Всем было плевать. От меня отворачивались клиенты. Забирали заказы. Не хотели даже выслушать. Коллеги перестали приглашать меня на мероприятия. Я внезапно поняла, что еще немного, и я просто не смогу элементарно оплатить свою небольшую мастерскую!

Я решила, что пойду ва-банк!

Роман и его семья заплатят за всё! И за ложь, и за унижение, и за потерю репутации.

Поэтому я пошла к Нине.

Нина — блогер, ее муж Стас — оператор, фотограф, видеоинженер и режиссер в одном флаконе.

Мы познакомились несколько лет назад, ребята хотели необычные образы на свадьбу, и я взялась их отшить. Внесла какие-то свои правки, и получилось просто шедеврально.

Ролики с их свадьбы завирусились в сети, все стали интересоваться — где они нашли такие наряды, Нина прорекламировала мою мастерскую, клиентов прибавилось.

Это было как раз в то время, когда у меня только начался роман с Романом.

Он тогда гордился мной. Я была уверена — искренне.

А потом пришла его мать и растоптала всё своими шпильками «Прада».

Ведьма.

Я, честно, не думала, что всё будет настолько серьезно.

Тот странный ее визит вообще восприняла как шутку, проверку.

Я жила в эйфории первого, настоящего, большого чувства.

Жила Романом, дышала им.

Любила на всю катушку.

И он любил так же.

Я ждала каждый вечер встречи, мечтала о совместных выходных.

О том, как я приглашу его на свой самый первый персональный показ и как он будет мной гордиться.

Еще мечтала сшить нашей доченьке самое первое платье.

Мне вообще больше всего нравилось придумывать именно детскую одежду. Казалось, что там больше простора для вдохновения и фантазии. Мысленно уже давно рисовала коллекции одежды для малышей и деток-дошкольников. Я мечтала о собственном бренде, собственном бутике, где детки сами могли бы найти себе одежду по вкусу.

У меня не было сестер и братьев, папа с мамой хотели, но не получалось, они смирились. А вот я — нет.

После их гибели я часто думала о том, насколько было бы проще, если бы у меня был кто-то, пусть младше, пусть я должна была заботиться не только о бабушках и дедушках, но еще и о сестре или брате, но я была бы в разы счастливее.

Для себя решила — у меня обязательно будет большая семья, деток как минимум трое. Они будут дружными, сплоченными, всё для этого сделаю!

Я не делилась своими мыслями с Романом, казалось, что нам еще рановато думать о детях, но как-то он сам признался, ему хочется детей, и тоже не меньше трех.

— Олененок, я зарабатываю достаточно, чтобы обеспечить и троих, и пятерых, и десятерых, конечно, в крайности совсем не хочется, понимаю, что на детей нужен ресурс, прежде всего не денег, а времени. Времени на десятерых нужно много.

— А на троих?

— Троих я точно потяну.

Он поцеловал меня, и мы занялись самым важным делом, тем, которое, как потом оказалось, и подарит нам долгожданное чудо. Правда, это будет позже, и Романа уже не будет рядом. Но в тот момент…

В тот момент я была искренне счастлива. Любила, была любима.

И всё чаще задумывалась о том, что моя мечта о бутике может стать реальностью.

Нужно было только найти деньги и силы для реализации. Силы у меня были. Всё упиралось в деньги.

Я понимала тогда, что Роман может позволить себе оплатить сотню таких коллекций. Купить мне десяток бутиков.

Но просить у жениха деньги?

Мне было совестно.

А вот у его матери, как оказалось, совести нет совсем.

— Сколько?

Лана

— Сколько ты хочешь?

— Я же сказала, что не продаюсь? Вы вообще о чем? Мы с Романом любим друг друга…

— Знаю я вашу любовь. Пошелестишь зелеными, и ее сдувает как ветром. Хочешь свой магазин? Имя в модельном бизнесе? Я могу тебе это устроить. Но к Роману чтобы на пушечный выстрел не подходила.

— А зачем мне ваша помощь, если мне может помочь Роман? — До меня, кажется, стало доходить, что мадам Евдокия Денёв не шутит.

— Все финансовые потоки Романа контролирует брат, Тимур не позволил тратить кучу денег на сомнительный проект, который может принести не только убытки, но и репутационные потери.

