Он останавился перед ней, глядя сверху вниз. Женщина вскинула взгляд, посмотрела из-под все еще спутанной челки.
— Зачем ты это делаешь?
— Мне кажется, ты уже спрашивала.
Шеридан говорил все так же спокойно, даже доброжелательно. Словно был другом, а не похитителем. Просто не видел смысла в особых запугиваниях и лишней грубости. В данном случае. Хотя упрямая кошка словно сама напрашивалась.
— А ты так и не ответил.
Теперь она говорила так же спокойно, как и он. Без злости, раздражения или страха. Она очень пыталась добавить в интонации и доброжелательность, может, даже симпатию, но получалось плоховато.
— Послушай, — Шеридан присел перед ней на корточки, чтобы их глаза были на одном уровне и мягко улыбнулся. — Я просто хочу кое-что прояснить. Тот факт, что я мил с тобой, что я забочусь о тебе, что я не хочу причинять тебе лишний вред, не отменяет того, что я это могу. Тебе не стоит думать, что ты можешь задурить мне голову, или что я не смогу сделать тебе больно, если это будет нужно.
— В этом я не сомневаюсь.
Кошка отвечала серьезно, смотрела прямо, показывая, что и вправду понимает, о чем он. Шер вгляделся в ее лицо внимательней, словно пытаясь прочитать по нему мысли и намеренья, но потом кивнул:
— Тогда, возможно у нас возникнет меньше проблем, чем могло бы. А теперь вставай и пойдем. Новое пристанище ждет тебя.
Но Амелия лишь сильнее вжалась спиной в стену:
— Это не подразумевает, что я буду покорно следовать за тобой.
— Понимаю, — Шер улыбнулся чуть шире, и его улыбка неуловимо изменилась, совершенно перестав быть хоть сколь либо милой. — Это в вашей кошачьей крови — непокорство, своеволие, гордость. Вот только, — он грубо перехватил ее руку чуть выше локтя и поднялся на ноги, утаскивая ее за собой. — Как я уже и говорил, я могу сделать силой то, чего ты не хочешь делать добровольно.
— Пусти меня!
Блондинка честно попыталась вырваться, но парень удержал ее без особого напряжения, только фыркнул насмешливо. А потом перехватил второе плечо и встряхнул ее, заставляя перестать дергаться:
— Не испытывай мое терпение, — в его голосе появилась угроза, а взгляд потемнел, словно бы открывая его истинную натуру. — Мысль о подвале и цепях в такие моменты становится особо привлекательной.
Она остановилась, взглянула на него чуть снизу вверх в силу разницы в росте и кивнула:
— Ладно. Это было глупо.
Но едва он, благодарно улыбнувшись, отпустил ее руки, женщина выхватила заткнутый за пояс за спиной тонкий обломок и изо всех сил вогнала ему в грудь. Удивленно вскинув брови, Шеридан повалился на пол, а она бросилась бежать.
Глава 9
То, что происходило после прыжка моего брата в окно, в памяти сохранилось как хаос и шум. Мне, поначалу выпугавшейся до ужаса, а потом не сумевшей уговорить оборотней последовать за ним, было сложно сказать о каких-либо деталях происходящего. Я ведь еще от такого же трюка Нейтана не отошла, как и от того, что Марианна на кого-то напала. Поэтому для меня это были сплошные крики и нервы.
Помню, как Нейтан принес Марианну в мою квартиру. Как они ругались с отцом насчет ее жизни. Как сама пыталась вступиться за нее, но последнее слово неожиданно оказалось за колдуном. До того довольно долго молчавший и смотревший в пространство, он неожиданно заговорил спокойным, несколько механическим голосом. Как ни странно, среди всего этого шума и гама, что мы подняли, его услышали, словно он кричал намного громче.
Он сказал, что она так поступила потому, что тот охранник был одним из работников лаборатории, где она содержалась. Что он следил за подопытными, и часто причинял ей боль. Беартис почувствовал это, как вспышку. Но не смог вмешаться, потому что должен был «держать периметр» — контролировать разум каждого человека, который мог бы заметить, что происходит. Чтобы сдержать ее, ему понадобилось бы больше сил, чем он мог на это бросить. Тем более что он знал, что Нейтан не позволит случиться непоправимому. Но самое главное, он сказал, что она не причинит вреда без приказа своего Господина. Она будет выполнять каждое его слово. И дело просто в том, что он не приказывал ей не нападать на членов его клана. Если он прикажет ей не вредить, то она не станет. Что удивительней, так это заявление блондина о том, что она не сможет напасть чисто физически. Не сможет поднять руку и нанести удар. Она исполняет каждое слово Нейтана с того самого момента, как впервые назвала его Господином.
