Пользуясь прикрытием, Лань Юэ наблюдала за боем и выискивала слабые места. Этот даолаогуй был не обычной особью, с которыми ей приходилось столкнуться. Он крупнее, быстрее, а тело лучше защищено прочным хитиновым панцирем. Обычные даолаогуи предпочитают нападать на нарушителей их территории из засад, полагаясь на дротики, в ближний бой они вступают редко, только если не остаётся выбора. Этот же оказался необычной мутацией. Если Лань Юэ удастся такого убить, часть его тела будет отличным объектом для исследований. Эта тварь больше походила на чей-то магический эксперимент, чем ошибку природы.
Пока монстр был занят своими врагами, с которыми, впрочем, быстро разделается, Лань Юэ заметила, что сзади его шея не защищена хитином, а значит можно было ударить. Пользуясь случаем, она, не выходя из маскировки, спикировала сверху, готовая вонзить кинжал в слабое место, но совершенно не ожидала того, что произойдёт дальше.
Даолаогуй почувствовал её и, развернувшись, попытался отмахнуться здоровенной клешнёй. Если бы не туманный плащ, Лань Юэ пришлось бы несладко, но он искажал её образ, заставив противника промахнуться. Она ушла от удара и приземлилась у даолагуя за спиной. Не мешкая, Лань Юэ снова атаковала, пользуясь потоками ци, чтобы стать быстрой и неуловимой. Она наносила удар за ударом, стараясь попасть в уязвимые места, но от кинжалов было мало толка. Лань Юэ воспользовалась своими собственными ядовитыми дротиками, выбрав самый сильный яд из своего арсенала, и вот тонкая игла попала в цель. Яд жёг даолаогуя, приведя того в неописуемую ярость. В агонии он принялся крушить всё вокруг и всех, кто попадётся под его клешни. Ещё один заклинатель пал жертвой чудовища, не успев уйти от удара, третий же не нашёл ничего лучше, как сбежать, оставив Лань Юэ одну. В конце концов, никто не обязан был на Охоте погибать за незнакомцев.
Лань Юэ предвкушала скорую победу, но даолаогуй и не думал погибать. Она едва успела увернуться от удара одной клешни и тут же попала под второй. Отлетев на пару чжанов [1], Лань Юэ ударилась спиной об ещё уцелевшее дерево. Даолаогуй издал победный рёв под аккомпанемент раскатов грома и пошёл прямо на неё. Удар вспорол землю совсем рядом, Лань Юэ, шипя от боли, успела перекатиться. Ещё раз и ещё… Долго так продолжаться не могло, она лишь теряла драгоценные силы. Помогая себе магией, Лань Юэ вскочила на ноги и подпрыгнула в воздух, обрушив на даолаогуя град «гадючьих зубов», отравленных магических шипов зелёного пламени. Одна из них ранила его в плечо, другая повредила заднюю ногу, и это оказалось эффективнее клинков. Лань Юэ предприняла ещё одну попытку атаковать, пока монстр замешкался. В этот раз всё оказалось удачнее и всё же даолаогуй успел схватить её клешнёй за ногу, когда она оказалась слишком низко в воздухе.
Лань Юэ охнула, повиснув вниз головой. Монстр вперился в неё своими крохотными глазами и ей на мгновение показалось, что он разумен. Он заревел, и она почувствовала зловоние его пасти.
— Что, сожрёшь меня? Это всё, что ты можешь сделать?
На что даолаогуй, конечно, не ответил, а отшвырнул её в сторону. Лань Юэ успела смягчить своё приземление, и всё же оно вышло жёстким. Из лёгких вышибло весь воздух, а левую лодыжку жгло от сильной боли. Действия яда она не опасалась, но боль от него никуда не девалась и быстро распространялась по всему телу вместе с кровотоком.
Когда она приподнялась на локтях, ей показалось, что монстр издал звук, похожий на человеческий смех. Быть такого не может. Лань Юэ мотнула головой, неужели всё-таки яд действует? Даолаогуй готовился атаковать снова и на этот раз убить её, он пошёл на неё, подняв клешни для смертельного удара.
— Ну уж нет, — сказала Лань Юэ скорее для того, чтобы успокоить саму себя, и, зажмурившись, вскинула руки в защитном жесте.
Но вместо того, чтобы почувствовать удар о магический щит, она сквозь закрытые глаза увидела, как оголившуюся поляну озарила белая вспышка, а мимо неё со спины прошла волна мощной свежей энергии подобной кристально чистому воздуху после грозы. Даолаогуй взревел, но в этот раз не от ярости, а с нотками возмущения и боли. И… удивления? Но разве может это чудовище испытывать удивление?
