— У-у-у, какой тиран, — я тихо рассмеялась.

— Сам в шоке, — он выдохнул и обнял меня сильнее. — А смотреть нужно, к кому в койку ложишься под бочок. Мы с Плутона ребята конкретные.

— Запомню на будущее.

Он поднял руку и шлепнул меня по попке. Не больно, но все же.

— Эй… — фыркнула на него.

— Я ревнивый, Эль. Действительно, ревнивый. Тебе только шлепок и грозит, а соперника порву.

Испугаться бы, а я потерлась о его грудь щекой. Меня так давно никто не обнимал. Не говорил, что нужна.

— Может, еще и полюбишь со временем, — съязвила я.

— А ты еще не поняла, да? — он усмехнулся, жестко как-то. — А Крас сообразил. Он и правда непрост. Хорошо людей просчитывает, качественно и быстро.

— Ты о чем? — я шире раздвинула ноги и оседлала его бедра. Так было удобнее лежать.

— Эль, я влюбился в тебя. И наш странный инженер-навигатор это мгновенно просек. Мутный он, и доктор этот. Тремор его рук… Он не постоянный. Только во время волнений. Нервное. А что может так сильно давить на человека на "Фениксе"? Чего ему дрожать? И холод этот. Он не плутоновец, как переносит такие температуры на постоянке? Нарушение метаболизма? — Зейн, казалось, сам с собой разговаривает, но я его слушала внимательно. — Вряд ли. Привычка такая? Скорее всего, он в реале со станций за Нептуном. А больнички там все или серые, или откровенно черные. И кто же наш док?

— Ну, специалист он хороший, — пробормотала я, нежась в его объятиях.

— То-то и оно. Что он забыл на Глизе?

— А ты? Что ты там забыл? — поймала я его на вопросе.

— Пока неважно, — голос Зейна вмиг стал тяжелым и суровым.

Я по интонации поняла, что тема закрыта и обсуждению не подлежит. Может, в иной ситуации и возмутилась бы. И обиделась… Но сейчас я настолько устала, что не отреагировала. Только пробормотала:

— Злюка.

— Нет, Эль, просто разговор тяжелый. Но от него мы не уйдем. А тебе нужен отец?

— Угу, — промурчала, чувствуя, как подкатывает сон. — Хочу похоронить его нормально. Хотя, скорее, убедиться, что его и правда больше нет. Говорят, что я видела его смерть. Был звонок. Но я совершенно ничего не помню. Меня вызвали к директрисе интерната, там были законники. Они расспрашивали меня, а я поверить не могла, что папы больше нет. Дышать не могла. Жизнь мгновенно обратилась в пепел. Было будущее и нет его. Все стало вмиг неважным. Диплом получила только потому, что директриса встряхнула пару раз. Я стала уходить в клубы, выходила на ринг. Позволяла девчонкам избивать себя. Всем нужны деньги, они старались, развлекали публику. Заработала сотрясение и загремела в больничку. Появился бывший, сообщил, что ему невеста больная на голову не нужна. Я отпустила. Отдала подаренное обручальное кольцо.

— И вот так сразу не нужна стала? — голос Зейна стал совсем ледяным. Он гладил мои волосы, пропуская прядки сквозь пальцы.

— У меня был отец. Ученый с именем. Это немного больше, чем ничего, как у остальных девчонок. Это я потом поняла. А когда стала как все, то и не нужна. Да и чудила я. Ходила по комнате. Вроде и спала, но уборку наводила. Ну, ты и сам знаешь…

— Как же мне повезло, что какой-то урод сам убрался с дороги, — его рука легла на мой затылок и сжала. — Спи, Эль. Завтра тяжелый день. Что-то мне подсказывает, что просто на станции не будет. Если прошлый экипаж мертв, то его кто-то порешил. Среди них был или маньяк-серийник, или психопат с больной головой. Но убийца, скорее всего, все еще там и ждет, когда же прилетят его спасать. Так что отдыхай, пока есть возможность. Наше завтра может продлиться несколько дольше, чем одни стандартные земные сутки.

— А если убийца там? — шепнула я.

— Ну, малыш, скажи, чем мутанты так пугают остальных?

— Убиваете быстро и качественно, — пробормотала я.

— Верно. А я военный уже даже не помню в каком поколении. Сбились со счёта. Спи, Эль, а я посторожу твой покой…

Кивнув, я вдруг сообразила кое-что:

— А как я у тебя сегодня вообще оказалась? Опять пришла, только сбежав от дока?