— А вы дадите денег на такой проект?

— Я дам денег, чтобы ты свалила из жизни моего сына, так понятно?

— Свалила?

— Ну, как там у вас говорят? Очистила горизонт? Свинтила?

— Какие у вас познания в современном лексиконе. Так вот, я не свалю, не свинтю, или не свинчу, и горизонт не очищу.

— Хорошо подумала?

Киваю и нагло задираю подбородок. Алексеевы не продаются!

— Что ж… Тогда придется прибегать к иным мерам. Как же вы меня достали, долбаные Золушки! Не успеешь от одной избавиться — другая нарисовалась.

Эта информация меня странным образом покоробила.

Я ведь знала про Тимура и его Асю. Про то, что девушка его обманула. Знала и не верила, что такое могло быть. Да, Тимур очень закрытый, суровый, жесткий. Я, правда, видела его всего раз, но мне хватило. Мне было не очень комфортно рядом с ним. Он был слишком… Слишком властным и неприступным. Непрошибаемым каким-то. Замороженным! Вот! Рядом с ним я себя чувствовала как в замке Снежной королевы, только Герде не удалось спасти Кая, он вырос и превратился в холодное чудовище.

Роман говорил, что Тимур очень хороший человек. Не способен на подлость и предательство. Честный. Не знаю, я не была так уверена. Мне реально не нравилась та история с Асей, а учитывая поведение маман Романа, сейчас я вовсе не была уверена в том, что Ася взяла деньги. Или взяла их по своей воле.

— Послушайте, зачем вы это делаете? Зачем вы ведете себя вот так?

— Как я себя веду? То, что я делаю — нормально. Я хочу оградить свою семью от нищего быдла.

Нищее быдло? Эти слова заставили меня покраснеть. Да, может быть, я и не была слишком уж обеспеченной, учитывая, сколько мне приходилось ишачить, чтобы всё тащить. Но быдло?

— Я достаточно хорошо образована, чтобы понять, кто тут быдло.

Я начинала не на шутку заводиться. И это меня пугало. Я вспыльчива и могу в запале наговорить всякого.

— Образована? Ты свой дешманский колледж считаешь образованием?

— Всё-таки поражаюсь тому, как вы выражаетесь.

— Приходиться общаться с тебе подобными, увы. Прислуга наотрез отказывается заканчивать университеты.

— Неужели? Прискорбно.

— Бери бабки, дура, обеспечишь себя на всю жизнь.

— Спасибо, я и так себя достойно обеспечиваю. А вы… если не прекратите лезть в жизнь сыновей…

— Рожай своих, посмотрим, как ты не будешь лезть. Я этого нахлебалась сполна. Кстати, зря ты считаешь, что у Романа к тебе серьезно. У него есть невеста, очень выгодный брак, на котором, кстати, настаивает Тимур, и Роман не пойдет против брата. Тебе останется в лучшем случае роль любовницы. Но ты ведь на это не пойдешь, чистоплюйка, да? В последний раз спрашиваю, берешь?

Я покачала головой.

— Ладно, пеняй на себя, швея-мотористка.

— Я модельер-конструктор.

— Ненадолго.

Мне бы тогда реально ее услышать! И рассказать о визите Роману! А еще лучше…

Еще лучше записать разговор на диктофон.

Но я просто не понимала тогда масштаба мерзости этой дамы.

Вспоминаю, и меня передергивает.

Страшно, что в моей малышке будет течь кровь этой гадюки.

— Лана, давай запишем еще один ролик, и всё, ты свободна.

— Хорошо, давай. Только мне нужно отлучиться ненадолго. Извини. Давит на мочевой, и я просто не могу…

— Беги, беги, мы пока чуть поменяем локацию.

Выхожу из лофта, в котором проходит съемка.

Голова слегка шумит и кружится. Всё-таки я нервничаю. В моем состоянии это совсем не хорошо. Хотя беременность у меня проходит легко, был токсикоз в первом триместре, сейчас всё в норме. Я соблюдаю все предписания врача, гуляю, занимаюсь йогой для беременных, стараюсь правильно питаться. Работаю, конечно, много, но, опять же, деваться некуда. Именно из-за этого я решилась бороться за права моей малышки. Она не должна испытывать нужду, в то время как ее отец тратит огромные бабки на развлечения — свои и своей невесты.