— В таком случае сеньор пришёл точно по адресу! — обрадовался скелет. — Вот, например, — и схватил с прилавка один из перчиков. — Сорт «Оранжевая Плазма». Нежный, с приятным фруктовым послевкусием, но очень коварный. Что называется, доездной. А вот это «Драконьи Слёзы»! Каков он на вкус, никто до сих пор так и не знает, потому что вся органолептика выжигается за миллисекунды. Это «Адская Кузница», это «Поцелуй Мангала», а этот называется «Тётя Шива Приехала»…

Педро перечислил ещё с десяток названий, от каждого из которых меня бросало в жар. А я слушал и понимал, что не просто теряюсь в разнообразии, но ещё и не узнаю ничего. Не было здесь обычных человеческих сортов: «Каролинского Жнеца», например, или той же «Наги»…

— Мне нужна самая термоядерная дичь, — сказал я, когда скелет закончил. — Чем острее, тем лучше.

— О-о-о-о, — протянул продавец. — Понимаю, сеньор, прекрасно вас понимаю! В таком случае вам нужна «Сливочно-Облачная Лапушка», — тут скелет хохотнул. — Название от обратного, ну вы поняли, да? Сейчас будет презентация!

С тем скелет достал откуда-то снизу и поставил на прилавок клетку. Внутри клетки сидел тушкан. Пушистый такой, с длинным хвостом и чёрными глазами-бусинками. Зверёк сразу же очень заинтересовался Шофранкой — схватился лапками за прутья решётки и просунул сквозь них мокрый нос.

Педро тем временем натянул на свои костяные руки перчатки, — и как только умудрился не порвать? — достал нож, разделочную доску и один перчик из закромов. К слову, на вид «Сливочно-Облачная Лапушка» напоминала огромную, поглощающую свет изюмину.

— Момент, сеньор, — попросил скелет.

Затем очень-очень медленно отрезал от перца микроскопический кусочек, аккуратно взял его двумя пальчиками и бросил в клетку к тушкану.

— Смотрим!

Зверёк отвлёкся от Шофранки, метнулся к лакомству и недолго думая проглотил его. Посидел. Подумал. А затем резко поднял голову вверх и выдал изо рта столб белого пламени, от которого я даже с расстояния почувствовал жар на лице. После тушканчик чуть откашлялся дымом и снова полез изучать кошку.

— Эксклюзивный продукт! — гордо объявил Педро.

— Впечатляет, — кивнул я. — Заверните, пожалуйста. Пусть будет грамм сто.

— Бери килограмм, — шепнула кошка. — Вдруг ещё когда-нибудь пригодится?

— Килограмм, — поправился я. — Заверните килограмм.

— Прекрасно! Что даёте взамен?

Я было дело потерялся, но тут меня выручила моя пушистая спутница.

— Запишите на мой счёт, пожалуйста, — сказала она. — Думаю, вы в курсе того, кто я такая и как можно стребовать долг.

— Ну разумеется, сеньорина Шофранка! Для такой красавицы всё, что угодно!

Спустя пару минут мы забрали кулёк со «Сливочно-Облачной Лапушкой» и двинулись дальше по рынку. Что ж! Одно из основных пожеланий Жалюзи было выполнено, и оставалось теперь лишь добыть карпов и тревожный сыр.

А рынок гудел. А рынок пестрел красками и ароматами. И каждый раз, когда я думал, что уже начинаю привыкать, Ряды осаживали меня и демонстрировали что-то новенькое.

Например! В какой-то момент моё внимание привлекла странная будка, стоящая особнячком от других палаток. Она напомнила мне ночной пивной ларёк, вот только обшитый грубыми листами какой-то бункерной брони. Над крохотным окошком висела табличка «СКУПКА», а в окошке за решёткой сидела скучающая бабушка.

Божий одуван. Платье в горошек, морщинки, седина и, — внезапно! — железный протез на половину лица, из которого на мир смотрел красный оптический глаз. И почему-то у меня не было ни единого сомнения в том, что бабка умеет пуляться лазерами.

— А здесь чего? — спросил я, чуть замедлив шаг.

— Так написано же, скупка, — буркнула Шофранка и, наоборот, засеменила чуть быстрее. — Пойдём отсюда, здесь подавляющий артефакт стоит. Мне неприятно.

