Поучаствовав лишь в одном танце, Кэтрин с тихим вздохом, опустилась на своё место, словно ей не по силам было долго стоять. Она повернулась к Мэту с мягкой улыбкой, осторожно поинтересовавшись его последним проектом, который, как она слышала от Патрика, проводился в Кении. Так даже лучше, может, хоть этот разговор немного отвлечёт Мэта и он не будет больше таким хмурым. «Милая женщина», — подумал Сонни. Если бы он представлял Патрика с какой-то девушкой, то она точно была бы похожей на Кэтрин. Это имела ввиду Рэд? Что Патрик не знал чего хочет от жизни и поэтому пошёл на развод? А теперь он понял, что Кэтрин и есть то необходимое, способное заполнить пустоту? Ему хотелось бы знать, чем всё это закончится.

Музыка изменилась, Мартина вернулась за стол, улыбаясь на благодарности Фреда за танец. На площадке осталась только Рэд с Патриком и Фредом. Зазвучал припев и она протянула руки вперёд, пальцами подзывая Альва к себе, подпевая:

— Si me haces falta, tu me haces falta.

Тихо посмеиваясь, Альв тоже присоединился к действию. Это был медленный и чувственный танец. Они почти не касались друг друга. Сонни заметил, что и Мартина почти неразличимо вторит раздающимся из колонок словам.

— О чём эта песня? — Ему действительно стало интересно.

— Лопез признаётся мужчине, что он ей нужен, — с необычно грустной улыбкой поведала Мартина, не сводя при этом глаз с танцующей парочки. — Что она скучает по нему, и эта боль не утихает.

— Ты знаешь испанский?

— Немного. — Мартина наконец оторвалась от созерцания Альва и Рэд. — По долгу службы приходилось бывать в разных странах, а там на одном только английском не вырулишь.

— Это ты о ваших с «Линксмайн» турах?

— Да. — Она удивилась. — Ты в курсе? — Сонни утвердительно кивнул, вызывая у неё ещё большее недоумение. — И Рэд так просто рассказала?

— Ну, не совсем, кое-что удалось выяснить самому. А почему вы перестали выступать с труппой?

Услышать ответ ему не дали. В этот момент Патрик привлёк внимание гостей, заявив:

— Сейчас будет бомба. Прошу поддержать меня. — Он повернулся к оставшимся на танцполе Рэд и Альву. — Просим! Просим! Просим!

Фред и Джексон первыми поддержали громкие возгласы, к ним присоединилась Кэтрин, а затем и Мартина. Интересно, что он выдумал на этот раз? Альв с Рэд переглянулись, и тот сурово произнёс:

— Мы ведёмся на это в последний раз, Патрик.

— Договорились.

С довольной ухмылкой Патрик принялся щёлкать пультом, ища определённый трек. Затем нажал на паузу, отошёл обратно за стол и запустил проигрыватель. Это была довольно старая, но знакомая Сонни песня. Он даже смог вспомнить название: «In-Tango» в исполнении In-Grid. Началось.

Впервые Сонни отчётливо увидел Рэд — профессиональную танцовщицу. Это были не посиделки в караоке с пританцовыванием под попсу 80-х, не праздник с традиционными плясками, не интерпретация под мрачную мелодию на катке и даже не групповое исполнение с другими людьми, тогда было просто невозможно соотнести её с незнакомкой в маске. Это были чёткие, выверенные годами движения, резкие и плавные одновременно, такие гармоничные. Что удивительно, Альв совсем не отставал от Рэд. Вместе они представляли идеальный тандем для танго. И даже тот факт, что Альв был гораздо выше, не портил общего впечатления, скорее наоборот — придавал пикантности зрелищу. Не знай Сонни, что эти двое просто друзья, после такого он подумал бы, что они давно вместе, а страсть не угасает по сей день. Хотя теперь он начал сомневаться, что там всё так просто.

Эти прикосновения друг к другу, почти поцелуи, слишком интимная близость к телам, недозволенная при других танцах — всё создавало впечатление, будто Альв и Рэд самая настоящая пара. Но при этом в их исполнении не было и капли пошлости.

— Круто, правда? — воскликнул Патрик, когда всё закончилось.

— Очень красиво, — подхватила Кэтрин и захлопала в ладони. Аплодисменты подхватили и остальные, все, кроме Сонни. Даже Мэт расщедрился на несколько скупых хлопков.

— Вообще, в джинсах не так эффектно смотрится, как должно, — встряла Мартина.

— Ты же знаешь, — неопределённо отозвалась на данное заявление Рэд, садясь за стол и поправляя волосы, убирая пряди за уши.

