— Позвони, если передумаешь, — он царапает что-то на салфетке прямо на стойке.

Смотрю на его номер и киваю. Дожидаюсь, пока Мэддокс уйдет, чтобы сохранить его контакт в телефоне, и возвращаюсь к еде.

Он выпил все мое пиво… Ублюдок.

Доедаю в тишине, полностью погрузившись в мягкий гул чужих разговоров вокруг. Даже Девон исчез — наверное, уже закончил свою смену.

Я еду домой с набитым желудком. Войдя в гостиную, бросаю взгляд на диван, но решаю не проводить остаток ночи за просмотром «Теда Банди». Кормлю Нотурно и поднимаюсь к себе в комнату. Набираю горячей воды для расслабляющей ванны, и вскоре меня начинает клонить в сон. Я надеваю черную ночную рубашку и уютно устраиваюсь в постели.

Меня будит звук бьющегося стекла внизу. Я уверена: это мой хитрый кот что-то уронил. Потягиваюсь и достаю телефон из-под подушки — уже больше двух часов ночи. Включаю фонарик, потому что последнее, чего мне сейчас хочется — это распугать сон, зажигая в доме весь свет.

Осторожно спускаюсь по лестнице, позволяя себе идти в полумраке, освещенном только лунным светом, проникающим внутрь. Нотурно кружится у моих лодыжек, чуть не сбивая меня с ног, пока я ищу, что он разбил. Телефон в руке внезапно вибрирует. Разблокировав экран, замираю от ужаса: на нем — фотография меня, спящей сегодня ночью. Резкий, холодный, почти физический страх пронзает грудь, скребя по душе. Оглядываюсь — тишина давит, и мне кажется, что кто-то все еще находится в доме.

Бросаюсь к входной двери — она заперта.

На автомате направляюсь на кухню за ножом, но внезапно чувствую резкую боль в ступне. Чертыхнувшись, наклоняюсь проверить. Это камень — такой же, как те, что лежат на берегу озера. Я поднимаю взгляд и замираю: за разбитым квадратным окном виднеется фигура в маске. Неоновая маска светится устрашающим, искаженным светом. Я чувствую его взгляд так, будто он физически касается моей кожи. Камень выпадает из руки, я отступаю на шаг назад, и паника сжимает сердце стальным капканом.

Тень...

Я уверена — это он.

Он наклоняет голову набок, и даже через эту нелепую маску я вижу его ухмылку. Волосы на руках встают дыбом, пока мы сверлим друг друга взглядом.

Он вернулся, чтобы закончить то, на что тогда не хватило духа?

Где-то в доме раздается новый удар. Резко оборачиваюсь, прижимая руку к сердцу, пока страх сковывает меня ледяными тисками. В окно успеваю заметить еще одну фигуру — это Кобра или Горилла? Не знаю. Все словно застывает, и единственное, что слышу, — бешеный стук собственного сердца.

— Я никому ничего не рассказывала! — кричу, задыхаясь от ужаса. — Просто оставьте меня в покое... пожалуйста, — слова вырываются с трудом, хриплые, будто застрявшие в горле.

Он качает головой и отходит от окна. Я смотрю туда, где только что стоял Тень, но его уже нет. Все тело сотрясает дрожь, и чувствую, как ужин подступает к горлу, грозя вырваться наружу.

Позвонить в полицию — эта мысль мелькает в голове, но после всего случившегося меня могут посчитать сообщницей. К тому же, у меня не получится их опознать. А то, что мы сделали с телом того несчастного…

Трясу головой, пытаясь прогнать воспоминание.

Инстинктивно подхожу к разбитому окну — не смогу уснуть, пока не удостоверюсь, что они покинули мою территорию. В щель врывается холодный ночной ветер. Всматриваюсь в темноту и делаю глубокий вдох, пытаясь убедить себя, что худшее уже позади. Но сердце начинает бешено колотиться, когда Тень внезапно появляется снова, и его безжалостные руки смыкаются на моем горле словно стальные тиски.

Отчаянно пытаюсь вырваться из захвата. Маска светится зловещим светом, выхватывая лишь темный силуэт его глаз. Дыхание становится прерывистым, и чем сильнее сопротивляюсь, тем крепче его пальцы впиваются в шею.

