— Я думал, ты не любишь пресмыкающихся. Ведь пирсинг — это подарок, верно?

— Верно. — Рэд закинула несколько таблеток в рот и огляделась в поисках воды. Не найдя, проглотила их на сухую. — Скажу тебе больше, я ужасно их боюсь. Они такие мерзкие, и склизкие — жуть. Реальная встреча может довести меня до такой паники, что сердце остановится.

— Тогда зачем? — недоумевал Сонни.

— Именно поэтому.

Они встретились взглядами. Напряжённая минута, когда каждый пытался что-то прочесть в глазах другого. И Сонни впервые увидел то, что так долго копилось в его мыслях: такая сильная, умная, дерзкая и, вместе с тем, добрая, смелая, которая борется с собственным страхом, хоть и необычным образом, идеальная женщина. Если до этого дня у него ещё оставались какие-то сомнения насчёт их дружбы — их больше не осталось.

— Хочешь, я что-то приготовлю? — предложил он.

Рэд улыбнулась и плавным жестом руки пригласила его в сторону кухни. Сонни скинул куртку рядом с её, закатал рукава и направился к кухне. Она подхватила Вафлю и пошла следом. Вечер обещал быть таким же идеальным.

(1) в английском языке Вафля пишется, как «waffle», произносится «ˈwɑːfl», а русское обозначение «Гав» звучит, как «woof», слышится «wʊf» — оба слова созвучные.

Хейли снова запорола дубль. Четвёртый раз за день. Сонни мог бы предположить что угодно, но, находясь в непосредственной близости от неё, точно знал в чём именно причина: их ведущая актриса под градусом. Опять. Было ли это связано с проблемами в личной жизни или сказывалось гнетущее влияние «Ликориса», но вот уже в который раз он замечал, что Хейли выпивает перед съёмками. И, судя по реакции Юханссона, это волновало не только его.

— Стоп! Снято! Хейли, ко мне.

«Так подзывают собаку», — Сонни мысленно хмыкнул и сразу вспомнил о Вафле. Чудесное создание преобразило его дом и жизнь. Теперь он засыпал, ощущая тепло живого существа у своих ног, и плевать, что Мэт будет ругаться, когда узнает, что Вафелька спит на их постели и вообще живёт в доме. Таким счастливым Сонни не чувствовал себя очень давно.

Объявили перерыв, и он поспешил к трейлеру, где уже дожидался Патрик. На днях менеджер сообщил Сонни, что новость об его участии в фильме Юханссона дошла до нужных людей: теперь появилось несколько предложений о работе, нужно лишь выбрать то, что больше по душе. Патрик уместился на стуле прямо у входа, на втором сидела Рэд, которая всё это время настороженно наблюдала за тем, что происходило вдалеке у декораций.

— Хейли в порядке? — Рэд поднялась со стула. — Садись.

Он даже не успел отказаться, а она уже уселась Патрику на колени. Фыркнув, Сонни занял предложенное место.

— Почему тут, а не внутри?

— Мы бдим, — отозвался Патрик, обнимая Рэд за талию и прижимая к себе. Вот негодяй, это не его лучшая подруга!

— Если с Хейли что-то не в порядке, я должна об этом знать.

— Если с Хейли что-то не в порядке, — вмешался снова Патрик, — нам все пиз…

— Эй!

— Нам всем будет очень плохо.

— Она может сорвать съёмки. — Рэд покачала головой.

— Будем надеяться, всё обойдётся.

Спокойно наблюдать за этими обжиманиями Сонни больше не мог, он наклонился в сторону, обхватил Рэд за талию и потянул на себя. Без лишних вопросов, она послушно пересела и показала Патрику кончик языка. Тот прижал руку к груди, скорчив жалобную гримасу, а затем добавил смеясь:

— Хорошо, что вы подружились.

Сонни уловил в его словах скрытый подтекст. Неужели Патрик намекает на выгоду от дружбы с Рэд? Если и так, Сонни не собирался пользоваться этим. Он уткнулся подбородком в плечо подруги, ощутив едва уловимый, но уже знакомый аромат. Снова де Лирио. Сделав глубокий вдох, он попытался представить, какой должна быть женщина, пользующаяся подобным парфюмом. Цветочный, свежий, с пряными нотками и ощутимыми древесными тонами, немного терпкий — определённо женственный аромат, но полностью разобраться в нём мешал лёгкий флёр кофе и — что странно — дыма, исходящий от волос Рэд. Сонни вздохнул, открывая глаза и встречаясь с заинтересованным взглядом Патрика. Стараясь скрыть смущение, он поспешил поправить воротник куртки Рэд. Она передёрнула плечами.

