— Ты и сам можешь открыть этот сундук, — продолжала настаивать я, — Тебе поддавались куда более сложные заклинания.

Видно, Мадсу самому не терпелось заглянуть внутрь, поэтому он легко подцепил защитную нить и сделал несколько пассов.

Со стороны все выглядело легко.

— Эй! Я даже не начал, — за моей спиной раздался возмущенный голос Калеба.

Мадс рассмеялся и поднял тяжелую крышку.

— Не смейте! — запротестовали пленные маги.

Внутри сундука блеснуло золото, так ярко, что все невольно подались вперед, чтобы рассмотреть богатство. Только это оказались не слитки, не украшения и не монеты…

Ткань была сложена ровно и сияла тонкой золотой вышивкой.

Мадс запустил руку в сундук и извлек мантию. Она была тяжелой и очень объемной. Хохоча, он накинул ее себе на плечи. У меня же язык прилип к небу. Только один человек, мог носить этот цвет, только один мог в тяжелое для всей страны время позволить себе столь неприличное богатство. Бальтазар Тосса.

Калеб и Мадс тоже все поняли.

О, как они радовались, что старик лишится своей «одеженки».

Во втором сундуке были женские мантии и несколько платьев. Скорее всего они предназначались для Кьяры. Зеленый цвет целителей — все сходится. Женщины, привлеченные невиданной роскошью хотели дотронуться, чтобы ощутить мягкость тканей. Они устроили шутливую перепалку, кому из них больше пойдет такое.

— Это ж сколько стоит одно такое платье?

— Как вся твоя жизнь, Донна.

— Не, три жизни. Куда тянешь лапы, запачкаешь!

Разбойники дурачились и воздавали Мадсу почести, который так и продолжал оставаться в мантии верховного мага. Они кланялись и просили благословения.

Но все же добыча оказалась не так хороша, как они рассчитывали. Такое будет трудно сбыть.

Но у Мадса был другой план.

— Калеб, узнай, откуда везли этот груз? Там где они это взяли, наверняка много золота. Что за орден?

Мы с Гитте постарались уйти подальше, чтобы не слышать криков, пока Калеб прижигал магам пятки, развязывая им языки.

Мадс нашел меня позже, притянул к себе и поцеловал:

— Они все рассказали, Мальта.

— Не сомневаюсь, — я отстранилась.

Он был порядком пьян.

— Да, Калеб чуть перестарался. Но тут есть обитель. Мы ее возьмем.

Мое мнение, как и одобрение ему не требовалось.

— Проклятый верховный маг заплатит. Мне заплатит.

— Конечно.

Я не стала с ним спорить, но была уверена, что верховный маг разве что поморщиться, когда узнает, что его мантии и подарки Кьяре перехватили. Он просто закажет новые. Только и всего.

Но я попыталась, как можно осторожнее подбирая слова:

— Мадс… Орден, как бы он ни назывался, — не обоз. Там может быть охрана, боевые маги, заклинания.

Он рассмеялся, опустив голову мне на шею:

— Ты боишься Мальта? Не надо. Эти двое признались Калебу, что охраны почти нет. Если хочешь знать мнение палача, то этот чернокнижник делает большие успехи.

— А если они соврали?

— И мы же об этом узнаем? С твоей помощью?

У меня не было никакого желания помогать в налете.

— Мы все равно пройдем, — Он поцеловал меня, как будто поставил точку в незаконченном разговоре.

Мы сидели в таверне, из окна открывался вид на кажущийся игрушечным замок. На первый взгляд его охраняли только толстые стены и ворота. Никаких дозорных на стенах.

Я сосредоточилась.

Во дворе маг колол дрова, в кухнях кипела работа: под руководством необъятно тучной поварихи несколько девушек в простых серых рубашках и штанах, напоминающих одежду адептов Башен Пепла, резали овощи для похлебки. Был зал, в котором шились мантии. Мягкое шуршание тканей, редкие щелчки ножниц, когда мастерицы перерезали нити.

— Что ты видишь? — нетерпеливо спросил Калеб.

— Ничего особенного. Я не могу оценить силу магов по внешнему виду. Никто из них не носит мантии чернокнижников, — неохотно ответила я.

