Литмир - Электронная Библиотека
A
A

— Можно дать мне и смотреть, как я мучаюсь.

— Ты сразу попросишь ножницы.

Мы пошли дальше. У прилавка с сыром нам предложили попробовать несколько сортов. Мне понравился мягкий, чуть солоноватый. Вадим выбрал плотный, с резким запахом. Я попробовала крошечный кусочек и сразу поискала глазами воду.

— Нет, — сказала я.

— Совсем?

— Уверенно нет.

Он рассмеялся и купил маленький кусок себе. Я взяла другой. Продавщица сложила их в разные пакеты, и Вадим попросил не перепутать, а то у нас дома будет серьезный спор.

— У нас дома уже есть серьезный спор про лампу, — напомнила я.

— Он закончился. Лампа победила обоих.

Вадим взял у меня пакет с покупками и сказал, что хочет показать еще один прилавок. Там лежали небольшие керамические чашки, все разной формы. Я выбрала широкую, ярко-синюю снаружи и белую внутри. Вадим долго рассматривал низкую серую, потом отложил.

— Неудобная ручка, — объяснил он.

— Ты ее даже не держал с чаем.

— Уже неудобная.

Он спросил, хочу ли я купить синюю чашку. Я кивнула и достала кошелек. Продавец завернул ее в бумагу, а Вадим убрал сверток в отдельный пакет, чтобы не придавить сыром.

Мы возвращались пешком. Устали, проголодались, не посмотрели половину прилавков. Вадим нес покупки и подстраивался под мой шаг, пока я шла под руку с ним.

У дома я остановила его.

— Давай завтра пить из разных чашек, есть разный сыр и ни о чем не спорить.

— Первые два пункта обещаю.

Я засмеялась и поцеловала его. Он перехватил оба пакета одной рукой и обнял меня другой.

Вечером мы распаковали покупки. Синюю чашку я поставила на открытую полку, отдельно от остальных, потому что хотела еще на нее посмотреть. Потом ответила Лидии, какой оттенок выбираю, и приложила фотографию цвета при дневном свете.

Я снова открыла список гостей. Возле Инны поставила короткую черту, возле еще нескольких имен — такие же. Теперь в списке было больше пустоты, чем я рассчитывала.

Вадим позвал меня из комнаты. Он нашел на телефоне смешную фотографию, которую сделал на рынке: я с предельно серьезным видом изучала сыр, а за моей спиной висела огромная надпись «Для смелых».

Я рассмеялась и села рядом. Телефон со списком оставила на кухне, но, когда Вадим замолчал, все равно вспомнила о гостях. Мне хотелось, чтобы будущий праздник получился особенно хорошим. Теперь это желание стало еще настойчивее.

Глава 13. Все должно получиться

Глава 13. Все должно получиться

В магазине я могла различить два оттенка молочного на расстоянии трех шагов. Дома, над присланными Лидией эскизами, не понимала, почему один из них вдруг казался мне недостаточно праздничным.

— Этот, — сказала я, поворачивая телефон к Вадиму. — Смотри. Если убрать темные салфетки, будет совсем другое впечатление.

Он наклонился, придерживая чашку за ручку.

— Убрать совсем?

— Заменить. На светлые.

— А на каком мы остановились в прошлый раз?

Я открыла переписку. Мы выбрали тот самый вариант, который я сейчас предлагала переделать.

Вадим не напомнил мне об этом вслух. Поставил чашку на подоконник, взял телефон и раздвинул изображение пальцами. На маленьком экране праздничный стол превратился в угол тарелки, половину бокала и непонятную серую полосу.

— Это тень, — объяснила я. — Ее не надо выбирать.

Он рассмеялся, и я тоже, хотя минуту назад была совершенно серьезна.

— Тогда я за тень. Она мне нравится больше всего.

Я потянулась за телефоном. Вадим поднял его повыше, другой рукой привлек меня к себе. Я уперлась ладонью ему в грудь, чтобы не задеть чашку локтем, и отодвинула ее сама.

— Погоди. Я еще не отправила ответ.

— Лидия переживет три минуты без светлой салфетки.

Он поцеловал меня в уголок рта. Я хотела возразить насчет трех минут, но повернулась сама, и телефон оказался на столе экраном вниз.

