Если честно, я пошла на этот шаг после того, как почитала в прессе статьи об образе жизни богатых плейбоев, таких как Свиридов.

Поездки на курорты, траты на предметы роскоши, десять новых автомобилей, сумка, инкрустированная бриллиантами, в подарок любимой маме на юбилей.

Эта сумка меня добила.

Старая сука будет носить бриллианты, а я выбирать, что купить: памперсы малышке или лекарство дедуле?

Нет уж! Пусть этот плейбой раскошелится! Он такой же родитель, как и я. И должен так же нести ответственность!

Думаю об этом, направляясь к дамской комнате, в коридоре полумрак, и я не сразу обращаю внимание на высокие мужские фигуры, которые движутся навстречу.

— Лана Алексеева? Вы задержаны. Пройдемте с нами.

Лана

— В смысле пройдемте? — у меня легкий шок, ничего не понимаю и очень хочу в туалет.

— В том самом, в отделении будем разбираться с вами.

— В каком отделении? Вы о чем? В чем меня обвиняют? Я вообще беременна и хочу в туалет.

— Потерпишь.

Нагловатый парень в непонятной форме грубо хватает за локоть.

— Что? Это что за произвол? Пустите, я буду кричать.

— Только попробуй, сучка, один удар в живот — и всё для тебя закончится, поняла?

Он говорит, а я леденею от ужаса, в глазах мужчины, который заявляет беременной женщине про удар в живот, абсолютная пустота, и я не сомневаюсь — такой ударит! Ударит, и ему ничего не будет. Потому что его хозяева встанут на защиту.

Я начинаю понимать, кто подослал этих людей.

Мне страшно, я в ужасе, но в то же время и в ярости, и сдаваться не намерена. Мне нужно быстро принять решение, что делать.

— Хорошо, я пойду. Только отпустите в туалет, пожалуйста.

— Сказал — потерпишь.

— Это ты можешь потерпеть, — говорю нагло, почему-то понимая, что с такими только так. — А я не могу, мне ребенок давит на мочевой пузырь, я вам сейчас всю машину описаю, если вас это устраивает — дело ваше.

— Фу… мерзость какая… Иди отлей быстрее. Фу… Как вообще этих беременных мужики выносят? Гадость какая.

Господи, какой мудак! Зато тупой как пробка. Даже сумку не отобрал. А в сумке заветный телефон.

— Стоять! — подает голос второй.

— Что?

— Сумочку на базу давай. И телефончик.

Черт. Не прокатило.

Закатываю глаза. Пихаю ему в руку свою сумку, достав из нее телефон, который так же отдаю им.

— Только в роуминг не звоните, дорого.

— Ты, сука наглая, поговори еще, ты и так себе срок наговорила. Давай, скорее там… испражняйся.

Залетаю в туалет. Сначала реально делаю все дела, чуть не плача, потому что дотерпела. Малышка ворочается, недовольно пихает меня в бок, мол, что это ты, мамка, удумала, терпеть тут, мне неприятно!

Глажу живот, успокаивая кроху, а сама… достаю второй телефон из кармана. У меня с собой всегда два, один чисто для работы, а второй, который держу сейчас — личный.

Всё-таки хорошо, что эти парни в форме не профессионалы. Обошлись без обыска.

Набираю номер Стаса.

— Стас, у меня проблемы.

— Лана? Что случилось?

— Стас, только давай без лишних вопросов! Дело жизни и смерти. Вы с Ниной должны мне срочно помочь. Меня… Меня увезти хотят, странные люди в форме, но мне кажется, это точно не полиция. Подходите к туалетам прямо сейчас! И камеру возьми! — догадываюсь сказать, хоть от нервов дрожу, как трясогузка.

На последнем слове судорожно всхлипываю, и Стас быстро говорит, что всё понял и они с Ниной скоро будут. Нажимаю отбой, выдыхаю, еще раз мою руки, умываю лицо холодной водой, чтобы привести себя в чувство.

В надежде, что мне удастся отсидеться в туалете до прихода друзей, так и стою в нем, не выхожу наружу, но вскоре дверь начинает сотрясаться от ударов.

— Гражданка, на выход! Что, застряла там? Может, помочь?