— А ты где научился так танцевать?

Сонни выжидательно смотрел на Альва. Тот усмехнулся, кивнув на Рэд:

— А ты как думаешь?

— Всякое бывало, — та отмахнулась.

Вот как. Сонни не поверил ни беззаботному тону, с которым она произнесла эти слова, ни нарочитому упоминанию в прошедшем времени. Невозможно выполнять движения столь сложного танца в паре так слаженно, если не тренироваться. Что-то они недоговаривают. У всех вокруг столько секретов… Хотя, чем он лучше? После этой мысли Сонни решил больше не заморачиваться по всяким пустякам. Но даже сквозь смех и шутки в голову постоянно лезло навязчивое «Они вместе?». Не выдержав этого, он повернулся к Рэд, которая теперь сидела рядом с ним, — все перемешались за столом, усевшись, чтобы было удобнее обсуждать интересующие темы, — а с противоположной стороны возле Патрика.

— У вас что-то было с Альвом, да? — прошептал ей на ухо, специально наклонившись как можно ближе, чтобы никто не услышал, кроме Рэд. Она ответила Фреду, а затем слегка повернула голову в сторону Сонни.

— Что за вопросы? — тоже шёпотом.

— Нет, ну серьёзно, мне интересно, — он не отставал.

— Сонни, я же не спрашиваю, что у тебя было, хм, с кем-то другим.

— Но тебе и некого подозревать, — возмутился Сонни и тут же заметил её взгляд, будто намекающий: «А кто тебе виноват?». Вот только впервые ему действительно было любопытно узнать подробности из жизни окружающих, потому что это могло бы пролить свет на правду о странном треугольнике «Рэд — Юханссон — де Лирио», ну и ещё потому что выпито уже было с лишком. — Скажи…

В этот момент Рэд рассмеялась на шутку Патрика, повернулась к Сонни всем телом, осторожно прижала ладонь к одной щеке, едва ощутимо похлопала, словно успокаивая, и… Не ответила. Сонни насупился. Он отвернулся, ускользая от её руки, перехватил со стола бокал и, игнорируя недовольство со стороны Мэта, допил всё за раз. Когда она уже перестанет с ним обращаться, как с ребёнком? Это осознание стало настоящим открытием, всколыхнув в душе волну обиды. Ну и что, что она старше? Будто это даёт ей право с ним нянчиться. Хотя Рэд и говорила, будто не нянька ему, по факту получалось иначе: привезти-отвезти домой, проследить, чтобы он поел, заранее продумать все маршруты, позаботиться о том, чтобы у его собаки всё было, устроить развлекательную программу, уберечь от цепких лап де Лирио. Тьфу ты! Сонни перехватил чужой бокал и отхлебнул, тут же поперхнувшись: ядрёная смесь. Он скосил взгляд в сторону, понимая, что бокал принадлежит Рэд, и вздохнул.

Снова начались танцы, но уже более активные. Участвовали все, кроме Кэтрин, которая с доброй улыбкой наблюдала за общим весельем. Сонни не выдержал. Поднялся из-за стола, но его тут же перехватил за руку Мэт:

— Ты… Тоже? — недоверчиво начал тот.

— А что такого?

Мэт сделал большие глаза, указав головой в сторону танцующих, и просто повторил:

— Тоже?

Тут Сонни переключило. Он наклонился, отцепив руку Мэта от себя, и спокойно, но сквозь зубы, пытаясь подавить злость, выдохнул:

— И ты мог бы потанцевать со мной.

Мэт поджал губы, мотнул отрицательно головой, затем, убедившись, что никто не обращает на них внимания, продолжил:

— Не ожидал от тебя такого.

— Какого, Мэтью? — Его изумлению не было предела. Сонни не стал дожидаться ответа. — Это праздник, тут положено веселиться.

Наконец он вырвался, оказался среди танцующих людей и сам включился в этот радостный круг. Почему? Вот почему Мэт не может просто веселиться, как остальные? Почему каждый раз, когда они отдыхают в компании его друзей, Сонни подстраивается: говорит на скучные и неинтересные ему темы, пьёт нелюбимые напитки, соблюдает чёртов этикет? Почему Мэт не хочет пойти на ответные уступки? Да, этот праздник — не эталон воскресных ужинов в компании зазнавшихся снобов, но с этими людьми Сонни хорошо. Так почему? Мысли вихрем проносились в его голове. Рядом, вторя их движению, кружилась Мартина, придерживаемая за руку Альвом. В глазах резко потемнело.