Мерисса в отчаянии бросилась к резервуару. Время отступало и наступало, все вокруг закружилось, пока мы снова не нашли путь к ним. Воздух гудел от невероятной мощи. Узы Смерти бушевали вокруг.

— Matrem consanguinitate religatam et ultra. Filii mei vinculis mortis suscipio, — прошептала Стелла.

Я повторил слова и посмотрел на Хейла с Мериссой, призывая присоединиться. Они доверились мне. Наши голоса наполнили комнату. Сила слов хлестнула через границу миров и слилась с силой Стеллы.

— Я его кровь, его род, его ковен! — Стелла запрокинула голову. Слова хлынули из нее, отравляя воздух. — Eius vinculum meum est!

— Eius vinculum meum est! — крикнул я вместе с Мериссой и Хейлом.

Комнату расколол звук, подобный грому. Все мгновенно погрузилось во тьму.

— Ab ipso peto nunc et semper. Его узы принадлежат мне, — тяжело дыша, произнесла Стелла.

Между ее ладонью и ладонью нашего сына взорвался красный свет.

Отдача магии отбросила Стеллу. Ударная волна разбила стеклянный резервуар, в котором была заперта Дарси, и поток крови вынес ее наружу. Она кашляла и захлебывалась, поднимаясь на четвереньки. Мерисса похлопала ее по спине, пытаясь помочь, хотя не могла по-настоящему коснуться.

— Все хорошо, моя маленькая дорогая, — сказал Хейл, опускаясь рядом на колени. — Мы с тобой.

Стелла поднялась над нами на воздушной магии. Все ее тело засияло багровым светом Уз Смерти. Но узы больше не принадлежали моему сыну. Теперь чудовищная сила была привязана к ней. Сердцем я понимал, что последует, и гадал, хватит ли у нее храбрости довести дело до конца.

Стелла подняла руку. Слезы стекали по щекам, оставляя дорожки в крови на лице. Она шевельнула пальцами, заставив похожий на клык кинжал перелететь через комнату, и поймала рукоять. Я встал рядом с ней. Грудь сжалась, мысли потемнели. Звезды приближались, почувствовав важность грядущего.

— Почему? — ахнул Лэнс, когда Стелла направила клинок себе в сердце.

— Потому что я твоя мать. И люблю тебя больше самой жизни, — выдохнула она и вонзила кинжал в грудь.

Стелла закричала. Используя силу Ордена, она вырезала сердце из грудной клетки и вырвала из тела, держа перед собой насаженным на клинок. Я пошатнулся, не моргая глядя на сделанный ею выбор. Жертва была настолько могущественной, что по воздуху прокатилась дрожь.

— Во имя лунного света, — ахнула Мерисса и положила руку Хейлу на плечо.

— Она отдала себя Узам Смерти, — с недоверием выдохнул он.

В глазах Стеллы остался единственный миг жизни, душа балансировала на границе кожи. С последним вздохом она шевельнула пальцами и освободила Лэнса от цепей, удерживавших его на стойке.

В следующее мгновение Стелла умерла. Тело рухнуло в лужу крови, сломанное, а окровавленный кинжал остался торчать из сердца.

Душа Стеллы тихо вошла за Завесу. Ее смерть заставила все слова замереть на моем языке. Она шагнула ко мне, удивленно моргая, но в лице не было страха. В конце концов, она сама выбрала это.

— Азриэль, — произнесла Стелла, приближаясь, а затем заметила Дикого Короля и его королеву.

Она сглотнула, переводя взгляд с одного на другого. Черты окрасил стыд.

— Вы пришли меня наказать? — прошептала она.

Мерисса шагнула вперед и ударила Стеллу по лицу.

— Это за все твои плохие решения.

Она приблизилась и поцеловала место удара на щеке Стеллы.

— А это за хорошие решения, которые ты приняла в конце.

— Простите меня, — хрипло произнесла Стелла.

— Теперь тебе нужно не мое прощение, — холодно ответила Мерисса и прошла мимо к Дарси и Лэнсу, обнимавшимся на полу.

Хейл коротко кивнул Стелле. Сомневаюсь, что от него она могла получить больше. Он присоединился к семье, а Стелла осталась лицом к лицу со мной. Ее давно умершим мужем. Мужчиной, о котором она вспоминала гораздо чаще, чем когда-либо признала бы. Я достаточно часто ощущал ее зов, сожаление и стыд. Да, она скорбела обо мне, но не так, как жене следовало скорбеть о муже. Большая часть горя выросла из вины.

