Надзиратель поднялся со своего места:

— Мы бережно относимся к искре. Одаренные люди вроде вас получат статус и преимущества, в случае соблюдения правил. Также необходимо будет принести присягу.

— А если нет? — раздался громкий голос с последнего ряда.

Спросил чернокнижник с дерзким лицом, усыпанным веснушками.

Тролли все как один уставились на наглеца.

— В таком случае, надлежит покинуть школу и не практиковать магию, — строго сказал Оллин.

Чернокнижник поднялся и демонстративно снял с себя мантию, остался в рубашке, жилете с хорошо знакомым мне, вышитым девизом: «его попробуют чудовища» — вокруг кинжала и простых штанах.

Немного подумав, он также снял жилет. И очень медленно начал спускаться к выходу.

— Вернись на место, — процедил Оллин.

Но парень не послушался, шел расправив плечи, с вызовом глядя на троллей.

— Лотт! Сядь немедленно. Ты позоришь школу.

Рыжий чернокнижник на мгновение остановился и с презрением оглядел зал, без слов говоря: «трусы».

Еще одна девушка поднялась и тоже сняла мантию. Как будто нехотя поднялся темноволосый парень — адепт первого года, судя по виду. Троица покинула собрание, но больше смельчаков не нашлось. Все продолжали сидеть и ждать.

Тролли довольно равнодушно восприняли маленький бунт, развернувшийся перед ними. Кажется, они и вовсе его не заметили, предоставляя людям разбираться самим.

— Итак, — с раздражением сказал Оллин, — Продолжим. Порядок с этого времени изменится.

В зал вернулась девушка, которая ушла за рыжим чернокнижником. Дверь приоткрылась, и она шагнула обратно, но так, как будто ее подтолкнули с другой стороны.

Она прошла гордо вскинув голову и заняла прежнее место.

Мэтр Оллин молчал, дожидаясь, пока магичка усядется. Девушка сложила руки на груди и исподлобья взглянула на него, она дышала неровно, как будто только что пробежала.

— Мда… — голос мага окреп. — Порядок! Юноши продолжат изучать магию, в том числе и под руководством наставников из Туманов. Как и все преподаватели-люди сохранят свои места. Для девушек предусмотрен иной путь — более соответствующий их естественной роли. Замужние наставницы должны будут сегодня покинуть стены школы и вернуться домой под защиту своих мужей. Что до адепток и незамужних магичек... Поскольку многие из вас утратили поддержку семей, они перейдут под покровительство Туманов. Решение о возможности продолжения обучения будет приниматься в каждом случае отдельно — в зависимости от воли мага, который возьмёт на себя ответственность за судьбу девушки. Такова ваша новая, почётная обязанность — ради мира, порядка и процветания нашего славного Гарвалона.

Каждое его слово ранило точно нож. Они отдают девушек в наложницы! И интересно, как так получилось, что адептки утратили защиту своих семей? Не маги ли вырывали одаренных из их домов, и на пять долгих лет запрещали передавать даже короткую весточку?

Несколько парней и преподавателей вскочили со своих мест!

— Отдать троллям!?

— Этим нелюдям!

Девушки тоже поднялись. Зал наполнился возмущенными возгласами, сливающимися в единый вопль.

Я забыла, как дышать.

— Мы такие же маги! Вы не можете… — девушка чернокнижница встала, по кончикам пальцев пробежали искорки заклинания.

У нее были черные волосы и медовые глаза. Щеки горели лихорадочным румянцем.

Мэтр Оллин призвал к порядку ритмичным постукиванием кулака по кафедре. Из рукава мантии маг достал свернутый документ.

— Хартия, подписанная главой города, скрепленная печатью, а также… — он сделал многозначительную паузу, — тут стоит моя печать, как главного мага Гарвалона. Девушки, находящиеся под покровительством школы, переходят под защиту Туманов. А дочери знатных домов...

— …окажут честь своим семьям, — перебивает его Надзиратель, вновь поднявшись, —

…став связующим звеном между народами, что положит начало прочным союзам…

Официальная часть была закончена, и парней отправили в классы, на занятия, как будто ничего не произошло.

Некоторые даже были воодушевлены. Как интересно: какой магии их будут учить тролли.

