Литмир - Электронная Библиотека
A
A

Я даже взял бутылку и понюхал, пахло не так противно, но я все равно скривился. Спиртяга элитарная…

– Ты особо не радуйся, – сказал Рыцарь, вытирая железо тряпкой. – Когда убивать становится приятно, это уже не умение. Это болезнь. Нам больные на голову без надобности, своих хватает.

Квартира номер шестьдесят три была закрыта. Дверь металлическая, хорошая. Замок пришлось вскрывать, возились долго и шумели, поэтому, когда дверь наконец поддалась, все уже ожидали, что внутри кто‑то может быть. За порогом лежал узкий коридор, справа ванная, дальше кухня и две комнаты. Лиза первой заглянула внутрь и показала на пол.

Тут же Лейтенант посмотрел на меня не с просьбой, с мольбой.

– Меня, как хочешь, хоть при людях, что сейчас за дверью ждут твоего решения по мне, убей, забей ногами. Но Лизку не трогай и не прогоняй ее. Она беременная от меня… обещай, командир, клянись! – последние слова он уже кричал.

– Говори дальше. Ты был назначен командовать и смотреть. С Лизы не спрошу за это. Говори, я еще не понял, как все случилось. И быстрее… люди и двери вышибут, – сказал я.

* * *

Часом ранее.

– Следы есть, – тихо сказала Лиза, присев возле длинных царапин на линолеуме. – И кровь возле дальней двери. Не расслабляемся.

– Молодые остаются в прихожей, – приказал Литеха, повернувшись к подросткам. – За эту линию без моей команды никто не проходит. Даже если там сам Господь Бог бесплатные автоматы раздаёт.

Вот только потом он сам позволил им пройти дальше. На несколько метров. Всего, сука, на несколько метров.

Большая комната оказалась пустой. Рыцарь проверил её внимательно, заглянул за мебель, под стол, за шторы. Маленькую осматривали двое других бойцов. Лиза контролировала кухню. Борец проверял ванную.

– Большая чистая, – сообщил Рыцарь, выходя обратно.

– Малая чистая, – отозвался боец прикрытия.

Лейтенант залюбовался своей валькирией, красоткой. Леха прошел шкаф и не удосужился туда заглянуть. И вот тогда открылась створка встроенного шкафа в коридоре.

– Все? – громко сказал он, как контрольный, чтобы если точно все зачищено, то хоть кричи, тварей не появится.

Молчун буквально вывалился оттуда на Литеху.

Лёха успел ударить его прикладом. Тварь качнулась, но не упала. Почти одновременно Борец заорал из ванной – там, за занавеской, в самой ванне лежал ещё один молчун, которого не увидели сразу. В наушниках был… раньше молодой парень. Один из взрослых бойцов развернулся на крик. Всё произошло одновременно, и правильный, многократно отработанный порядок рассыпался за несколько секунд.

– Молодые, назад! Все назад, мать вашу! – заорал Литеха, снова ударяя прикладом молчуна.

Они начали отходить. Но уже находились слишком далеко. Пятнадцатилетний Сашка увидел третьего молчуна. Нет, не в этой квартире. Соседняя двушка была не закрыта. И оттуда на звуки уже ломились двое.

Сашка был замыкающим, в дверном проеме, он понял… твари пробьются через него, ворвутся в коридор, с тут толпа подростков. Тут Маринка, которая только вчера обещалась ему, если только парень пробьется в бойцы. Там его младший брат‑погодок…

– Твою мать! Дети в гостиную! Уходите с коридора, освободите проход к двери! – кричал Летеха, когда Рыцарь и Борец уже добивали молчунов в квартире.

Сашка мог бежать. Наверное.

Потом каждый из тех, кто там был, десятки раз прокрутит эти секунды в голове. Мог ли отступить? Успел бы? Успели бы другие? Рыцарь потом скажет, что успел бы добраться. Литеха будет утверждать, что нет. Лиза вообще откажется обсуждать.

Но Сашка не побежал.

– Марина, назад! – заорал мальчишка и толкнул шестнадцатилетнюю девочку себе за спину. – От двери давай! Быстро!

Он выставил копьё.

