— У тебя есть мы, — страстно возразила я, ненавидя слетавшие с его губ слова.

Рен нахмурился.

— Не навсегда, Фи.

— Навсегда, — настояла я. — Мне плевать, как с тобой обращаются другие. Мы всегда прикроем твою спину, как ты прикрывал наши. Именно это удерживает нас вместе.

— Нам все еще нужно выбрать название для группы, — оживился Уилбур. — Возможно, «Дерзкая организация непризнанных гениев».

— «Донг»? — бесстрастно уточнила я.

Рен фыркнул.

— Подергай мою колотушку, — ахнул Уилбур и прикрыл рот ладонью. — У всех вас грязные мысли.

Он рассмеялся, и напряжение между нами исчезло. Но сердце сжалось, когда среди деревьев появилась Берди и направилась обратно к нам.

— Привет, — пробормотала она.

— Я не хотела задеть твои чувства, — сказала Мэриголд без малейших эмоций.

— Да, все нормально. — Берди пнула землю.

— Мэриголд нашла четыре Камня Гильдии, — сообщила я.

Ее глаза тут же загорелись.

— Серьезно? Где?

— Я их не нашла, а определила местонахождение, — поправила Мэриголд.

— Так где они? — надавила я.

— Это нелепо, — сказал Рен.

— Ох, перестань быть моллюском на шишке морского желудя, — взмолился Уилбур. — Если мы завладеем камнями силы, то сможем возвыситься. Хлопнем этих неприглядных бамбурнов собственными бумом и плюхом. Тогда они увидят.

Он расправил плечи. Берди прикусила губу, глаза сияли от этой идеи.

— Давай, Мэриголд, рассказывай, что выяснила, — попросила я.

— Как вам известно, прежняя Гильдия состояла из двенадцати могущественных семей, — начала она. — Было установлено равновесие, и все они получили одинаковую силу: Альфард, Вега, Акрукс, Капелла, Альтаир, Поллукс, Ригель, Андромеда, Денебола, Кастор, Бетельгейзе и Плеяды.

— Да. Затем один из них украл камень у другого и нарушил равновесие. В одной истории говорится, что Альфард украл у Альтаира, но в некоторых версиях Акрукс украл у Вега, — добавила я, увлекаясь рассказом.

— Это запустило бесконечную цепь разрушения, — продолжил Рен. — Могущественные засранцы дрались с другими могущественными засранцами за камни, и каждый хотел стать единоличным правителем.

— Камни спрятали, — кивнула Мэриголд. — Далеко друг от друга. Каждая семья пыталась уберечь свою силу от врагов. Вчера королева Леондра Вега в интервью намекнула, что до сих пор владеет четырьмя камнями.

Мэриголд достала из кармана сложенную газету, развернула и показала статью.

Я взяла ее. Рен заглянул через одно плечо, а Уилбур через другое. Мы прочитали подчеркнутый Мэриголд отрывок.

— «…у меня по-прежнему хранятся четыре бесценных артефакта, которые гарантируют процветание рода Вега перед лицом любых испытаний, что постучатся в нашу дверь…»

— Это ничего не доказывает, — сказал Рен. — Она могла говорить о любых артефактах.

— Разумеется, это лишь предположение, но подобное заявление очень показательно. Я могу перечислить все аргументы, однако, уверяю, мы только потратим время, которое следует посвятить плану захвата камней, — ответила Мэриголд.

— Это безумие. — От слов Рена моя грудь сдулась. — Во-первых, вы первокурсники. Во-вторых, вы собираетесь ограбить лучше всего охраняемое место королевства. Не говоря уже о слоях защитной магии и о том, что, даже попав внутрь, вы не сможете найти Камни Гильдии. Но вы туда не попадете. Шансов нет.

— Напротив, полагаю, шанс у нас есть. Небольшой, но все-таки есть, — сказала Мэриголд.

— Это не просто глупость, а смертный приговор. И ради чего? — усмехнулся Рен.

— Ради силы, — мрачно ответила я.

Рен шагнул вперед. Его глаза потемнели, пока он меня изучал.

— Не будь дурой, Фи. Эта хрень не продлится вечно. Ты поднимешься. В тебе больше силы, чем ты думаешь, иначе тебя бы вообще не приняли в академию.

— Я даже не могу обратиться, когда это необходимо, Рен, — сердито сказала я. — Моя семья меня стыдится. Они считают, что во мне нет духа Ночи. Что я пустышка. А знаешь, как львиные прайды поступают с детенышами, которые не оправдали ожиданий? Изгоняют.