Лань Юэ открыла глаза и увидела зияющую в груди даолаогуя рану, будто от прошедшего насквозь меча. Чёрная кровь хлынула из сердца, орошая траву под чудовищем, от чего зелень мгновенно увядала. Даолаогуй рухнул на землю, а рядом с ним стояла сотканная из света женская фигура. Она подошла к Лань Юэ и коснулась её плеча, отчего девушка почувствовала прилив сил, будто и не было никакого сражения. Неведомая сила мягко, но настойчиво, поставила её на ноги.
— Иди за мной, — сказал дух, и Лань Юэ послушалась.
От светлой женщины не было ощущения как от призрака, от неё исходила чистая энергия ци, безупречная как водная гладь озера у подножия священной горы. Лань Юэ не сразу заметила, что они идут в сторону поместья.
— Куда ты меня ведёшь? — спросила она, идя за духом, едва поспевая.
Но фигура молчала и остановилась только тогда, когда они оказались у небольшой поросшей мхом скалы. До поместья было ещё далеко, но Лань Юэ не покидало ощущения, что это место и тот дом связаны.
— Что ты хочешь от меня? — спросила она у духа, но сотканная из чистой энергии фигура лишь встала на груду камней у скалы и просочилась сквозь землю.
— Что? Мне это разгребать теперь?
Лань Юэ чувствовала тягу к этому месту и принялась разбирать небольшую насыпь. Энергии в ней сейчас было столько, что она без труда справилась с занятием, на которое раньше потратила бы много сил. Наконец, камни были разобраны и она наткнулась на мягкую ткань свёртка в земле. Золотой шёлк рассыпался в руках, обнажая дивной красоты меч в белоснежных ножнах.
— Так это и есть ты? — спросила она, вынимая меч из ножен.
В ответ тот мелодично зазвенел, будто подтверждая ответ на вопрос.
— У тебя есть имя?
Лань Юэ посмотрела на клинок и увидела иероглифы. «Летящий снег».
— Летящий снег… — произнесла она и почувствовала, как от рукояти меча по руке расползлась приятная прохлада.
…Раненая заклинательница, оглядываясь по сторонам и спотыкаясь, несла в руках свёрток как родного ребёнка. Она не дышала — хрипела. За спиной пылало зарево пожара, руки и одежды были в крови и пепле. Женщина, найдя подходящее место в скалах, упала на колени и принялась за дело. Когда она спрятала меч, из последних сил прошептала заклинательную формулу и провела рукой…
Видение пропало. Лань Юэ мотнула головой, в носу ещё ощущался запах крови и гари. Кто была та заклинательница? Неужели та самая женщина с портрета? Только теперь вместо нарядных одежд на ней были лохмотья, а лицо в саже. Давно мёртвая Ван Лин Сюэ.
Лань Юэ вложила прекрасный меч в ножны, который действительно напоминал девушку, в чьём облике предстал перед ней, и задумчиво посмотрела в сторону поместья, чья крыша виднелась вдалеке. За этим всем крылась какая-то история, но какая? Лань Юэ задумается об этом позже, а пока… А пока стоило вернуться к поверженному даолаогую…
…Чудовище лежало там же, где и погибло. Лань Юэ собиралась отрезать его уродливую голову или хотя бы пару клешней как доказательство победы, как почувствовала, что в спину прямо между лопаток уткнулся кончик меча. Уже знакомого меча…
— Ты? — спросила она одними губами, но понимала, что её услышали.
Внутри всё похолодело.
* * *
[1] Чжан — примерно 3 метра
Глава 8
Дурман
Такое странное, непривычное, но чертовски приятное чувство: закутаться во что-то мягкое, тёплое и безмятежно дремать, отбросив все подозрения к окружающему миру. Цзяо Ян с наслаждением перевернулся на другой бок, крепко обнимая подушку. Хотелось продлить это неуловимое, мимолетное состояние покоя…
«Вставай, идиот!» — рыком сторожевого пса гаркнул внутренний, голос.
Дальше наученное бесчисленными нападениями тело всё сделало само — одеяло взметнулось вверх, полетело в сторону, кто-то сдержанно выругался, выпутываясь из его внезапных обьятий. Но всё-таки незнакомый яд ещё действовал — Цзяо Ян не успел ни ударить, ни даже рассмотреть незваного гостя, лишь увидел, как исчез в оконном проёме край безликого тёмного ханьфу.