Мне нравилось, как он перед поцелуем искал мой взгляд. Я уже перестала прислушиваться к шагам за дверью, но иногда все еще замирала в его руках.

Вадим заметил, что я затихла, но не стал спрашивать. Провел большим пальцем по моей щеке и отпустил.

— Во сколько у тебя смена?

— К десяти. А ты сегодня на дальний объект?

— До обеда там, потом в контору. Вечером свободен. Можем съездить за конвертами.

— Они уже не нужны. Я решила, что лучше небольшие карточки с программой. На столы.

— С программой?

Я открыла тетрадь. В ней появилась новая страница: встреча гостей, поздравления, ужин, музыка. Сначала все занимало четыре строчки, потом я стала добавлять время, переходы и маленькие пояснения. Теперь стрелки упирались друг в друга.

— Чтобы не было пауз, — сказала я.

Вадим посмотрел на часы возле слова «поздравления».

— А если кто-нибудь захочет сказать раньше?

— Тогда скажет раньше. Это же не приказ.

— У тебя здесь все довольно точно.

Я закрыла тетрадь резче, чем собиралась.

— Хорошо. Ничего не будем продумывать. Сядем как попало, а потом станем смотреть друг на друга и ждать, кто первым заговорит.

Он поднял ладонь.

— Я не про это. Поедем за карточками. Покажешь, какие ты хочешь.

Мне стало стыдно за свой тон. Я провела пальцем по его руке, лежавшей на столе.

— Извини. Просто хочется, чтобы все получилось.

— Мне тоже.

Он сказал это без привычной шутки, и я приняла его ответ за согласие со всем, что было в тетради.

На работе привезли новые рулоны. До полудня мы разбирали поставку, освобождали стойки и переклеивали ценники. Я то и дело чувствовала в кармане короткое жужжание телефона, но доставать его было некогда. Одна покупательница выбирала ткань на шторы, которые должны были одновременно не пропускать солнце, не затемнять комнату и не отличаться от тех, что висели у нее двадцать лет. Мы с ней довольно долго искали способ исполнить хотя бы два желания из трех.

— А вы бы какую взяли? — спросила она наконец.

Я посмотрела на выбранные отрезы.

— Сначала спросила бы, что вам больше мешает: солнце или темнота.

Женщина задумалась. Я ждала ее ответа с нетерпением, которое пришлось скрыть за привычной улыбкой.

Она взяла образцы домой, чтобы посмотреть при своем освещении. Я проводила ее до двери и вернулась к стойке.

В телефоне были три сообщения от Лидии. Новые эскизы, уточнение высоты ваз и вопрос, нужен ли нам человек, который будет вести вечер. До этого я думала, что обойдемся своими силами. Теперь представила, как за столом возникает тишина, которую никто не хочет нарушать, и ответила: «Давайте познакомимся. Без конкурсов, пожалуйста».

Вадиму я написала уже после этого.

Он ответил только через час: «Хорошо. Обсудим».

Мне захотелось позвонить и услышать, что ему тоже нужна эта встреча.

Вместо звонка я убрала телефон в сумку. До конца смены оставалось еще почти четыре часа.

Вадим ждал меня у служебного выхода, сидя на низком ограждении клумбы. Пиджак он перекинул через руку, сумку с рабочими бумагами поставил у ног. Увидев меня, встал слишком бодро, как человек, который перед этим успел задремать.

— Далеко ездил? — спросила я.

— Нормально. Ты голодная?

— Нет. Давай сначала в магазин, пока не закрылся.

— Давай.

Я подхватила его под руку. Солнце еще стояло высоко, но между домами уже лежали длинные тени. В окнах первого этажа отражались автобусы и люди, спешившие к остановке. Мы шли среди них вдвоем, совершенно обычные, и мне вдруг захотелось, чтобы дорога до магазина была длиннее.

— Можем никуда не ехать, — сказала я.

Вадим повернул ко мне голову.

— Ты же хотела карточки.

— Хотела. Но если ты устал…

— Я не настолько устал, чтобы не выбрать бумагу.

В отделе для праздников он нес корзину и старательно сравнивал плотность картона, хотя я видела, что для него все пачки одинаковые. Когда продавщица предложила золотую ленту, он взял две катушки, не спросив, нужна ли нам вообще лента. Я вернула одну, потом вторую.

15
{"b":"982515","o":1}