— Ну, почти, — он осторожно сместил меня в сторону и удобно устроил у себя под боком. — Ладно. Я принес почти сразу. Ты погуляла по каюте и легла. Не доверяю я здесь никому. Еще не хватало у сомнительного черного хирурга тебя оставлять. Единственное место, где тебе пока дозволено быть — за моей спиной. Ну или рядом.

— Хорошее место, — выдохнула, медленно засыпая.

Тепло, хорошо, еще и целуют…

Улыбнулась, чувствуя себя счастливой.

Утро. Сигнал к подъему. Громкие голоса.

Знакомые… Но их не должно быть.

Я повернулась на бок и притянула к себе одеяло.

Запах… Мужчины.

Не резкий, приятный.

Промычав что-то невнятное сквозь сон, обняла подушку.

— … ты должен ей сказать, Зейн. Сам же всегда говорил, что близких обманывать нельзя. А она в твоей кровати спит. Куда ближе-то?

— Не поймет, Фиомия. Надумает лишнего. Хватит и того, что она мне не безразлична. Но ты меня поняла — не доставай Эль. Если увижу, что ты ей картинки свои крутишь — добр не буду. Ты меня знаешь.

— А когда-то я тоже с тобой дрыхла.

— Ну, ты сравнила! Не путай мягкое с теплым. Кто ты мне, а кто она. И вообще, контролируй себя. Я все понимаю, ты девушка молодая, горячая, но ты меня знаешь.

— Ой, все… — услышала я знакомый всем женщинам последний веский довод в любом споре. — А мне она нравится.

— Поэтому ты ее в первый же день довела до трясучки. Я тебе все сказал, Фиомия. Не смей ее донимать.

— Ну, всё-всё… Завёлся. Ты бываешь таким занудным. А почему она не просыпается?

— Потому что устала, — пробурчал мой хвостатый.

— А что ты с ней делал?

— Фиомия, моя просьба не донимать Эль не означала — начинай трепать нервы мне. Проснется.

Я поморщилась и плотнее прижалась к подушке. Открывать глаза совсем не хотелось… Но… мы ведь вроде как прибыли и наверняка шлюз уже вскрыли. Нужно будет швартоваться. И без моториста никак.

А Рихард, гад этот, явно ядро-то на этом корабле впервые увидел. Со всех сторон херня какая-то вырисовывается.

— И все же, чем это вы занимались, что ее даже сигнал подъема не берет? Братец, а ты что, ее того? Опа! И я все проспала. И-и-е… силен. Ну точно… А что это на ней… В чем она спит?

— Я тебя сейчас отрублю, — зашипел Зейн. — Во-первых, мала еще вопросики такие задавать. Во-вторых, не лезь в мою личную жизнь.

— Почему это?

— Потому что существует "во-первых", Фиомия! Мала еще.

— Фу таким быть… Буди ее. Время.

— Без тебя знаю, что мне делать.

Матрас за моей спиной прогнулся. Вроде и ничего такого, но это показалось до того интимным, что я слегка покраснела.

— Эль, — Зейн склонился надо мной и осторожно провел ладонью по моему плечу. — Пора вставать, красавица моя.

А вот следом раздалось хихиканье этой неугомонной.

— Сначала меня буди, потом ее врубай, — проворчала я.

— Это почему? — не понял мой хвостатый.

— А чтобы поцелуями смог ее поднять. — А так, при мне уже нельзя, я же еще ма-а-аленькая.

Хихиканье Фиомии стало звонче.

Ну и паршивка. Я улыбнулась.

Зейн склонился ниже и коснулся губами моего ушка.

— Дело говорит. Не подумал я как-то. Все же романтике меня не обучали, как-то больше строем ходить.

— А связистам своя каюта не полагается? — уточнила на всякий случай.

— Полагается, Эль, но на "Фениксе" мои девочки будут находиться рядом со мной.

— Это с каких пор?

Я все же открыла глаза. Потянулась и поняла, что выспалась. Наконец-то.

— С этих самых, Эль. На Глизе я хочу видеть вас рядом постоянно. И если с Фиомией это беспроблемно, то с тобой нет. Не отходишь ни на шаг, даже если кто-то что-то прикажет. Ты моя тень. Куда я, туда и ты, не отставая.

— Что-то ты сгущаешь краски? — я привстала на локтях и, потянувшись, коснулась губами его губ. — Не пугай раньше времени.