И впрямь. Я заметил, как другие существа тоже обходили этот «ларёк» по широкой дуге. Да и у меня перед глазами как будто помехи пошли — видимо, таким образом начинала сбоить связь с КИПЕРом.

Долго ли, коротко ли, но Шофранка довела меня до сырной лавки «У Джастаса». В холодильниках под стеклом лежали целые сырные головы и порезанные кусочки таких сортов, о существовании которых я никогда не слышал. Один был со странными фиолетовыми вкраплениями, другой на срезе походил на золотую жилу, третий имел форму человеческого сердца и даже бился в такт неслышному метроному.

— Ну хотя бы тут продавец человек, — тихо заметил я Шофранке. — Или нет?

— Человек-человек, — уверила меня пушистая.

Тут я вспомнил свои суперспособности и прищурился.

Человек Магический (Иной)

(Есть человеки магические, а есть не магические. Таким ты, дурень, был совсем недавно, а потом стал магическим. Так же, как и Джастас)

Имя: Джастас

Склонность: Упорядоченно-Светлый

За прилавком стоял бородатый мужчина в вощёном фартуке и клетчатой рубахе с закатанными рукавами. Мужчина очень широко улыбался. Глаза его излучали добродушие, да и в целом он походил на милого пупса, который и мухи не обидит.

На брезенте позади Джастаса тем временем висела фотография. На ней он стоял рядом с титанических размеров коровой, которой едва доставал теменем до вымени.

— Здравствуйте! — поздоровался я и сразу же перешёл к главному. — Мне бы тревожного сыра.

— Да без проблем! — мужик расплылся в ещё более широкой улыбке и начал заливисто смеяться. Эх как его таращит-то, а? Сахара обожрался, что ли? — Конечно-конечно! — продолжил продавец, едва не задыхаясь от смеха. — Будет вам тревожный сыр! Проходите внутрь! Проходите-проходите, прошу вас, смелей!

Джастас поднял стойку прилавка и пропустил меня прямо в недра своей палатки. Тут оказалось ещё больше холодильников, и ещё больше сыров. Но то, что было нужно мне…

— Вон там, на столике, лежит, — продавец указал в дальний угол. — Посмотрите, оцените, и если всё устраивает, тогда будем договариваться о цене.

— Вон там? — переспросил я.

— Да-да, — мужчина опять рассмеялся. — Вон там ваш тревожный сыр!

Итак. На небольшом столике из нержавейки лежал круг сыра. По цвету белый и чем-то неуловимо похожий на горгонзолу, вот только с красной плесенью вместо голубой. И плесени той было катастрофически мало, насколько я могу судить. Это ведь если я его мелкими кубиками нарежу, то некоторые кусочки вообще без неё будут.

Но самое интересное было в другом.

Джастас зачем-то надел на эту сырную голову здоровенные прижимные наушники, из которых доносилась музыка для медитаций. И ещё рядом поставил куриться палочку благовоний.

— Умеете обращаться? — спросил Джастас.

— В каком смысле?

— Ну как? Существо очень специфическое. Неисправимый неврастеник, если одним словом. Чуть что не так, начинает нервничать, портиться и плесневеть. Чем больше на нём плесени, тем хуже и тем ближе точка невозврата. Кстати! Чуть не забыл! — воскликнул Джастас. — Гарантию на сыр даю пять секунд после покупки, а дальше вы сами. За транспортировку никакой ответственности не несу.

Я же всё это дело выслушал и спросил:

— Чего? — а затем добавил: — Какое ещё «существо»?

Я прищурился и…

Тревожный сыр

(Слушай, Виталий, тебе уже и так всё подробно объяснили, куда дальше-то⁈)

Имя: пока не именован

Склонность: отсутствует

И в этот же момент сыр лениво приоткрыл огромный карий глаз. Закрыл его обратно. Потом понял, что только что увидел перед собой кого-то кроме Джастаса, резко распахнул оба и заорал:

— ААААА!!!

— Тиш-тиш-тиш-тиш, — продавец снял с Сыра наушники. — Не ори, маленький.

— Что происходит⁈

— Всё нормально.

— Меня покупают⁈

— Возможно.

— Ой-ой-ой, — запричитал Сыр. — Ой-ой-ой-ой, плохо-то как, — и начал стремительно обрастать красной плесенью.

— Как расплачиваться будете? — спросил Джастас, на что кошка попросила его отойти в сторонку, а меня тем временем успокоить сыр.