дом в порядке? И как моя мать вообще могла называть кого-то другого сумасшедшим? Если что-то из этого действительно имело место, значит, она была не в себе. Я никогда не задавался вопросом о трагедии, которая окружала Арчи и его семью. У меня не было времени. Здоровье отца так быстро пошатнулось после смерти брата. Потом я пытался занять его место в «Холлидей инкорпорейтед». На фоне всего этого моя мать начала угрожать, что причинит себе вред, если я не буду делать то, что она хочет. Меня так долго держали в напряжении, что мне и в голову не приходило, что давление прошлого может быть дымовым шоу, чтобы не дать мне присмотреться к гнусным намерениям матери. Если я был слишком занят управлением компанией, чтобы задаваться вопросом о том, что происходит дома, то моя мать только выигрывала от моего невнимания. Укол сомнения вонзился в мои мечущиеся мысли, когда я задался вопросом, был ли внезапный упадок сил моего отца таким уж неотвратимым, как я всегда полагал.

Голос Рокко вывел меня из мрачных размышлений.

— Мне нужно время, чтобы всё разузнать. Я хочу проверить медицинское учреждение. Законы о конфиденциальности не позволяют нам работать в полную силу, но я знаю, как получить нужную информацию. Я постараюсь сохранить всё в тайне, но у твоей матери везде есть глаза и уши. Если разворошу осиное гнездо, королева нападёт.

Я откинул голову назад и невидящим взглядом уставился в потолок. Казалось, что по позвоночнику скользят ледяные кончики пальцев. Мой желудок сжался. Я боялся, что меня может стошнить.

— Рокко, даже если Арчи каким-то чудом выжил в пожаре, какое это имеет отношение к тому, что кто-то шныряет по моему дому?

Здоровяк пожал мясистыми плечами.

— Я не могу ответить на этот вопрос. Но Уинни — его дочь. Если бы мне посчастливилось воскреснуть из мёртвых, первое, что я захотел бы сделать, это увидеть своих близких.

Я разразился истерическим смехом. Мне всегда казалось, что моя жизнь ненастоящая. Часто казалось, будто я механически играю роль, которую мне отвели с рождения. Ничто не было моим. Я был всего лишь заменой, пока не появится настоящий Холлидей. Эти новые откровения заставили меня почувствовать себя ещё более далёким от того человека, которым должен был стать. Моя мать была холодной и бесчувственной. Я знал, что для неё нет ничего важнее фамилии Холлидей и всего, что с ней связано. Не стоило бы удивляться, что эта женщина способна на убийство. Но мысль о том, что моя мать позволяла мне горевать все эти годы, поражала. И Уинни. Как она могла оправдать лишение эмоционально чувствительного ребёнка родителей? Если в предположениях Рокко была хоть доля правды, моя мать была чудовищем.