— Я забываю. Это правда. Но не надо говорить, будто я вообще ничего не делаю.
— Я так не сказала.
Он посмотрел на меня.
Я опустила полотенце на стол.
— Почти сказала.
— Вот.
Он вышел из кухни. Сел в комнате и включил ноутбук. От этого мне стало почему-то еще обиднее. Я осталась возле закрытого шкафа и почувствовала себя глупо. За стеной щелкали клавиши. Возвращаться к нему с новым упреком мне уже не хотелось.
Ужинать мы сели позже обычного. Я спросила, будет ли он есть, он ответил, что будет. Мы разогрели еду, поставили тарелки. Я старательно не смотрела на верхнюю полку, хотя именно туда все время тянуло взгляд.
— Я устала, — сказала я наконец.
Вадим отложил вилку.
— Я вижу.
— Нет, ты видишь, что я злюсь. Это немного разное.
Он помолчал.
— Хорошо. Ты устала. Чем помочь сегодня?
Я чуть не сказала: догадайся сам. Я посмотрела на стол, на сумку с продуктами у двери, которую сама поставила и забыла разобрать.
— Убери покупки. И посуду после ужина возьми, пожалуйста. Я хочу просто полежать полчаса.
— Возьму.
— А про одну вещь я зря сказала.
— Спасибо.
Он снова взял вилку. Я тоже начала есть. Еще какое-то время мне было неловко, а Вадим отвечал чуть короче обычного. Потом он рассказал, как на работе перепутали два одинаковых ключа, и я невольно рассмеялась. Он посмотрел на меня, улыбнулся тоже.
После ужина я действительно легла. Из кухни было слышно, как он убирает посуду. Один раз что-то звякнуло слишком громко, и я едва не поднялась проверить. Осталась лежать. Через полчаса Вадим заглянул в комнату.
— Можно к тебе?
— Можно.
Он сел рядом. Я положила голову ему на колени, закрыла глаза. Его ладонь легла мне на волосы, задержалась там. Я устроилась удобнее и попросила пока не включать телевизор.
На следующей неделе позвонил Павел. Я услышала его голос из телефона: Вадим сидел за столом, а я неподалеку разбирала бумаги из магазина. Сын говорил быстро, отец несколько раз переспросил время.
— В воскресенье утром? Хорошо. Нет, я никуда не уезжаю. На сколько получается?
Вадим посмотрел на меня. Я кивнула: слышала, понимала.
— До вечера, — повторил он. — Конечно, приезжай. Встретить? Ладно, напиши, когда сядешь.
Когда разговор закончился, он еще секунду смотрел на экран.
— Паша приедет. По работе будет недалеко, решил заехать к нам на день.
— Хорошо.
— Точно?
— Вадим, это твой сын.
— Я понимаю. Просто у нас воскресенье было свободное.
Я вспомнила, что собиралась разобрать зимнюю одежду, и сразу решила, что это может подождать. Мне самой хотелось познакомиться с ним ближе, чем удавалось раньше в коротких разговорах.
— Никаких особенных планов у меня не было. Что он ест?
Вадим задумался.
— Почти все.
— Очень полезно.
— Сейчас, подожди. Он не любит вареный лук.
— Уже лучше. С этого и начнем.
Я не стала придумывать обед из пяти блюд. Мы договорились купить мясо и овощи, а утром Вадим сам взялся готовить. Я помогала ему, нарезала то, что было нужно, потом ушла одеваться. Когда вернулась, он стоял возле плиты и смотрел на часы.
— Волнуешься?
— Да нет.
Я подняла брови.
Он усмехнулся.
— Немного. Давно нормально не сидели вместе.
Павел приехал с небольшим рюкзаком. Высокий, с короткой стрижкой, в простой темной куртке. Отцовские глаза я узнала сразу, а улыбка у него была другая — быстрая, чуть сдержанная. Он поздоровался со мной, протянул пакет.
— Я по дороге купил. Не знал, что у вас есть.
В пакете лежали яблоки. Я приняла их и поблагодарила.
Вадим обнял его, хлопнул по спине и тут же спросил, как доехал. Они ушли в комнату, я поставила яблоки на стол и некоторое время просто слушала голоса. Вадим смеялся громче обычного. Павел рассказывал что-то про работу, отец перебивал вопросами, сын терпеливо уточнял, потом попросил:
— Пап, дай я сначала закончу.
