Даша выросла. Даша… э-э-э… возмужала. От её лица и телосложения не осталось ничего даже отдалённо похожего, и теперь передо мной стояла совершенно другая сущность. А именно: инфернального вида накачанный дед. Голый по пояс, босой, в рваных грязных бриджах, и весь сплошь в оккультных татуировках и шрамах.

Куда при этом подевалась одежда Лёвушкиной — ума не приложу. Но это, блин, так-то не самое удивительное в ситуации!

— Зачем ты здесь? — спросил я.

— Да хотя бы затем, что мне разрешили быть здесь, — грубым старческим голосом ответил гном. — А другого тебе и знать не надо.

На этом разговоры закончились. Схватившись своими корявыми пальцами за край рабочего стола, Сныкалсон играючи отбросил его в сторону. Чуть было Шофранку при этом не зацепил. В итоге столешница разлетелась вдребезги, а между мной и гномом теперь не осталось вообще никаких препятствий.

— Сейчас ты сдохнешь!

— Виталий, осторожно! — заверещала кошка, а уже в следующий момент мускулистый дед бросился на меня. В эпичном прыжке занёс кулак на удар, — причём метился явно что в голову, — расхохотался по-злодейски, а потом вдруг:

— Какого хрена⁈ — застыл на месте как вкопанный. А его кулак остановился в воздухе буквально в паре сантиметров от моего лица. Я же в свою очередь даже с места не дёрнулся. Сумел-таки перебороть рефлексы, потому что хороший понт — он… ну понятно, короче говоря.

— Уважаемый Свен, — я аккуратно отодвинул кулак в сторону. — Так уж вышло, что вы находитесь в нейтральном Месте Силы, где действуют определённые порядки.

О да! Тотальный запрет на насилие работает в фоновом режиме и касается всех-всех-всех, включая даже могучего Матного Гномика из Зазеркалья. Но зато исключая меня.

— Н-н-н-нась!

Бил я сильно, но аккуратно, — не забывая о том, что где-то там внутри по-прежнему находится Даша Лёвушкина. Апперкотом прошёл сквозь бородищу и вдарил так, что у Сныкалсона зубы клацнули.

А вот второй удар гном мне провести уже не разрешил. Отшатнувшись, дед зарычал и рванул в обход меня к двери, — на выход то есть. Я же момент не прощёлкал: тут же набросился сзади, провёл подсечку, и следующие несколько минут мы с матным гномиком катались по полу, превращая мой офис в один большой «след борьбы».

Навредить мне гном не мог, но сопротивляться — ещё как. Сильный, зараза. Вот только всё равно не настолько сильный, как говорила Шофранка и как презентовал КИПЕР. Видимо, ещё не освоился и не вошёл в свою полную мощь.

— Отпусти! — брыкался ублюдок. — Что ты себе позволяешь, человек⁈

Кошка тем временем с выпученными глазами скакала вокруг, а из сейфа доносились приглушённые реплики Камамберия:

— Виталий⁈ Что у вас там происходит⁈ Эй, Виталий! Вита-а-а-алий!

А Сныкалсон в свою очередь слабел. Каждый рывок и каждая попытка выбраться из захвата забирали у него силы, и такая динамика мне определённо нравилась.

— Кошка!

— Что⁈

— Видишь коробку⁈ Да-да, вот эту! Там ёлочные игрушки лежат!

Ну и что в итоге? В итоге через пятнадцать минут полностью обессиленный и связанный новогодней гирляндой по рукам и ногам дед лежал на диванчике. Злобно скалился на меня, рычал и сулил расправу.

— Как только я выберусь…

— Как только, — повторил я. — Если бы да кабы, — хохотнул и воткнул гирлянду в розетку. Ну… чтобы Камамберию чуть повеселее стало.

Да-да, сейф тем временем уже был открыт настежь. Самбучка с неподдельным интересом наблюдала за происходящим, а господин сыр, как и хотел когда-то, держал гнома на мушке. Правда, вместо верёвки мы использовали кусочек мишуры. Один край я обернул вокруг ружейного курка, а второй засунул Камамберию в рот.

Каких моральных сил это стоило сыру — даже представить себе боюсь. Да и диалог, во время которого Камамберий прошёл все стадии отрицания и чуть было не заплесневел окончательно, пожалуй, тоже опущу.

