— Верно, — согласилась Мэриголд. — Мы с Уилбуром отправимся к лавовым полям, а вы двое останетесь охранять камни. Иначе могут возникнуть новые неприятности.

Она подняла палочку, взяла Уилбура под руку и повела к лестнице.

Мы с Реном остались вдвоем в слишком глубокой тишине.

— Это место, Фи… — Он с недоверием огляделся.

— Прости, — выпалила я.

Рен удивленно повернулся.

— Там, с палочкой, я… на миг потеряла себя. Думаю, могла совершить нечто ужасное, если бы ты меня не остановил.

Я не упомянула слова, которыми он сумел вернуть меня. Они по-прежнему звучали в мыслях и лишали понимания.

— Виновата палочка, — прорычал он.

— А в случае Берди тоже виновата только она?

Рен задумался.

— Ты не поддалась. Она поддалась.

— Не знаю…

Вздохнув, я подошла к окну и стала всматриваться в деревья в поисках Берди. Перед глазами возник Рен, лежащий на земле в крови, и из горла вырвалось рычание. Он прав. Берди использовала силу, чтобы причинить нам вред, а я нет. Это отличало нас. Обязано было отличать.

* * *

Прошла неделя. Берди не появлялась на занятиях, хотя ходили слухи, будто она сообщила директору Сноуфлер о семейных обстоятельствах, вынудивших уехать домой. Впрочем, это было наименьшей заботой директора: она по-прежнему искала того, кто разгромил поле Питбола.

Я не знала, вернется ли Берди. Возможно, она бросит Академию Зодиак и нам больше никогда не придется с ней столкнуться. Но внутреннее чутье подсказывало, что считать ее навсегда исчезнувшей из нашей жизни было самообманом.

Каждую ночь мы спали в Королевском Убежище, хотя, вероятно, проявляли излишнюю осторожность, охраняя камни там, куда, по моему убеждению, не мог проникнуть никто, кроме нас. И все же мне нравилось это место. Пространство принадлежало только нам. Мы приносили все больше мебели и уютных домашних вещей, и вскоре Убежище стало моим любимым местом в кампусе.

Палочка была уничтожена, а Камни Гильдии надежно заперты в волшебном дереве, в тайном отделении, внутри музыкальных шкатулок, скрывавших неизвестные опасности. Наверное, оставаться там самим уже не требовалось, но сила этого места дарила ощущение защищенности и тепла.

Однако даже Королевское Убежище не могло спасти нас от объявления, которое уставилось на меня с газетной страницы в руках девушки, когда я вошла в Сферу.

«Из Дворца Душ похищены четыре бесценных самоцвета».

Ахнув, я вырвала газету у нее из рук. Девушка попыталась забрать ее обратно, но я зарычала так свирепо, что она отшатнулась. Взгляд упал на статью. Пульс грохотал в ушах, воздух в легких стал густым, словно клей.

«В результате кражи, которая потрясет все королевство, прямо из-под носа королевы Леондры Вега исчезли четыре бесценных самоцвета. ФБР сообщило, что поздно вечером от анонимного источника поступил совет проверить Корону Звездопада. Вскоре после полуночи сотрудники ФБР потребовали допустить их во дворец, после чего для извлечения короны открыли королевскую сокровищницу, что вызвало настоящий переполох.

К потрясению самой королевы, четыре самоцвета, изображенные на фотографии короны ниже, действительно пропали. На их месте обнаружили четыре искусные подделки. После этого Ее Величество сделала заявление:

«Эти четыре самоцвета — семейные реликвии огромной важности. Известие об их утрате опустошило меня».

Все, кто имел доступ к короне в последние месяцы, подвергаются тщательным Допросам Циклопов. Проверку начали с дворцового персонала, но, вероятно, она коснется и владельцев билетов, посетивших Юбилей королевы…»

Я перестала читать. Ужас превратил кровь в лед.

Запустив пальцы в волосы, я стала искать друзей в Сфере. Уилбур сидел за столом в одиночестве. Лицо побелело как простыня, губы шевелились, пока он что-то бормотал и тихо раскачивался вперед-назад.

Я поспешила к нему и бросила газету между нами. Уилбур поднял взгляд, затуманенный ужасом.

— Фелисия, — хрипло произнес он и окружил нас пузырем тишины. — Что же нам делать?

