– Доброе утро.

– Привет, Мак, – дружно ответили приглашённые, уже привыкшие звать кванк по имени.

Шаргин уселся за стол, вывел на виом все подготовленные к обсуждению материалы о недавнем инциденте.

Аналитики Коскона к этому моменту собрали данные о происшествии, всунули в компьютер системы, имеющий имя Посейдон, добавили записи контроля Солнечной системы, а также документы о ситуации с обнаружением тюрем боевых роботов в Галактике и за её пределами, и Шаргину осталось только оценить проделанную работу.

– Нашли его? – спросил он, не поворачивая головы к подчинённым. Имелось в виду местоположение непрошеного гостя, нарушившего границы воздушного пространства России (если не считать границ Солнечной системы).

– Пока нет, – ответил Шмелёв.

Компьютер в этот момент выдал три варианта, объясняющие появление гостя, по идее аналитиков захватившего «Пастуха» и пригнавшего беспилотник к Земле.

Первый вариант имел вероятность не больше одного процента. С такой вероятностью в Солнечную систему мог прилететь посланец ядран, посетивший сначала Вирго 444 и неожиданно наткнувшийся там на «Пастуха».

Вторая версия – моллюскора выпустил посланец разума Ланиакеи, откуда-то узнавший о существовании тюрьмы роботов, – умещалась в восемьдесят пять процентов вероятности.

Третий вариант учитывал возможное формирование в будущем постразумной структуры под названием За-Разум, о которой не раз говаривал Шапиро.

И, наконец, компьютер допустил возможность прибытия третьей силы, о существовании которой раньше предупреждал Копун. Посейдон не знал об этой гипотезе Вестника, поэтому назвал четвёртую силу фактором невероятности.

Термин на некоторое время позабавил присутствующих, на лицах которых замелькали улыбки. Вошедший в этот момент начальник департамента спецопераций Барашенков с удивлением посмотрел на коллег:

– Доброе утро, коллеги. Что я пропустил?

– Посейдон назвал вариант гостя, посетившего Землю, фактором невероятности.

– Очень романтично, – усмехнулся Олег Протасович. – Ну, а вы к какому склоняетесь?

– Тартарианцы, – сказал Шмелёв. – Посейдон отдал этому варианту восемьдесят пять процентов вероятности. В принципе, все косвенные доказательства говорят в пользу этой оценки. В Ланиакее сидит разум, названный Копуном системой типа «рой». Он начал готовиться к зачистке Вселенной от «шлаков» агрессивных цивилизаций, сам будучи ничуть не лучше. «Рою» понадобились средства для достижения этой цели, и он не нашёл ничего лучше, чем использовать древних боевых роботов, уцелевших после войны на задворках Вселенной. Поскольку с тюрьмой джиннов у него произошёл облом, он пошёл дальше и обнаружил тюрьму моллюскоров.

– Всё это наши предположения, – поморщился Етоев.

– Разумеется, но они хорошо согласуются с возникшей ситуацией.

– Зачем посланцу тартарианцев надо было после захвата моллюскора лететь к нам? Что он собирался узнать или сделать?

– Реестр, – небрежно сказал Барашенков.

Лица присутствующих повернулись к нему.

– Реестр? – поднял брови Шмелёв.

– Что ещё? Если наши идеи правильны, тартарианцам-Властителям позарез нужны указатели, где полмиллиарда лет назад существовали цивилизации, участвующие в войне, и где могли остаться схроны роботов. А добыть сведения легче всего в инфоцентре.

– Цель достойная, однако нам надо прикинуть и дополнительные варианты.

– Ну, может быть, он рассчитывал покопаться на планетах Солнечной системы в поисках баз прежних её обитателей. Кстати, товарищи контрразведчики, вам не кажется, что наша Система пересыщена военными артефактами? Если учесть находку китайцев на Энцеладе, то всего в Системе найдены аж четыре древние базы. Не слишком ли много для такой рядовой звезды, как Солнце, и для такой рядовой цивилизации, как земная, существующей в те времена? Между прочим, по гипотезам психоисториков двести миллионов лет назад Солнечную систему контролировали летающие рептилии.