— О, госпоже не нравится наша затея, — зло процедил он, — Недостаточно благородное занятие для такой, как ты?

Я подавила раздражение:

— Их двор не вымощен золотом. Стоит ли рисковать?

— Даже если у них ничего нет, мы славно развлечемся.

— Когда ты стал таким кровожадным, Калеб?

Он резко отвернулся.

Мадс наблюдал за нашей перепалкой с затаенной улыбкой. Хмель выветрился, и он был собран и готов к битве.

— А комната, где хранится золото?

— Нет, ничего подобного.

— Хоть какая-то польза от тебя будет? — грубо бросил Калеб.

— Ты прав, — сказала я, — Мне не нравится ваша затея.

— Ах, не нравится, — глаза Калеба блеснули гневом.

Но я больше на него не смотрела, прямо взглянула на Мадса. Он сидел откинувшись на спинку стула.

— Послушай, Мадс, добыча невелика. Кого вы хотите наказать? Бальтазар Тосса даже не заметит.

— Заметит, — перебил меня Мадс.

Я понимала, что если буду ему перечить, то ничего не добьюсь. Главарь не потерпит прямой угрозе своей власти. О, в этом Мадс был похож на Йотуна.

— Все о чем я прошу, не уподобляться троллям.

Издевательский смех Калеба был мне ответом, Мадс же хранил молчание.

Я поднялась не в силах сидеть на месте и вышла на улицу. Замок был, как на ладони. Грубый, приземистый. Его окружали зеленые поля. И возможно вся эта мирная картина перевернется из-за грубого вторжения.

Рука Мадса легла мне на плечо.

— Одно дело желать смерти верховному магу, — не оборачиваясь, сказала я, — Другое — срывать свою злость на невинных. Там много женщин, Мадс. Странное место. Как будто Башни Пепла, но все заняты шитьем.

— Просто взгляни, какие мантии у магов?

Я сделала над собой усилие. Мой взгляд скользил по коридорам. Два мага шли тихо переговариваясь. Такие мантии я уже видела… странно… очень странно.

— Темно-синие с красными полосками, пересекающими грудь, — сказала я.

Мадс сплюнул на землю, в его глазах зажегся опасный огонь.

— Я так и думал.

Синие мантии с красными полосками я видела в своих первых видениях, такие маги везли Бьянку в какую-то тайную тюрьму.

— Они сопровождают узников? — спросила я.

— Да, — подтвердил Мадс.

— Так это тюрьма?

— Один из Домов смиренного труда, — он улыбнулся, как будто хотел меня утешить, но глаза остались холодными, — Мы не тронем женщин, но магов перевешаем.

— А если золотошвейки и другие девушки тоже маги?

— Нет. Это одна из мастерских. Люди без дара тоже приносят ему доходы, — Мадс невесело усмехнулся.

— Теперь мы точно обязаны разорить это гнездо, — голос Калеба дрожал от плохо сдерживаемой ярости.

Оказывается, он тоже покинул трактир и теперь прислушивался к нашему разговору.

— Хорошая новость в том, что синеплащники привыкли иметь дело с беззащитными.

***

Мадс и Калеб переоделись в мантии пленных магов и направили телегу с сундуками к воротам, под рогожей прятались несколько головорезов. План был прост и прямолинеен: как только ворота будут открыты, и ничего не подозревающие охранники попытаются узнать, почему маги возвращаются с отправленными накануне товарами, банда ворвется внутрь. Телега не даст закрыть ворота.

Хитрость удалась.

Мадс и Калеб проникли в замок первыми. Под мантиями у каждого были надеты легкие, но прочные доспехи. В одной руке Калеб сжимал меч, в другой кинжал. Он ринулся на мага, выскочившего наперерез. На стену полетел широкий красный росчерк. Маг упал, не успев сотворить заклинание.

Бандиты Мадса выбивали двери, врываясь в залы, но не спешили хватать добычу.

Они искали укрывшихся магов, чтобы покончив с врагом, спокойно заняться грабежом.

Целительница раскинула руки, закрыв собой дверной проем и кричала Калебу, чтобы он убирался туда, откуда пришел. Он ударил ее в лицо. А когда она упала, оглушенная, поднял меч и обрушил его вниз. Раздался хруст ломающихся костей и скрежет железа о плиты пола.