Сонни снова улыбнулся, кивая и опускаясь на место. От этой кутерьмы голова шла кругом, он совсем не привык к подобному. С самого детства родители прививали ему определённую культуру и манеру поведения на различных мероприятиях — сказывалось их высокое положение и огромные суммы на банковских счетах — но вот на таких ему не доводилось бывать никогда.

Словно из ниоткуда перед глазами возник высокий бокал с насыщенного жёлтого цвета жидкостью, и глухой глубокий голос произнёс:

— Аран.

— Что? — Сонни машинально принял бокал и поднял взгляд на говорившего.

— Я говорю, это — аран, традиционный ликер, — улыбнулась ему незнакомка. — Меня зовут Рэд.

Кровавая женщина. Женщина в красном. Рэд. Сонни судорожно отхлебнул из стакана, стараясь скрыть накатившее волнение. Нет. Просто совпадение. Странное имя и не более того.

— Сонни. — Он не знал, как лучше и правильнее её поприветствовать. Рэд, будто ощутив его замешательство, протянула руку.

Он с облегчением пожал хрупкую ладонь, отмечая, что та буквально утонула в его руке. Такая маленькая, как у ребёнка. Рэд заправила прядь коротких чёрных, как смоль, волос за ухо — слишком чёрных, чтобы цвет был настоящим — и склонила немного голову, наблюдая за ним.

— Впервые на таких мероприятиях, да?

— Вы о праздновании годовщины? — уклонился Сонни от ответа.

Она усмехнулась, явно раскусив задумку.

— Поверьте, не всё так плохо, как кажется. — Откуда-то из дома донеслось громкое «Рэд!», и она встрепенулась. — Постарайтесь расслабиться, всё будет хорошо.

Так же внезапно, как и появилась, Рэд исчезла в дверном проёме. Сонни стало интересно, с чего она вдруг решила, что он вообще напрягается. Хотя так оно и было, но внешне это точно никак не проявлялось. Сделав ещё один глоток арана, он чуть было не поперхнулся — слишком сладко. А хаос тем временем набирал обороты: столы были разложены, навес поднят, гирлянды включены и даже расчищена небольшая площадка для танцев. Несколько мужчин начали расставлять стулья, а женщины с ещё большим воодушевлением занялись оформлением столов.

Сонни поднялся, отходя немного в сторону и наблюдая за происходящим, когда к нему подошёл Патрик.

— Ну как? — Не терпелось Сонни. — Когда должна будет прибыть эта де Лирио?

— Не знаю. — Тот поморщился. — Но не волнуйся. Я поговорил с Мазе, он нас представит.

Сонни кивнул. Его взгляд зацепился за тонкую фигуру в белом шифоновом платье с крупными зелёными цветами до колен. Женщина в цветах… Он встряхнул головой, но снова принялся выискивать её глазами. Чёрные волосы, едва достигающие подбородка, убраны за уши, открывая высокий лоб, не скрытый чёлкой, круглую форму лица, маленький нос и губы, и непропорционально большие глаза насыщенного зелёного цвета. Ни намёка на значение её имени. Рэд — Красный.

Наблюдая за этой невысокой женщиной, едва достигающей ему до плеч, Сонни думал о том, как устроена вселенная. Откуда вообще взяться таким совпадениям? Или он просто видит символы там, где их нет? От раздумий снова отвлёк Патрик. Не спрашивая, он потянул Сонни знакомиться с прибывающими гостями, число которых уже перевалило за двадцать персон. Как оказалось, не зря — разношёрстность компании просто поражала. Собравшись с силами, Сонни влился в колею, включая свой «актёрский режим». Где-то здесь среди этой толпы скоро появится та, ради которой всё и было затеяно. И он не собирался упускать своего шанса.

— Ещё один танец — и я умру, — жаловался Патрик, обмахиваясь бумажной салфеткой.

Сонни хмыкнул неопределённо и постарался сжаться, чтобы его тоже не увлекли в этот безумный хоровод. Он своё отстрадал: трижды выходил на общие танцы и дважды танцевал с хозяйкой вечера, которая всё время пыталась выяснить, какие ему девушки нравятся, а затем и вовсе плюнула на условности, начав рассказывать о любимой племяннице. Но, судя по всему, он был единственным из присутствующих, кому эти танцы не были по душе. Вон та же Рэд весь вечер вертелась на танцполе, как ни в чём не бывало, а к той песне, что звучала сейчас, и вовсе скинула обувь, пустившись в пляс босиком. Но что ещё больше омрачало его состояние — отсутствие де Лирио. Их так и не представили.