Воздуха не хватает, перед глазами темнеет. Руки Тени словно когти, лишающие меня всякой воли. Звуки вокруг стихают, превращаясь в гул крови в ушах. Луна за окном словно гаснет, и лес погружается в кромешную тьму.

Я инстинктивно впиваюсь ногтями в его руки, тщетно надеясь найти хоть малейшую слабину. Но все бесполезно — ногти слишком короткие, чтобы оставить след. Каждая секунда тянется словно вечность. Сознание, затуманенное ужасом, отчаянно ищет выход из этого кошмара.

— Я скучал, крольчонок... но тебе не стоило возвращаться, — шипит Тень. Его голос доносится словно издалека, глухо, будто сквозь воду. — Думала, что сможешь избежать последствий?

— Я... не... могла... иначе, — хриплю я. Каждое слово словно разрывает горло изнутри.

— Всегда есть выбор. И я покажу тебе, что ты сделала неправильный, — его голос опускается до угрожающего шепота, а хватка становится сильнее.

Я задыхаюсь, лихорадочно ищу глазами хоть малейшую возможность спастись. Тянусь к лицу Тени и хватаю его за маску. Его хватка на горле ослабевает, когда я с отчаянной решимостью вцепляюсь в нее. Тень отталкивает меня с яростью, и я падаю на пол, прижимая к себе его маску.

Горло горит, свежий ночной воздух жадно наполняет легкие, вызывая мучительный приступ кашля. Отползаю от окна, прижавшись к дивану. Если они решат ворваться, мне крышка.

Этот кошмар еще далеко не закончился.

Может быть, я действительно заслужила все то, что сейчас со мной происходит.

ПРОШЛОЕ

Я поднялась на ноги, чувствуя, как сердце готово выскочить из груди. Бросила последний взгляд в их сторону и ринулась к озеру. Когда ступни коснулись ледяной воды, по телу пробежала дрожь. Я скользнула по первым камням, покрытым тиной, пока наконец не нащупала твердое дно.

— Сука! — прорычали позади, но я не обернулась. Сделав еще три шага вперед, почувствовала, как вода поднялась до талии. Ночная рубашка задралась и прилипла к бедрам.

— Давай, Лав, переплыви озеро! — донесся издевательский голос.

Сердце колотилось как сумасшедшее, мысли путались. Включился режим выживания — я была готова на все ради спасения.

— Куда ты думаешь сбежать? — хриплый, безжалостный голос разорвал тишину. Я оглянулась — не нужно было видеть его лица, чтобы ощутить его ярость: она волнами исходила от Тени.

Я рванулась вперед, но не успела мое тело снова погрузиться в воду, как меня грубо дернули назад. Шею сдавила рука, способная переломить горло взрослого мужчины.

— Бесполезно убегать, крольчонок, я всегда тебя поймаю.

— Ты больной ублюдок! — закричала я, извиваясь в его хватке. Его ладонь сомкнулась на моей талии и резко прижала к себе, после чего он развернул нас к берегу.

— Было бы забавно гоняться за тобой всю ночь напролет, если бы не пришлось избавляться от трупа, — процедил он, и даже сквозь маску я почувствовала холод его дыхания на своей шее.

Мы вышли из воды. Белая ночнушка прилипла к телу, заставляя меня остро желать спрятаться, укрыться хоть чем-то.

Как я могла подумать, что смогу убежать от этого гиганта под два метра ростом?

Тень отпустил меня. Я обернулась к нему — кровь пульсировала в венах — и, поддавшись порыву, ударила его по лицу. Боль пронзила ладонь — кулак встретился с маской, которая сдвинулась на несколько сантиметров.

Он вскинул голову, и я почти физически ощутила смертоносный взгляд, пронзающий меня сквозь прорези маски. Невольно отступила на шаг. Волна страха и предвкушения одновременно накрыла меня с головой.

— Я... я... — слова застряли в горле. — Прости, — прошептала едва слышно и попятилась назад. Ноги зацепились, и я рухнула на спину, выбив воздух из легких.

Мгновенная боль от падения тут же растворилась в осознании того, обо что я споткнулась — о труп. Я поползла прочь, чувствуя, как внутренности переворачиваются от ужаса.

Тень переступил через тело и направился ко мне. Я развернулась и поползла на четвереньках, ощущая, как страх вспыхивает под ребрами жгучим пламенем, выжигая все на своем пути.