— Тогда не позволяй этому случиться. Докажи, что они ошибаются, — твердо произнес Рен.

Я кивнула, нахмурившись при воспоминании обо всех случаях, когда Сайрус втаптывал меня в грязь, когда врывался в мою комнату в Доме Земли и мучил на глазах у зрителей. Потом я представила родителей, которые качали головами, стыдясь меня, а затем отвернулись.

— Может, так и сделаю.

* * *

По пути в Библиотеку Венеры мои руки ныряли в карманы окружавших меня студентов и вытаскивали мелкие жетоны, перья, кристаллы и ауры. Дело было не в добыче, а в самой игре. Чем больше я тренировалась, тем искуснее становилась.

Я последовала совету Рена и вот уже несколько месяцев вкалывала до изнеможения. Приближался второй курс, мои оценки росли. Я почти не спала, забывала поесть. Каждое утро я состязалась с солнцем и побеждала, пробираясь темными тропами от Дома Земли к Библиотеке Венеры или на холмы Земной территории, чтобы учиться. И я была не одна. Мы с друзьями поднимались вместе, встречались у входа в Дом Земли и ускользали в темноту.

А потом тренировались. Рен обучал нас навыкам, которые сам довел до совершенства, а я постоянно требовала показать заклинания сокрытия и все, что могло помочь моему новому увлечению. Воровала я уже чертовски хорошо, однако Рен настаивал, чтобы я перестала зацикливаться на этом и оттачивала другие умения.

— Ты по-прежнему не можешь обратиться, когда Сайрус или Айла загоняют тебя в угол, — прорычал он, когда мы стояли в лунном свете на любимой вершине холма. — Какой толк обчищать карманы, если ты не способна защитить себя?

Его обнаженную грудь пересекали рельефные мышцы, а во всем облике чувствовалась жажда обращения. Он был Мантикорой и понимал мою львиную сущность лучше остальных. Хотя его Орден далеко не так зависел от прайда, как мой. Ему не требовалось постоянно окружать себя людьми, а мне требовалось. Они были нужны мне сильнее, чем я когда-либо признала бы. Особенно он.

Берди оторвалась от запястья Уилбура. Ее влажные от крови клыки блеснули, прежде чем она сглотнула.

— Рен прав, тебе следует отрабатывать атакующие заклинания, как мне. Я хочу стать достаточно сильной, чтобы в следующий раз оторвать Айле голову от ее чешуйчатого тела.

В ее голосе звучала такая ненависть, что я не сомневалась в серьезности угрозы.

— Уилбур меня понимает, верно? — надавила я.

— Знает ли карликовый гумбль повадки собственного рыльца? — рассмеялся он, а я озадаченно нахмурилась. — Еще как! Колени стучат, сердце фламбает. Обратиться перед этими проклятыми барракудами и правда нелегко.

— Вот видишь, — многозначительно сказала я Рену.

Он скрестил руки на груди и обеспокоенно уставился на меня.

— Тебя будут ранить снова и снова. Скоро меня здесь не будет и учить вас станет некому. В следующем месяце я выпускаюсь. А потом… ты ведь знаешь, что я задумал.

Сердце сжалось. Я отвернулась, не в силах это вынести.

— Не напоминай.

— Угасающие Земли, — бесстрастно произнесла Мэриголд, сидевшая на земле со скрещенными ногами в оранжевом комбинезоне. — У тебя меньше шансов попасть туда, чем у нас — во Дворец Душ.

— Вы ведь не всерьез все еще это планируете? — вздохнул Рен.

— Значит, ты не веришь, что мы сможем украсть Камни Гильдии, но сам намерен сесть на корабль, отправиться в Угасающие Земли и пробраться в раздираемое войной королевство, где повсюду смерть? И зачем тебе вообще туда, Рен? — потребовала я.

— Потому что там меня никто не знает и я смогу чего-то добиться, — рявкнул он.

В горле зародилось рычание.

— Это безумие.

— Я безумец? — рассмеялся он. — По крайней мере, у меня есть план. А вы говорите о четырех Камнях Гильдии, словно они уже ваши. Думаешь, умения обчищать карманы и взламывать заклинания сокрытия хватит, чтобы проникнуть туда? Ты погибнешь, не добравшись до парадной двери.

— Вообще-то идти через парадную дверь было бы крайне неразумно, — некстати заметила Мэриголд.