Мне понравилось, как спокойно он это сказал. Вадим поднял ладони и действительно замолчал.
За обедом они вспоминали людей, которых я не знала, старые поездки, знакомые улицы в другом городе. Я не старалась вставить замечание в каждую паузу. Но и сидеть молча весь день не собиралась. Когда Павел упомянул, что подбирает цвет для новой комнаты, я оживилась.
— Ты по экрану выбираешь или видел образец?
— Пока по экрану.
— Лучше посмотри вживую. На экране почти всегда что-нибудь не так.
Вадим усмехнулся.
— Все. Ты попал к специалисту.
— Я не собираюсь читать лекцию, — сказала я. — Просто потом обидно бывает.
Павел достал телефон, показал два цвета. Мы минут пять обсуждали, какой свет в его комнате, куда выходит окно, что он хочет поставить у стены. Вадим слушал, потом сказал:
— А мне оба нравятся.
— Потому что ты не собираешься там жить, — ответил сын.
Мы с Павлом одновременно засмеялись. Вадим посмотрел сначала на него, потом на меня.
— Быстро вы нашли общий язык.
После обеда они вышли пройтись вдвоем. Вадим спросил, пойду ли я, но я отказалась: хотелось дать им время и самой закончить несколько дел. Осталась дома, убрала со стола, потом достала из шкафа теплый жакет и обнаружила в кармане старый чек.
На минуту мне стало грустно. У Вадима сейчас был день с сыном, а я не знала, когда снова увижусь с Дашей. Я достала телефон, но звонить ей без повода не стала.
Я выбросила чек, повесила жакет на спинку стула и позвонила в мастерскую уточнить ремонт застежки на сумке. Потом достала остальные теплые вещи.
Когда мужчины вернулись, у них были холодные от ветра щеки. Павел рассказывал отцу про увиденную машину, они спорили, какого она года. Я поставила воду, достала яблоки. До поезда оставалось еще полтора часа, и мы успели спокойно попить чай.
Перед уходом Павел пожал мне руку, потом сам немного смутился и обнял коротко, по-дружески.
— Спасибо за обед.
— Это папе спасибо, — ответила я. — Я только овощи резала.
— Тогда вам обоим.
Вадим проводил сына. Я не пошла с ними до остановки. Посмотрела из окна, как они идут рядом: одинаково немного наклонив головы, но разным шагом. На углу Павел что-то показал рукой, отец повернулся туда же.
Вечером Вадим вернулся тихий и довольный. Сел возле меня, вытянул ноги.
— Хорошо посидели.
— Да.
— Ты не скучала?
— Немного. Но это нормально. Я не обязана знать всех ваших знакомых.
— В следующий раз расскажем.
— Только не всех сразу.
Он засмеялся и потянул меня к себе. Я села ближе, положила руку ему на грудь. Вадим поцеловал меня, а потом вдруг спросил:
— Ты сегодня про Дашу думала?
Я кивнула.
— Думала.
Он обнял меня крепче.
Через некоторое время я поднялась налить воды. На кухне дверца верхнего шкафа была закрыта. Я заметила это, улыбнулась и ничего не сказала. Вернулась в комнату с двумя стаканами. Вадим взял свой, освободил мне место рядом и включил фильм, который мы давно собирались досмотреть.
Минут через двадцать я поняла, что он мне по-прежнему не нравится.
— Можно я честно?
Вадим вздохнул, не отрывая глаз от экрана.
— Ты опять про главного героя?
— Он разговаривает так, будто все вокруг обязаны молчать.
— Мне кажется, в этом и смысл.
— Тогда смысл меня раздражает.
Он рассмеялся и нажал паузу.
— Давай пять минут поспорим. Потом досмотрим.
— Десять.
— Семь.
Я повернулась к нему, устроилась удобнее и начала объяснять, что именно меня злит. Он возражал, улыбался, показывал на остановленный кадр. Мне хотелось еще немного поспорить, а потом досмотреть фильм, прижавшись к нему.
Глава 23. Без правильного ответа
Глава 23. Без правильного ответа
Даша написала мне во вторник, когда я как раз собиралась уходить с работы. Спросила, свободна ли я в четверг после трех. Я прочла сообщение дважды и только потом заметила вторую строку: у нее встреча недалеко от моего магазина, после можно выпить кофе.