Итого: Сныкалсон «зафиксирован в пространстве», а в ноги ему направлено дуло заряженной «Сайги». Сможет сыр выстрелить или нет — вопрос, конечно, интересный, учитывая особенности моей точки. Но как минимум, он ведь всегда может промахнуться, а я прибегу на выстрел.

— Гошпади, — причитал Камамберий, при этом забавно шебурша мишурой за щекою. — Гошпади, жа што нам всё это?

— Да не переживай ты, дядь сыр. Зато не скучно! — поддерживала нового друга Самбучка. — Папочка, а давай ты меня ему на бороду выплеснешь?

— Э-э-э… Пожалуй, нет, — немного офигел я от кровожадности огненной элементальки.

— Ну и ладно! — ничуть не расстроилась Самбучка.

— Виталь! — тут в дверь офиса прилетело три возмущённых удара. — Виталь, нас там опять на лоскуты рвут! — крикнул Лёха, судя по голосу, уже удаляясь в сторону кухни. — Помога-а-а-а-ай!

— Ага, — кивнул я и обратился к Св. Камамберию. — Я в тебя верю.

— Шпашибо.

— Если увидишь, что гном пытается высвободиться, сразу шмаляй.

— О гошпади!

— Всё! Шофранка, ты за старшую, — сказал я. — Ждём светлых, — и вышел из офиса.

При этом постарался изобразить из себя человека, который только что не боролся с мускулистым дедом на полу и никого гирляндами не связывал. А получилось у меня это или нет… да всем было плевать, в общем-то.

Стоило зайти на кухню, как я увидел картину: Клыканов готовит на восьми сковородах сразу, а Марина с Серёжей ковыряются в чеках, пытаясь понять, где чей заказ, и орут друг на друга. Причём если Марина орала по делу и не стеснялась в выражениях, то студентик в основном выдавал что-то вроде:

— Я знаю, что ты это сейчас несерьёзно, любовь моя! И я тебя прощаю! Но впредь будь добра следить за языком, когда разговариваешь со своим муж…

— Заткнись! Виталь Саныч, где Даша⁈ Там бар пустой!

И как бы абсурдно ни было включаться в работу после событий минутной давности, но мне пришлось. Поглядывая на часы и поминая добрым словом Фёдора Евгеньевича, который что-то как-то не спешил к нам телепортироваться, хотя штор и прочих занавесей в «ОЛЕГе» было более чем дохрена, я встал за бар и принялся отдавать заказы.

По какой-то неведомой причине зал был забит до отказа.

— Что происходит-то⁈ — спросил я у Марины, которая как раз пробегала мимо, чтобы схватить кувшин с морсом.

— Мужик тот! — ответила официантка. — Ну тот, который новосёл! Которого я просила информацию о нас в домовой чат скинуть!

— Ну⁈

— Скинул! — ответила Марина, а после широким жестом обвела зал. — Они же только-только заехали, Виталь Саныч! Восторженные пока что ещё, дружные, и даже с соседями здороваются! Вот, решили всем подъездом у нас пообедать!

— Это заявка на премию, Марин! — прокомментировал я. — Ты звезда! — и продолжил на скорость отстреливать лимонады.

Однако с этих пор начал приглядываться к гостям повнимательней. Совершенно разного возраста и совершенно в разных семейных составах, но люди были… основательными. Ухоженные, с ног до головы увешанные брендовым шмотьём, ещё и не на работе в среду днём. То есть бабки у них явно что водились.

И это наше первое с ними касание. Наш звёздный час, во время которого облажаться — смерти подобно. А потому мне пришлось разорваться на десяток Виталиков, которые успевали и на кухне, и в баре, и даже в зале.

Бесследно не прошло — такой резкий и жёсткий спринт высосал из меня все силы, так что к моменту ухода гостей у меня аж икры сводило. Однако результат был. И результат меня устраивал. Господа новосёлы-мажорики довольно сверкали винирами, мило общались с официантами и заверяли тех, что обязательно вернутся.

— Фу-у-у-ух, — выдохнул я, глядя на пустеющий зал.

А помимо прочего:

«Администратор» — 1 уровень

Прогресс до следующего уровня: 89%

Чуть-чуть осталось и дожму. Но и это ещё не всё!