Рэд передала лопатку Тадео, и они поменялись местами. Она встала в стороне, поманила Сонни поближе, положила ладонь ему на предплечье, заглядывая в глаза:

— Что-то случилось?

— Нет.

Он поспешил её разуверить, надеясь, что внезапно накатившая злость не стала слишком заметной для цепкого внимательного взгляда.

— Тогда в чём дело? Что ты хотел?

Прямой намёк на то, что его тут не ждали. А как он хотел? Думал, что Рэд будет ежедневно ожидать от него новостей и принимать с распростёртыми объятиями? Будто у неё личной жизни нет? Вот оказалось, что есть.

— У меня тут новый проект нарисовался, очень важный. — В ответ Рэд понимающе закивала. — Пригласили в мюзикл. Конечно, будет много репетиций и прочего, и я… — Сонни сделал глубокий вдох. На самом деле не за этим он пришёл, но теперь нужно выкручиваться. — Я хотел попросить тебя о помощи.

— Конечно, — с готовностью отозвалась Рэд. — Что я могу для тебя сделать?

— Помимо основных занятий, мне не помешало бы практиковаться и на дому. Понимаешь?

Рэд сощурилась, встряхнула головой, обдумывая его слова.

— Не совсем, но… Ты хочешь, чтобы я тебе аккомпанировала?

— Было бы неплохо.

Ну вот, всё решилось, она сама подкинула ему идею для отмазки. Сонни с видимым облегчением улыбнулся.

— Ладно, хорошо. Скинешь мне потом своё расписание, согласуем даты.

Тадео шикнул, — видимо, на него тоже попало масло, — отвлекая их от беседы. Рэд окинула того взволнованным взглядом, но, убедившись, что всё в порядке, снова обернулась к Сонни.

— И мне понадобятся ноты. У тебя дома фортепьяно есть?

— Вообще да, есть.

А ведь когда Мэт купил это чудище, Сонни посчитал это бессмысленной тратой денег. Кто бы мог подумать, что фортепьяно действительно пригодится, а не останется банальным элементом декора.

— Отлично. — Она кивнула. — Не придётся таскаться с синтезатором. Хэй, Тадео, осторожней! С потолка сам будешь отскребать.

Сонни усмехнулся. Рэд всегда оставалась собой. Именно эта черта так влекла его. Несмотря на своё непостоянство, вечные умалчивания и горы секретов, она всегда была готова помочь, поддержать. Это так мило. Вот только почему она спросила про фортепьяно? Взяла и с ходу решила, что проводить эти «занятия» будут у него, будто даже не допускала мысли о том, чтобы он приходил в этот дом. Дело в Тадео, да? Они съехались? Вон какая тут семейная атмосфера… Эти предположения совсем не понравились Сонни, они же и навели его совсем на другое, совершенно неожиданное для него, вылившееся в простое предложение:

— Почему бы вам двоим не заглянуть к нам с Мэтом на ужин?

Рэд вскинулась, запрокинула голову, с явным удивлением посмотрела ему в глаза, словно пытаясь понять, говорит он серьёзно или нет. Тадео отреагировал практически также, только ему не приходилось смотреть снизу вверх, затем перевёл взгляд на Рэд, ожидая её решения. Понятно кто в этих отношениях главный. Сонни даже не сомневался.

— Конечно, — несколько неохотно наконец ответила Рэд. — Мы с удовольствием, — и добавила уже веселее: — Тем более, я соскучилась по Вафельке.

Сонни удовлетворённо улыбнулся, правда, не собираясь ей говорить, что Вафля предательски перешла на сторону Мэта. Ну ладно, это было понятным делом, но всё равно… Он просто приобнял Рэд, ощутив лёгкий и такой привычный аромат кофе и дыма, исходящий от её волос, мягко чмокнул в макушку.

— Тогда сегодня вечером?

— Сегодня? — Рэд и не думала отстраняться, только задумалась на мгновение. — Хорошо, думаю, получится.

— Тогда я пойду.

Сонни всё же пришлось выпустить её из объятий, хотя делать этого отчего-то не хотелось. Он отошёл в сторону проёма, где ещё при последнем его визите находилась дверь, и кивнул в сторону выхода.

— Просто захлопни, — сразу поняла намёк Рэд.