Молчун налетел на древко. Наконечник попал в грудь, но пошёл вскользь по ребру и не вошёл глубоко. А главное, что мимо сердца, что твари было почти не помеха. Тварь продолжила движение. Сашка отступил, снова толкнул девчонку за себя, упёрся спиной в дверной косяк и попытался удержать молчуна на древке.

– Сашка, брось копьё! Отходи! – Литеха рванулся к нему, но между ними уже оказался ещё один подросток.

Не успел. Молчун сорвался с наконечника. Сашка ещё пытался оттолкнуть его руками.

Потом закричал.

Рыцарь возник сбоку и ударил с такой силой, что молчун рухнул мгновенно. Литеха схватил мальчишку, оттащил от тела. Лиза уже была рядом, на коленях, рвала упаковку индивидуального перевязочного пакета.

Борец и Рыцарь обрушились на молчунов с такой ненавистью, что те, если бы хоть немного чувствовали, убежали бы. Очень быстро было закончено.

Всё снова стало профессиональным, быстрым и правильным: команды, сектора, повторная проверка квартиры, закрыть вход, аптечку сюда.

Только поздно.

Сашка лежал на полу и смотрел на взрослых совершенно детскими глазами. Вся его бравада исчезла. Перед ними снова был пятнадцатилетний мальчишка, который вдруг понял, что может умереть.

– Лёх… я нормально? – спросил он, вцепившись пальцами в рукав Литехи. – Я боец?

Лёха сглотнул.

– Нормально, Сань. Ты только лежи спокойно, – ответил он, накрывая ладонью руку мальчишки. – Не дёргайся. Сейчас всё сделаем.

Сашка попытался повернуть голову.

– Маринка где?

Девочка сидела у стены, закрыв рот обеими руками. По щекам текли слёзы.

– Я здесь, Саш, – выдавила она, пытаясь подняться.

– Сиди! – резко остановила её Лиза, а потом уже мягче добавила: – Он тебя видит. Всё хорошо, просто сиди там.

Сашка посмотрел на девочку и попытался улыбнуться.

– Я его почти удержал, – прошептал он.

Литеха зажмурился на секунду.

– Удержал ты его, Саня. Всё правильно сделал.

– Правда?

– Правда, – хрипло ответил Лёха и сжал его ладонь. – Ты спас ребят.

Мальчишка умер через несколько минут. Литеха всё ещё держал его за руку.

Никто из подростков больше в зачистке не участвовал.

* * *

О гибели Сашки я узнал раньше, чем группа вернулась. Рация зашипела на столе, дежурный произнёс несколько слов, и я переспросил. Не потому, что не расслышал. Просто мозг иногда делает такую подлую вещь: он прекрасно понимает услышанное, но требует повторить в надежде, что второй раз слова окажутся другими.

Не оказались. Пятнадцать лет. Мать его, пятнадцать.

Я сидел, смотрел на разложенные бумаги и внезапно понял, насколько они ничтожны. Вода. Продовольствие. Караулы. Расход боеприпасов. Медицинский центр. Посевные площади. Количество людей, способных нести оружие. Всё правильно. Всё необходимо. И где‑то среди этих цифр теперь должен был появиться ещё один минус.

Один человек. Сашка. Я даже фамилию его не сразу вспомнил. И от этого стало особенно мерзко.

Погиб бы боец – не такая проблема, несмотря на то, что община, если говорить рационально и даже цинично, потеряла больше. Но парень… сын женщины Светланы, одной из активных среди нашего отнюдь не слабого пола.

Я не стал рассказывать сперва. Нужно было не только осмыслить, но и хоть как‑то остыть, подумать, что говорить людям. Слишком много эмоций, а сколько их может быть у других? До бунта недалеко.

* * *

Баня продолжала топиться. Только там ещё ничего не знали.

Женщины выходили распаренные, чистые, с мокрыми волосами. Кто‑то впервые за долгое время надел чистое бельё, кто‑то стирал старое прямо возле колонки. Простыни висели на верёвке между яблонями. Возле дома поставили большой бак и грели воду следующей смене. Настя сидела на лавке возле стены, завернувшись в полотенце, и медленно расчёсывала волосы.

– Господи, я снова человеком себя чувствую, – довольно сказала она, перебирая ещё влажные пряди.

120
{"b":"982856","o":1}