– Что ты хочешь этим сказать? – хмыкнул Шмелёв.

– Не является ли эта земная цивилизация рептилий, процветающая двести миллионов лет до человечества, зачинщиком всеобщей межгалактической войны?

– Ты даёшь, Олег! – крякнул Етоев.

– Почему нет?

– В Реестре нет ни одного доказательства, что рептилии владели Солнечной системой.

– Просто наши айтишники-шифровальщики ещё не дошли до места, где об этом написано.

– Что это нам даёт? – спросил Шаргин.

– Налицо предупреждение, вот и всё. Надо ещё раз обследовать все планеты и спутники на предмет нахождения на них баз и ускорить изучение Реестра.

– Потребуются дополнительные расходы.

Барашенков пожал плечами:

– Овчинка стоит выделки. Раз уж тартарианцы прибыли к нам за Реестром, то хранящаяся в нём инфа о военных базах представляет собой колоссальную ценность.

– В первую очередь всё-таки стоит уточнить, нашли китайцы на Энцеладе что-нибудь или не нашли, – сказал Етоев.

– Разведка получила задание, работает, – встрепенулся Шаргин. – Как только станет что известно, нам сообщат. Но ты затронул другую важную тему. Если тартарианцы, или кто там на самом деле, прилетели сюда за Реестром, то…

– Он сейчас готовится его выкрасть! – сказал Барашенков.

На мгновение все застыли, озадаченно глядя на него.

– М-мать твою! – очнулся Шмелёв. – Что-то здесь не так… если ты прав, то он не должен был светиться над Плесецком…

– Отвлекал.

Шаргин включил сеть «Аргуса»:

– Мак, данные по охране Института цифровых исследований!

– Посылаю, – отозвался кванк.

В глубине виома над столом начальника Коскона высыпалась горсть цифр, символов и слов, сопровождающая схему охраны Института. Из полученных сведений было видно, что все корпуса имеют по три пояса защиты, в том числе на материальном уровне, если иметь в виду скрытые автоматикой роботизированные системы обороны, имеющие в своём распоряжении роботов-фозмов и вооружённых беспилотных комплексов.

– Не вижу уязвимостей, – проговорил вглядевшийся в изображение Шмелёв. – Периметр защищён от любого нештатного проникновения. Ему даже ядерный взрыв не страшен. То есть любая ракета или дрон просто будут при обнаружении выброшены в космос по «струне».

– Ты не учитываешь возможности моллюскора, – покривил губы Барашенков.

– Какими бы он ни обладал, он не волшебник.

– Смотря до какого научно-технического уровня добрались его создатели. Мы тоже вплотную подошли к технологиям уровня «БОГ». Говорил же один наш предок[98], что высшие технологии ничем не будут отличаться от магии. Просто не всякий разум доживает до таких вершин развития.

– По-твоему, творцы моллюскоров достигли?

– В таких делах лучше перестраховаться, чем недооценить противника.

– Хорошо бы предупредить… – Шмелёв не договорил.

Над столом главы Коскона вырос вертикальный красный лучик, шишка компьютерного вириала[99] издала низкий гудок.

– Говори! – изменился в лице Шаргин.

– Объявлена тревога! – сухо сообщил Мак. – В Филях произошло вторжение в Институт цифровых исследований, уничтожена комплексная система охраны второго корпуса!

–..! – не сдержался Шмелёв.

– «На уши!» – вскочил из-за стола Шаргин, приказывая компьютеру объявить тревогу по Коскону.

Как ни торопились, подгоняя самих себя и тревожные службы, в Фили все прибыли уже к «разбору полётов». Информационная автоматика Института знала всё начальство Коскона «в лицо», и четвёрку контрразведчиков пропустили на территорию заведения беспрепятственно.

Представители Федеральной Службы охраны подъехали к месту происшествия позже команды Шаргина (так получилось из-за ранней встречи в офисе Коскона), и он вместе с подчинёнными допрашивал дежурную коалицию (компьютеры, системы автоматики, живые свидетели) без помех.

Из торопливого доклада дежурного на мониторе охраны (живого оператора) вырисовывалась следующая картина.