— Чтобы не было видно, — уточнил Сонни, прекрасно понимая, что она не любит демонстрировать татуировку.

— Что именно? — вклинился Патрик, в голосе прозвучали ехидные нотки. — Ящерку?

Рэд закатила глаза и поднялась. Всё это время она продолжала наблюдать за трейлером Юханссона, а оттуда только что вышла Хейли. Ничего не объясняя, Рэд направилась в ту сторону, когда Патрик её окликнул:

— Хэй, якудза!

Не оборачиваясь, Рэд подняла вверх руку и продемонстрировала неприличный жест. Патрик только рассмеялся.

— Почему якудза? — Сонни нахмурился, не понимая в чём дело. Но ещё больше его волновал тот факт, что Патрик тоже видел эту тату. Когда? Где? Как? Раньше, чем он сам?

— Так считается, что тату ящерицы делают только якудза, — тот подмигнул. — Но и символика сама по себе довольно интересная.

— Это ты про хвост и обновление?

Сонни и сам об этом думал. Ему казалось, должен быть ещё какой-то смысл в такой татуировке, помимо борьбы со страхом. Не станешь портить собственное тело только ради этого? А вот ящерица, сбрасывающая собственный хвост, явный символ проворности и хитрости, а ещё побега. Он помнил слова старухи на празднике Мазе про то, что Рэд всегда так поступает — убегает.

— Да-да. — Патрик закивал. — Кто ещё станет избавляться от частей тела, чтобы избежать опасности?

— И правда, интересно.

Только вот мысли Сонни были о другом. Почему Рэд так не любит демонстрировать этот рисунок? Разве общая суть татуировок не в этом? Но с таким характером, она не нуждается в дополнительных акцентах.

— Знаешь, Сонни, — неожиданно вдумчиво проговорил менеджер, — ты очень изменился за последние месяцы.

Сонни перевёл на него удивлённый взгляд. Что он имеет ввиду? Патрик едва заметно улыбнулся.

— Стал другим, более открытым, я бы даже сказал — живым. Не помню, чтобы раньше ты спокойно демонстрировал свои чувства на людях.

— О чём ты?

Зазвонил телефон, Патрик потянулся за смартфоном, оставляя Сонни в непонятках. Невовремя, но разговор явно был серьёзным. Патрик поднялся с места и отошёл. Судя по началу диалога, Сонни пришёл к выводу, что дело касалось каких-то документов. Вряд ли это было связано с его работой, иначе Патрик не ушёл бы. Время шло, а Рэд всё не выходила. Сонни занервничал. Если они из-за Хейли перенесут съёмки, будет совсем плохо. Дверь открылась, из трейлера показались Рэд и Юханссон — оба с одинаково недовольными выражениями лица. Видимо, неприятная была беседа.

— Ну что там? — нетерпеливо выдохнул Сонни, когда она приблизилась и опустилась на стул Патрика. Но Рэд только отмахнулась, закинула ногу на ногу и повела плечом — уже известный жест нервозности. — Съёмки откладываются?

— Нет, — отрезала Рэд.

— Разве это не хорошо?

— Не в данном случае.

Ассистент окликнул Сонни, призывая продолжить. Он поднялся, окинув Рэд напоследок настороженным взглядом. Скорее всего она права, но им осталось совсем немного. Буквально через пару месяцев они завершат съёмки. Мысли об этом заставили Сонни напрячься. Будут ли они дружить с Рэд, когда всё закончится? Или эта «дружба» — результат «заботы» де Лирио? Нет. Он встряхнул головой, возвращаясь к декорациям и занимая положенное место. Нет. Их дружба настоящая, не наигранная. Вот только маленький червяк под названием «сомнение» всё равно грыз его изнутри. Сонни сделал глубокий вдох, выдохнул и сконцентрировался на работе.

— Мотор!

Патрик нервно вышагивал по кабинету, стараясь считать шаги — всё, что угодно, лишь бы не думать о навалившихся проблемах. К тому же, нужно было чем-то себя занять пока он ждёт. Наконец дверь распахнулась и в помещение прошёл человек в белом халате. Он подошёл к столу, жестом указал Патрику место напротив, а сам уселся в кресло и нажал несколько раз на помпу флакона с антисептиком, принимаясь протирать руки. Молчание слишком затянулось, Патрик не выдержал напряжения.