Пожалуй, это и утверждение младшего Блэкэта, что отец просто не может распоряжаться его собственностью, и решило судьбу Мари. Мартэл сказал, что посмотрит на ее поведение и то, сможет ли она помочь найти его жену, в чем он сильно сомневался. Но мы получили время, а значит и шанс на спасение.
Напряжение между Блэкэтами схлынуло, но мне полегчало лишь частично — мой брат все еще не вернулся. Дарэл, конечно, не был самоубийцей. Но он был весьма импульсивным парнем с завышенным чувством собственной силы, и я не могла не волноваться, не могла стоять в стороне. И не могла ничего сделать. Даже если я побегу на улицу, то что дальше? У меня нет особых способностей, я не смогу его найти. Поэтому я решила, что стоит помочь привести Марианну в себя. Со слов Нейта я знала, что она может с точностью определить местоположение того или иного существа. Поэтому-то она и была важна в поисках Амелии. Возможно, я смогу упросить ее посмотреть и где Дар. И тогда можно будет попробовать попросить уже Нейта уговорить отца послать братишке подмогу.
Впрочем, это оказалось ненужным. Мари едва успела прийти в себя, как мой братишка вернулся сам. В порванной одежде, весь исцарапанный и измазанный кровью. На плече, сквозь разорванную одежду, был виден кровоточащий след укуса. И Дар был зол, как тысяча чертей.
Едва он появился, я тут же бросилась к нему, перепугавшись едва ли не до смерти.
— Господи, Дарэл, что случилось?!
— Да ладно, сестренка, не стоит делать такие большие глаза, — он махнул здоровой рукой и улыбнулся. — Тебя удивит моя регенерация. Это лишь пара царапин, даже укус не глубокий.
Я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы начать очень сильно возмущаться по поводу его безответственности, но меня неожиданно оттеснил Мартэл:
— Укус? Это были волки?
В голосе оборотня была… надежда. И от этого меня как-то передернуло, а взгляд Дара стал более темным. Он посмотрел на Мартэла так, будто видел его впервые, после чего мягко коснулся внешней стороны его плеча:
— Будьте так любезны, дайте пройти. Мне нужно в ванную, иначе я закапаю кровью любимый ковер моей сестры.
— Ты не ответил, — голос старшего Блэкэта приобрел ледяные оттенки.
— Да, — Дарэл прищурился, глядя ему в глаза. — Но я и не должен держать отчет перед сворой бродячих кошек. Уйди с дороги, я не намерен долго это терпеть.
— Да что ты себе…
Ну вот, они сейчас опять начнут ругаться. Я вздохнула и влезла между взвинченными мужчинами, загораживая брата:
— Ему и вправду сначала нужно оказать помощь, а потом уже допрашивать. Думаю, если бы было что-то срочное, он бы уже сказал.
После чего внаглую утащила брата в ванную, не обращая внимания на негодующего Блэкэта. Впрочем, мужчину тут же отвлек Нейт, подзывая его обратно к дивану, на котором сидела все еще подрагивающая Марианна. Перед тем, как закрыть дверь, я успела уловить выражение лица своего парня. Что-то явно шло не так.
— Кошаки заполонили этот дом. Скоро и вздохнуть нельзя будет без спроса, — брат закатил глаза, присаживаясь на край ванной.
— Они скоро уйдут. Останется только Беартис и Ариа, которая приедет… скоро, наверное, — заметила я, добывая аптечку из шкафчика и пристраивая ее на полке. — Тебе сильно досталось. Снимай эти лохмотья, я обработаю раны.
— Это всего лишь царапины, — усмехнулся братишка. — Все заживет быстрее, чем мохнатые разбегутся по своим делам.
Но когда он все же принялся снимать рубашку, то едва заметно поморщился, двигая раненым плечом. Но я все-е видела, от меня ничего-о не скрыть!