— Азриэль… — Она подалась ближе. — Что ты, должно быть, обо мне думаешь.

— Весьма красноречиво, что Завеса не унесла тебя в реку, которая доставила бы к Вратам Скорби, — резко ответил я.

От этой мысли Стелла задрожала и обхватила себя руками.

— Мне жаль.

— Извинения предназначены живым. Твоя история уже написана. Теперь о правде говорят поступки.

— И что ты скажешь о моей правде?

Я задумался. Ее решения принесли столько разрушений, но в конце она не подвела Лэнса, когда была нужнее всего. Сын был одной из самых дорогих моих привязанностей, и я не мог не испытывать благодарности. И все же, если взвесить каждое деяние, забыть зло было невозможно.

— Я благодарен за твой последний поступок и за те случаи, когда ты помогала вытянуть Лэнса из тьмы. Но не смогу простить прошлого. Однако позволю ему упокоиться. Не стану питать к тебе ненависть или требовать страданий в искупление грехов. Думаю, жизнь здесь с собственными сожалениями станет достаточной платой.

Она склонила голову, затем поспешила мимо и направилась к Вечному Дворцу. Я почувствовал приближение Клары. Она бросилась обнимать Стеллу, и на ее лице скорбь смешалась с радостью. Уголок моих губ приподнялся. Клара простит ее, а ради дочери я хотел, чтобы Стелла обрела покой.

Я оставил их и снова посмотрел на сына. Короткий миг радости разбился, когда Дарси Вега закричала. Тени хлынули из нее, вырываясь из кожи. Я закричал вместе с ее родителями и парой. Ужас стиснул сердце.

Последние клочки тени покинули тело, и Дарси бесформенной грудой рухнула на пол. Она смотрела на чудовище, которое больше не было с ней единым. Огромный зверь стоял на другом конце комнаты.

Теневой Зверь выглядел оглушенным, обнюхивал воздух и пытался сориентироваться. Дарси поднялась на колени. Лэнс метнулся к ней, тревожно осматривая, но она казалась совершенно здоровой.

— Что произошло? — хрипло спросил Хейл, приближаясь к Дарси.

Я заметил, что его руки дрожат.

— Ее кровь была моей кровью, — сказал Лэнс своей паре. — Смертью она заплатила цену твоего проклятия. Ты свободна.

— Во имя солнца, это правда, — с чистым счастьем произнесла Мерисса и бросилась обнимать Хейла.

Облегчение длилось недолго. Теневой Зверь, дикий и переполненный яростью, понесся на Лэнса и Дарси. Я понял, что эта кровавая ночь еще далека от завершения.

Глава 24

Дариус

На этот раз дорога обратно к пещере Мордры казалась длиннее: тропа петляла сильнее, деревья в лесу стояли гуще. Даже золотистое сияние двигалось медленнее, и свет уже не лился сквозь кроны, а тягучими каплями просачивался между ветвей.

Но я не медлил. Я крепко держал в мыслях цель, проклиная это место за все попытки не дать мне получить желаемое, и в конце концов вышел на поляну, где среди деревьев пряталась ее пещера.

Не сбавляя шага, я ворвался внутрь и без малейших колебаний двинулся в глубь ее логова.

Я чувствовал горе Рокси рядом с собой, словно живого зверя. Боль разлуки со мной перерастала в отчаяние, которое пугало даже меня. Но от этого моя решимость лишь крепла: я еще яснее понимал, почему должен быть здесь и зачем пришел. Я сосредоточился на своей задаче и подавил желание отправиться к ней, как бы мучительно ни было держаться вдали.

— Думаешь, если спрячешься здесь, как червяк, который таится в тени дрозда, то обретешь свободу? — крикнул я, входя в просторную полость с валуном, на котором она любила сидеть. — Думаешь, укрывшись от звезд, лишишь их силы?

Мордра сердито зашипела и возникла у меня за спиной. Пожелтевшие когти рассекли воздух, когда она по-звериному махнула лапой.

Я зарычал в ответ. Когти прошли прямо сквозь меня, даже не задев иллюзию тела, в которую я был облачен, а она пронеслась мимо и снова устроилась на своем камне.

— Вижу, ты отпустил один из своих отчаянных крючков, которыми цеплялся за жизнь, — выплюнула она. Очертания ее то проступали, то растворялись, а на полом черепе не было ни единой черты.