— Но у нас нет мыслей получше, — соглашаюсь я с Нелой. — Скоро ты потеряешь остатки сил, и нам останется только возвращаться назад.

— Хорошо, — соглашается Дрейк. — Давайте скорее.

— Сильвер, иди первым, — командует Нела. — Я пока посвечу.

В её руке догорает что-то, очень похожее на мою последнюю запасную рубаху.

Я хватаю мешок и неуклюже карабкаюсь к носу лодки.

— Брось мешок, — советует Нела. — Лучше держись двумя руками!

— Там важные вещи, — пыхчу я, примериваясь, чтобы схватиться за верёвки.

Когда я уже карабкаюсь вперёд, к спине дракона, погружаясь в воду, я чувствую, как что-то скользит по лицу, а затем по шее. Но обе руки заняты, я не могу проверить — возможно, какая-то травинка, плывущая в реке, задела меня.

— Держусь! — говорю я, наконец крепко ухватываясь за ремни между крыльев дракона. — Нела, где ты там?

— Простите, парни, это действительно только ваше странствие, — говорит она. — Четвёртого не будет, но с вами остаётся третий, так что будьте осторожны.

Я оглядываюсь и успеваю увидеть две алые точки во тьме — верёвки, которые она пережигает руками.

— Нела, не глупи! — кричу я. — Скорее, иди к нам!

Дракон оглядывается, хлопая крыльями.

— Так вам будет легче, — кричит Нела. — Я постараюсь задержаться на уступе, где мы причаливали, и буду ждать, сколько смогу. Летите! Если повезёт, встретимся чуть позже!

— Нела, не надо! — кричит дракон, но верёвки лопаются, и больше мы ничего не видим.

Похоже, лодку быстро уносит течением. Дрейк барахтается, не в силах решиться, куда ему кидаться, назад или вперёд. Затем он всё-таки хлопает крыльями, и я чувствую, как мы поднимаемся над водой. Похоже, мы преодолели порог.

Дракон сразу снижается, и это верно — мы не знаем высоту потолка. Когда он опускается на воду, я гляжу вперёд и вижу светлое пятно. Мы почти добрались до выхода.

Странно, что Нела упомянула о третьем, оставшемся с нами. Неужели она имела в виду колдуна? Я боюсь, что Дрейк о чём-то спросит, но он не спрашивает.

— Я только отнесу тебя и сразу отправлюсь за ней, — заявляет мне Дрейк.

Однако затем мы плывём долго, слишком долго, чтобы можно было надеяться догнать маленькую лодку, подхваченную течением.

Я молчу. Я огорчён тем, что так получилось. Но может быть, скоро всё будет закончено и мы сможем повернуть назад, а Нела дождётся нас. Если только не пропустит уступ и не разобьётся, упав с водопада. Если только люди, с которыми она прожила всю жизнь, не накажут её за побег.

Мы движемся вперёд, но пятно света увеличивается очень медленно.

— Если она погибнет, виноват будешь ты! — с ненавистью произносит дракон. — Это ты всё время повторял, что она нам не нужна, пока она не поверила. Я вытащил бы двоих!

Но я же вижу, что вряд ли. Он тяжело, с хрипом дышит, и временами я не понимаю, мы движемся вперёд или нас уносит назад. Вода делается всё холоднее, и мы всё так же взбираемся по водной дороге в гору, хоть уклон и невелик.

— Она взрослая девочка, — отвечаю я Дрейку, — и сумела оценить ситуацию лучше тебя. Поторопись, — тут я едва сдержался, чтобы не добавить: «животное», — если повезёт, мы быстро со всем покончим и сразу же вернёмся за ней.

— Жду не дождусь, — шипит дракон. — И чтоб ты знал, как только всё закончится, каждый сам по себе. Назад будешь возвращаться, как хочешь.

Это меня встревожило. До нынешнего мгновения я и не задумывался, как мы попадём домой.

«Не переживай, мальчик мой, — журчит в ушах голос колдуна. — Выход найдётся всегда. Кроме того, Дрейку непременно придётся с тобой объединиться. Он ведь пока не знает, что потеряет силу дракона, как только ты выполнишь свою миссию. Оставшись человеком, он не справится в одиночку».

И то верно.

— Что молчишь? — вновь обращается ко мне дракон. — Испугался? Надеюсь, что да. Ты этого заслуживаешь после того, как обрёк девушку на смерть.