Мерзкий, пошлый смех. Снова удары. Всё это пробирает до дрожи, до холодеющих конечностей. Сжимаюсь на месте, но настраиваю себя на борьбу. Я знала, на что иду, просто не ожидала, что со мной начнут бороться так быстро и такими вот методами.

За дверью всё стихает на короткое мгновение, слышу топот ног, бурный спор.

Стас и Нина очень быстро подошли, откликнувшись на мой призыв.

От облегчения меня слегка шатает, так, что приходится опереться на раковину.

Такие «приключения», конечно, не для беременных.

Решаюсь наконец выйти и быстро оцениваю обстановку.

Нина ругается с мужчинами в форме, требует предъявить удостоверения и объяснить причину задержания.

— Там моя подруга, ей пришлось прятаться от вас в туалете. Вы в курсе, что прессуете беременную женщину? По какому праву? У вас есть основание для задержания? Какое отделение полиции представляете? Стас, снимай! Я вас во всех СМИ ославлю, не отмоетесь! Заманаетесь объясняться! Не стыдно?

— Стыдно, у кого видно! Дамочка, отойдите! Это не ваше дело! В полиции разберутся, кого за что сажать! — он угрожающе двигается в мою сторону, но Нина бесстрашно меня защищает, бросаясь грудью на амбразуру.

— А я сказала, что вы ее не заберете, пока не покажете удостоверение!

— Мы тебе ща покажем удостоверение! — один из бугаев пытается схватить меня, задевает Нину, толкает ее локтем, она ударяется в стену, я охаю, Стас какое-то время снимает, пока второй бугай не предпринимает попытку вырвать из его руки телефон.

— Быстро вырубил камеру! — он выбрасывает руку вперед для того, чтобы выбить телефон, но вместо этого вмазывает Стасу по лицу, тот шатается, Нина реагирует быстрее всех.

Она расставляет руки в стороны, не давая всем передраться, снова взывает к совести мужчин, Стас уже выключил камеру, убрал телефон в карман и теперь, засучив рукава, собирается встать на нашу защиту, ни минуты не сомневаясь в том, чтобы отбивать меня силой.

Это какой-то сюр, просто нереальным кажется, с одной стороны. С другой — пугающе реальным. И я в который раз понимаю, что те, у кого есть деньги, уверены, что сила всегда на их стороне.

Еще секунда, и всё перерастает в потасовку, Нина едва успевает отвести меня в сторонку, и мы с ней оглядывается в надежде увидеть хоть кого-то, кто может нам помочь. Здесь же должна быть охрана!

— Да что же это такое? — в бессилии издаю стон, прилипаю к стене.

Нина меня обнимает. Всё это какой-то кошмар.

— Что здесь происходит? Эй! — слышим громкий мужской голос. — Прекратили драку!

Охрана лофта движется по направлению к нам, Стасу удается оттолкнуть от себя одного из уродов, он отбегает от них, загораживая нас с Ниной, которая кричит охранникам:

— Мы не виноваты, они на нас напали, угрожали беременной.

— Сейчас разберемся.

— Кто угрожал беременной? — слышу знакомый голос, а потом и вижу.

Роман Свиридов, отец моей малышки, собственной персоной.

И тут же низ живота скручивает болезненный спазм.

Роман

Красивая. Очень.

Смотрю на беременную Лану, которая глазами сверкает, а у самого во рту как будто слюна собирается, и внутри всё сжимается.

Красивая, да.

Ну, это я и тогда заметил сразу, когда тормознул у тротуара, чтобы дорогу расспросить. Красивая, растрепанная девочка, девушка с огромным тяжелым баулом. Как было ей не помочь? В машину к себе посадил, а от нее такой аромат: свежий, цитрусовый, яркий. Всё свело сразу там внизу, хотя я только от любовницы выехал, все силы вроде как там отдал. На свидание пригласил, а сам думал — мне это зачем? Я ведь жениться не собираюсь и на такой вот точно не смогу.

С матерью был разговор, она мне выдала целый список, фото веером выложила, выбирай, Ромочка, выбирай сынок. Девки все как на подбор, с родословными и с капиталами.

Угу, спасибо, мама, я еще погуляю.

Не то чтобы я был сильно разборчивым, или предложенные маман невесты мне не «зашли». Красивые, милые, одна так просто секс-бомба, еще одна — я бы такую да.

Просто… Просто мне хотелось по-другому.