Когда Сонни ушёл, наспех попрощавшись, Тадео как раз закончил жарить блины. Отключил плиту и свёл брови, нахмурившись.

— Говори уже.

Рэд вздохнула, становясь рядом, отобрала у него лопатку и поместила в раковину. Существование посудомоечных машин она упрямо игнорировала, предпочитая действовать по-старинке, как когда-то очень и очень давно, словно в прошлой жизни.

— А это не слишком…

Тадео пытался подобрать подходящее слово, чтобы не спровоцировать у возлюбленной приступ гнева. Ему лучше, чем кому-либо другому, было известно, что в гневе эта маленькая хрупкая женщина перевоплощается в странное подобие Терминатора, и повторять уже горький опыт не было ни малейшего желания.

— Слишком что? — подначивала Рэд, делая вид, что увлечена мытьём посуды.

— Опасно, что ли…

— С чего ты взял?

Тадео вздохнул, поёжился невольно, поднял голову, рассматривая старенькую лампу на потолке. Да, нужное слово так и не пришло ему на ум, теперь настало время расплаты за неумение держать язык за зубами. Ведь Рэд всё равно докопается, вывернет его наизнанку, пока он не признается в том, о чём будет сожалеть ещё больше.

— Я думал, тебе не нравится Мэт, — единственное нейтральное объяснение, которое у него нашлось в запасе.

— Я ему тоже не нравлюсь. Всё в порядке.

В порядке, как же. Тадео знал, что обычно скрывалось за этой фразой — как всегда ничего хорошего. За годы отношений он научился распознавать нюансы, таящиеся в этом «в порядке», потому что знал о Рэд всё. Или практически всё. Она столько ему рассказала, что первое время Тадео даже и не понимал, как именно к ней относиться. Только непомерная любовь удержала его от безрассудства, лишь благодаря этому они вместе. Потому что его любви хватит на двоих с лихвой. Решив более не искушать судьбу, он потянулся к холодильнику, доставая масло — для себя, и джем — для неё. Они идеально друг друга дополняют, просто Рэд ещё этого не поняла, но когда-нибудь обязательно — в этом он уверен — она примет всё, как оно есть. И тогда-то его страдания закончатся.

— Помнишь, ты рассказывала мне своё первое воспоминание из детства?

Рэд внезапно напряглась, будто заледенела, даже рука, ополаскивающая сковороду под водой, замерла. Она вся превратилась в слух, перестав быть при этом человеком. Тадео опустил стол с крепления, раскладывая поверх тарелки.

— Ну и? — с напряжение в голосе выдохнула Рэд.

— Та история… Это ведь была сказка, верно?

Она судорожно вздохнула, провернула сквородку под струёй, убрала её на место, выключила кран и встряхнула ладони от остатков воды.

— Конечно.

Тадео усмехнулся, не опровергая её слов. Да, он давно научился распознавать все нюансы, включая оттенки лжи. Это воспоминание — не первое, но первое — счастливое. И когда она рассказывала об этом, уже тогда Тадео знал, что Рэд ему врёт. Сказка про маленького мальчика, потерявшегося на улочках Европы, и ангела, посланного ему во спасение. Зачем он вообще затронул эту тему… Проще смириться и забыть.

— Кофе или чай?

— Зачем спрашиваешь, если знаешь ответ?

Действительно, зачем. Рэд ласково улыбнулась, прижавшись щекой к его плечу. Незначительное в своей простоте прикосновение напрочь стёрло горечь. Всё-таки он тоже раб лжи, только своей собственной.

Они сидели в гостиной, расположившись по сторонам от кофейного столика на диванах парочками. Рэд, закинув одну ногу на бедро Тадео, спокойно потягивала вино из высокого бокала, в то время, как её парень наслаждался соком. «Он не пьёт» — «Я не пью» — последовало объяснение с их стороны практически одновременно.

Мэт, поначалу воспринявший эту встречу в штыки, мгновенно расслабился, узнав, что они — пара. А вот Сонни весь вечер был, как на иголках. Даже непринуждённые беседы и околоприличные шутки не могли поднять ему настроения. Уж слишком гармонично эти двое смотрелись. Чересчур, на его взгляд.

— Так вот, — продолжил свою мысль Мэт, — я и прочёл эту книгу. Не ожидал, что твоя работодательница, — это он обратился к Рэд, — умеет писать что-то любовное.