— Не знаю. Блядь. Я не знаю.

— Это деяние подлого предателя. Берди Кейн ступила на тропу мести и не успокоится, пока мы не окажемся глубоко во чреве Даркмор.

Он задрожал как лист, из горла вырвался жалобный звук. Я наклонилась и положила ладонь ему на плечо.

— Мы не попадем в Даркмор. Никто не знает, что это сделали мы.

— Узнают, когда Циклоп начнет рыться в наших мыслях, словно палец, листающий папку. Горе! Горе мне!

Уилбур вскочил. Он выглядел настолько охваченным паникой, что мог убежать или совершить нечто еще более безумное.

— Уилбур, — рявкнула я. — Возьми себя в руки.

Он кивнул, пробормотал извинения, снова опустился на стул и безнадежно уставился на газету.

— Мы что-нибудь придумаем.

Но, положив ладони на стол, я могла думать лишь о том, как меня тащат в Даркмор. Обесчещенную Фелисию Найт, пятно на семье Найт, чье имя будут произносить только со стыдом и унижением.

От этой мысли я содрогнулась.

К нам поспешила Мэриголд. Она выглядела взволнованнее, чем когда-либо прежде.

— У нас огромные неприятности.

— Есть идеи? — потребовала я.

— Возможно, вернуть камни во дворец.

— Они лежат в музыкальных шкатулках с ловушками, которые могут оказаться смертельными. Что, если королева попытается их достать и погибнет? Даже если просто получит ранение, виноваты будем мы, — в отчаянии сказала я. — Возвращать их нельзя.

В голосе прозвучали собственнические нотки, ведь дело было не только в шкатулках. Эти камни являлись моим правом на славу. Я не отдам их. Ни за что.

— Ах да, конечно, — прошептала побледневшая Мэриголд. — Может, мы сами сумеем их извлечь?

— И рискнем собственными шеями? — фыркнула я. — Не хочу погибнуть из-за музыкальной шкатулки.

— Действительно, — согласилась она и задумчиво нахмурилась.

— Уилбур. — Я резко повернулась к нему. — Твоя семья работает во дворце. Ты можешь узнать больше. Например, сколько времени осталось до того, как допросы дойдут до владельцев билетов. После таких новостей никто не заподозрит, почему ты задаешь вопросы.

— Д-да, — заикаясь, ответил он. — Отправлюсь к ним сразу после занятий. Не буду ни мешкать, ни медлить.

— У меня есть идея, — сказала Мэриголд. — Я заберу камни, спрячу в разных местах королевства, а затем выпью зелье памяти, чтобы забыть их местонахождение.

— Королевское Убежище создано для их защиты. Безопаснее места не существует, — резко возразила я.

Кроме того, я не собиралась терять знание о том, где находятся Камни Гильдии. Они были моим наследием.

— А после выпуска? — несколько строго спросила Мэриголд. — Мы не можем оставить их в Убежище навечно.

В ее словах был смысл. Но палочки больше нет. Как создать место, равное по защите Королевскому Убежищу?

— Нам не следовало забирать древние камни, — уныло произнес Уилбур. — Какая от них теперь польза? Они заперты в ловушечных штуковинах и спрятаны в тайных норках.

— Наверняка существуют и другие способы ими владеть, — сказала Мэриголд. — Если сохраним их и не позволим ФБР допросить вас обоих, со временем снова сможем воспользоваться камнями.

— Если вообще сумеем достать их из смертоносных музыкальных шкатулок, — напомнила я.

— Насколько смертоносными они могут быть? — задумчиво произнесла она.

Я пожала плечами. По правде говоря, понятия не имела, какие ловушки скрываются внутри. Но чувствовала силу, влившуюся в шкатулки, темную и мощную магию, которую палочка вместе с камнями превратила в нечто по-настоящему пугающее.

— Думаю, в замысле Мэриголд есть крупица смысла, — задумчиво произнес Уилбур. — Каждый возьмет по шкатулке и спрячет, а потом мы выпьем зелье памяти, чтобы забыть не только место, но и все ограбление. Все, что случилось от того дня до нынешнего.

— Я не хочу этого забывать, — выпалила я.

— Предпочитаешь отправиться в Даркмор? — холодно спросила Мэриголд.

Я поджала губы, чувствуя себя загнанной в угол.