Он напряжённо вглядывался в гостей, стараясь понять, кто же из них — де Лирио. С большинством они с Патриком успели познакомиться, а оставшиеся не внушали ничего, кроме желания узнать нет ли у них с собой тонометра. Что-то подсказывало Сонни — ответ был бы положительным.

Патрик что-то пролепетал про необходимость позвонить и удалился, оставив его одного. Напряжение и злость внутри всё нарастали. Музыка затихла, и Сонни решил воспользоваться передышкой. Ему нужно было переговорить с менеджером с глазу на глаз, желательно в тишине. Напрягши память, Сонни подумал, куда мог пойти Патрик. Наверняка только в помещении это можно было сделать без постороннего внимания. Он обогнул несколько сгрудившихся толпой гостей, стараясь держаться вне поля зрения миссис Мазе, и проскользнул через тёмный проём, напоминающий вход в бездну, в дом.

В отличии от освещённого гирляндами заднего двора, в доме было темно. Сонни прикрыл глаза, снова раскрыл их, привыкая к полумраку, и двинулся по коридору наугад.

— Патрик? — позвал он вполголоса.

Было неуютно вот так расхаживать по чужому жилищу без разрешения, но выбора не оставалось.

— Патрик? — снова окликнул менеджера Сонни, но ответа не последовало.

Пройдя ещё немного, он заметил пробивающийся под одной из дверей тусклый свет. Облегчённо выдохнув, Сонни аккуратно надавил на ручку, открывая дверь и заглядывая внутрь. В комнате было на удивление свежо, но обстановка напрочь убивала любое ощущение пространства: массивный шкаф занимал целиком одну стену, у плотно занавешенного окна стоял длинный диван с продолговатой спинкой, а у противоположной стены — ещё один высокий комод, заставленный странными статуэтками. Посреди комнаты стоял круглый столик на одной ножке, за ним расположилась пожилая женщина. Заметив Сонни, она нахмурилась.

— Простите, — поспешил извиниться Сонни и уже хотел было уйти, сделав шаг назад, как в кого-то врезался. — Простите!

— Ты что-то ищешь? — Рэд прижимала к животу острый край подноса, на котором стояли чашки и кофейник.

— Патрика потерял… — Но откуда ей знать.

— Твоего менеджера? — Рэд не дала ему договорить, а её осведомлённость отчего-то раздражала. — Его тут нет, и я не видела. Смотрел на кухне?

— Пусть войдёт. — Прервал их сиплый голос, доносящийся из комнаты.

Рэд пожала плечами, толкнула пальцами ног дверь, распахнув до конца, и кивком указала ему зайти. Сонни даже и не подумал сопротивляться, хотя происходящее и казалось странным. Наверное, всё дело в обстановке — так он решил.

— Геверти Тэгила, — выдохнула Рэд, с трудом умещая поднос на небольшом столике, и без того заставленном свечами разных размеров, — познакомьтесь, это Сонни. Сонни — Геверти Тэгила, мать мистера Мазе.

Старуха вновь сощурилась недоверчиво, но руки не протянула, только махнула ею в сторону стула, стоящего с противоположной от неё стороны, и плотнее закуталась в цветастую шаль. Словно под действием гипноза, Сонни послушно уселся на указанное место. Рэд тем временем спокойно разливала кофе по двум небольшим чашкам. Горький аромат заполнил пространство, окончательно превращая комнату в какое-то потустороннее место.

Одну из чашек Рэд подвинула к старушке, а вторую оставила на подносе. Она отошла в сторону, принимаясь расправлять длинные гардины, при этом не допуская, чтобы малейший проблеск света попал в помещение. Геверти покосилась на чашку перед ней, неохотно вытянула одну руку из-под шали и пальцами подвинула чашку по столу в сторону Сонни.

— Пей. Пей и думай о своей жизни.

Сонни приоткрыл было рот, чтобы вежливо отказаться и вообще уйти отсюда побыстрее, но что-то во взгляде этой женщины не давало ему этого сделать. Надо же, второй раз за несколько месяцев. Хотя, с другой стороны, ему было интересно — совпадёт ли это предсказание с тем, что говорила та гадалка на Хоккайдо. Надеясь, что это позволит избавиться ему от навязчивого образа женщины в красном, он пригубил напиток.