— Захлопни пасть, — не выдерживаю я, — и шевелись. У меня уже ноги отмёрзли. Ты собираешься до старости проболтаться на одном месте?

Дракон ревёт, хлопая крыльями. Мне даже кажется, что он собирается сбросить меня в воду, но тут он тяжело поднимается в воздух. Мы сразу начинаем двигаться быстрее, но его сил хватает ненадолго.

Когда слепящий свет приближается и я наконец могу хорошо рассмотреть всё вокруг, я замечаю, что по сторонам реки появляются неширокие берега. Стены скального коридора расступаются. Дрейк делает последний рывок, врезается боком и грудью в стену, а затем мы падаем на узкую полоску песка.

Дракон остаётся лежать неподвижно. Сперва я не обращаю на это внимания, считая, что причиной тому усталость. Кое-как спускаюсь с его бока. Негнущиеся ноги, одеревеневшие от холода, подгибаются, и я падаю, не выпуская из рук мешок. Долго пытаюсь размять ноги, кричу от боли, когда возвращается чувствительность. Наконец я поднимаюсь, шатаясь, и только тогда осознаю, что дракон за всё это время даже не пошевелился.

— Дрейк! — зову я его с тревогой и тяну за крыло. — Ты слышишь меня?

Но он молчит, и бока его остаются неподвижными, будто он не дышит. Я оглядываю его, но насколько вижу, следов крови нет. Что же произошло? Как сильно он ударился при падении?

«Оставь его, он в порядке, — звучит то ли мой внутренний голос, то ли голос колдуна. — Нужно скорее идти вперёд. За Дрейком можно будет вернуться, когда всё кончится».

Я поднимаю мешок и ковыляю по неширокой песчаной полоске в сторону неба.

Идти приходится долго. Ноги вязнут в песке, меня бьёт озноб. По пути машинально развязываю мешок, шарю в нём рукой. Извлекаю ножи — один, второй. Как понять, какой из них тот самый?

«Вот этот», — сам собой приходит в голову ответ, когда мои пальцы обхватывают бронзовую рукоять.

И как я раньше не догадался? Этот кинжал украшен фигуркой дракона, лапы и хвост которого оплетают рукоять, а из яростно оскаленной пасти, как длинный четырёхгранный язык, торчит лезвие. Кожаные ножны, похоже, в прошлом были расписаны, но краска почти стёрлась. В оставшихся узорах я замечаю то крыло, то хвост, то драконью морду.

Бросаю мешок — больше он мне не нужен — и плетусь, разглядывая кинжал. Где же яд?

На самом кончике вижу отверстие. Отсюда наверняка то ли выпрыскивается яд, то ли выскакивает дополнительное лезвие. Хорошо, но где же пружина?

«Осмотри спину дракона», — сам собою приходит в голову ответ.

Я осматриваю и обращаю внимание, что один из зубцов спинного гребня подвижен. Когда я с усилием нажимаю на него, из кончика клинка показывается игла, покрытая каким-то составом. Отвожу палец, и игла прячется внутрь.

Это всё, что мне нужно знать. Я кладу кинжал в ножны и продолжаю путь.

Когда я, тяжело дыша от усталости, выхожу под открытое небо, солнце стоит прямо над головой.

Я оглядываюсь. Передо мной раскинулось то ли озеро, то ли море — не понять. В тумане у линии горизонта мне чудятся очертания берега. Если Земля Драконов расположена там, то мне в одиночку точно не добраться. Даже не уверен, что и Дрейк осилил бы этот перелёт.

Оглядываю берег. В светлом песке там и сям пестрят камешки и панцири моллюсков. Я вижу огромную светлую раковину, причудливо закрученную, трогаю её и вдруг понимаю, что это рог дракона. Череп, почти полностью занесённый песком, таращится на меня краем глазницы.

Обхожу его и двигаюсь дальше. Теперь глаз подмечает то, на что я прежде не обратил внимания — в песке повсюду разбросаны кости. Но где же мне найти умирающего дракона, если он здесь есть?

Вероятнее всего, там, где есть укрытие, пища и вода, — подсказывает мне внутренний голос. Вряд ли испускающий дух дракон осилил бы перелёт над морем. А значит, они прилетают сюда ещё не такими слабыми и проводят на берегу какое-то время, прежде чем пробьёт их час.

По левую руку я замечаю группу деревьев и решаю направиться туда.