«О, не сомневайтесь, тролли преподадут вам уроки, которые придется выучить, вот только будет поздно».

Я взглянула на троллей, сидевших рядом с Йотуном. Несмотря на довольно сдержанные выражения лиц, трудно было не заметить блеск их глаз. Они оценивающе рассматривали оставшихся магичек.

Один из командиров-магов вопросительно посмотрел на Йотуна. Тот кивнул.

Тогда тролль подошел к мэтру Оллину и что-то шепнул ему на ухо. Маг достал из-под кафедры ларец, клацнул замок, я не могла увидеть, что он достал. Оллин подошел к той самой девушке, которая демонстративно вышла из зала, молча защелкнул на ее запястье браслет. Так окольцовывают птицу.

Остальные тролли уже не таясь указывали Оллину на понравившихся магичек. Девушки были в таком шоке и ужасе, что были совершенно растеряны. Тем более после предательства преподавателей. Они тупо таращились на браслеты, которые главный маг Гарвалона надевал им на запястьях.

В груди начала закипать злость.

Не знаю, какого эффекта добивался Йотун, взяв с собой в магическую школу. Возможно, он хотел показать, что забрал власть у человеческих магов. Но о них у меня и так было не высокое мнение, без регуутора.

Когда маги закончили выбирать, я взглянула на Йотуна и улыбнувшись мягкой улыбкой тихо спросила: не могу ли я выбрать себе служанок?

Если мой вопрос его удивил, то он не подал виду. Я понимала, что довольно крупно рискую, но мой вопрос был воспринят благосклонно.

Получив согласие, я сошла со своего места и спустилась в зал, где стояли, перепуганные адептки. Спиной и затылком я чувствовала, как меня прожигают взгляды троллей.

— Скольких? — деловито спросила я.

Йотун показал два пальца.

Двоих. Я могу…

На мгновение я закрыла глаза, призывая все свое самообладание.

— Кто из вас из Гарвалона? — тихо спросила я.

Несколько адепток подняли руки. Кажется, их было пять. Я старалась не смотреть в их лица слишком внимательно, чтобы они потом не являлись мне в кошмарах.

— Эта. И вот та, — я указала на двоих.

Метр Оллин вопросительно взглянул на Йотуна. Тот смотрел на меня, в глазах плясали веселые огоньки.

Маг откашлялся и тоже защелкнул двоим «моим» девушкам браслеты. Выбранных девушек увели.

Позже, когда я вернулась во дворец, в отведенные мне покои. Я опустилась на гладкий прохладный пол и беззвучно закричала.

Почему когда мне начинало казаться, что я смогу привыкнуть к образу жизни троллей, я получала напоминание: нет, к этому невозможно привыкнуть!

***

Йотун вошел в мои покои, снимая пояс. Он положил меч и кинжал на столик и огляделся в притворном удивлении.

— И где же твои новые служанки? — спросил он, — Помнится, их привели сюда, несколько дней назад. Но я их так и не видел.

Я взглянула на него безмятежным взглядом. Мы оба знали, что это игра.

— Дело в том, что мне написали отцы этих девушек.

— Какое удивительное обстоятельство.

Уголки его губ дрогнули.

— Оказывается, мэтр Оллин был не прав, — продолжала я, — Эти две девушки не лишены покровительства своих семей. Поэтому я вернула их по домам.

Выдержав насмешливый взгляд Йотуна, я добавила:

— Нельзя же владеть людьми, как будто они вещи.

Улыбка стала шире.

Но гнева не последовало.

— Ты же понимаешь, что это… бессмысленно? И ничего не меняет?

— Вовсе нет, — парировала я, — Для этих девушек изменилось все.

Я первой отвела взгляд.

— Опять твои проделки, Мальта… — он уткнулся мне носом в шею, запуская пальцы в волосы, — Но ты сопротивлялась больше, чем ваши напыщенные маги.

Бездна разошлась с мерзким чавкающим звуком, девушка выбросила руку вперед, цепляясь за скользкие камни, затем вторую. Она выбралась на берег, вся с ног до головы покрытая черной жижей, как будто обмазанная дегтем. Но чернота скатилась маленькими каплями и вновь вернулась в озеро.