Мгновение — и ремешки наруча сами собой затянулись. Перед внутренним взором вспыхнула надпись:

Физический урон блокирован

Физический урон блокирован

Физический урон блокирован

Крыса стрелял в меня.

Сопряжение с периферическим устройством невозможно.

Продолжать попытки

Да……………………Нет

Я не задумываясь выбрал «да». Не вставая из приседа, я рванул к истерзанному умнику. Схватил его рукой в полуматериальной перчатке и полетел вверх. Вслед мне нёсся крик отца Теофила: «НЕТ!!!»

Тварь вдруг изменила форму, а я оказался висящим в воздухе на высоте нескольких саженей. Ужасный жар опалял меня.

— Попался! — в тоненьком голосе Умника слышалось инфернальное торжество.

Я изо всех сил вцепился в огромный язык огня. Хотя нет, в пламени угадывалась фигура с рогатой головой. В самом центре груди фиолетовым горел обрывок марева. Я всадил свой кинжал во что-то плотное. Раз, два, ещё, ещё.

Руку обожгло. Я кричал от невыносимой боли. Мгновение назад торжествовавшая тварь, теперь визжала вместе со мной, пытаясь вырваться, но я намертво вцепился в неё.

Я бил, бил и бил, не останавливаясь. Из ран на теле чудовища текла отвратительная чёрная жижа. Не знаю, сколько так продолжалось, но в один момент перед моим внутренним взором вдруг возникла надпись:

Зарядка от враждебной энергоструктуры. Обнаружено периферическое устройство зарядить?

Да…………Нет

Я автоматически выбрал «да».

Невыносимой болью мне обожгло ноги. Я заорал как умалишённый и, выпустив тварь, полетел на плиты двора, а потом было мгновение темноты, словно выключателем щёлкнули.

Я вдруг оказался над собой. Вся сцена застыла, даже умник, в которого бил луч СВЕТА, отражённый отцом Теофилом. Тут только до меня дошло, огонь горел не в нём, не в храме, не в священнике. Тогда были лишь отражения истинного пламени, этот СВЕТ — он божий.

Умник потому такой тёмный, что со СВЕТОМ не мог взаимодействовать и не отражал, вот его так от него и коробило. Я обернулся и взглядом упёрся в ангела. Тот сразу же принялся читать Символ веры. Произнеся молитву до конца, он заговорил:

— Что ж, здесь твой путь может быть окончен. Ты победил страх, презрел себя ради других. Ты сделал, что мог и свершил то, что был должен.

Он говорил спокойно, но что-то в его речи мне показалось странным и тут только до меня дошло — путь может быть окончен.

Всё! Этот кошмар кончится. Я встречусь с Леной и детьми. Мы снова будем вместе. Погостил и хватит!

Мой взгляд упал на самого себя, Всего меня покрывали пузыри. Тю, всего-то вторая стадия а я-то думал. А с другой стороны это больше не я. Я — настоящий я, свободен.

А потом я посмотрел на Эарнила, несущегося в атаку с бесполезным топором. Одежда и волосы его горели. Перевел взгляд на Мурку, которая сосредото́ченно лила зелёный свет исцеления на изрешечённого Карла. Увидел Этиниэ поливающего врага очередью из калаша.

— Умник повержен, им удастся выгнать его? — резко спросил я.

— Нет ещё, — спокойно ответил ангел. — Но это уже не твоя забота, я же сказал — ты сделал то, что мог.

— Я готов вернуться и продолжать свой путь, как бы труден он ни был, но мне нужно оружие против этой твари.

— Ты осознаёшь, сколько страданий тебе предстоит? — проигнорировал мой вопрос ангел.

— Да! Мне нужно оружие против этого гада.

— Оно всегда есть у каждого из вас, — спокойно произнёс ангел, — просто присмотрись, взгляни в себя. Точно готов?

— Да! — резко ответил я.

Затем снова было мгновение тьмы, словно кто-то щёлкнул выключателем. А потом пришла боль. Кажись я сломал рёбра, саднила кожу руки и ног. Не просто страх, самая настоящая паника наполняла всё моё существо. Мог бы, бегал бы бессмысленно туда-сюда по двору.

Ужас затопил меня, я страшился боли, опасался стать обузой, боялся за друзей, за Эви, Мурку, Карла, Этиниэ, Лину, Татьяну Николаевну. И страх за близких был намного сильнее всех остальных. Это было невыносимо. Мне надо было успокоиться как угодно, но привести чувства в порядок.

Я попытался сосредоточиться на дыхании, но дышалось мне тяжело, и каждый вдох отдавался болью. И тогда я стал истово молиться, так как не молился ещё никогда в жизни, и мне это помогло. Не знаю как, но мне удалось обуздать страх.

Оглянувшись, я увидел умника, сейчас это была фигура в пять саженей росту. Пламя вокруг неё изрядно погасло. Теперь я отлично видел обрывок фиолетового марева посреди груди чудовища.

Я сосредоточился и стал пытаться заглянуть внутрь себя. Ангел сказал, что оружие есть у каждого. Вряд ли потусторонней твари может повредить, что-то из нашего мира. Ответ очевиден — умник боится света.

Нет, не солнечного, не электрического, а истинного, божьего СВЕТА. Его нельзя создать, только собрать и отразить, как это делает иеромонах Теофил. Я стал осматривать себя другим зрением. Не с первого раза, но у меня получилось.

Честно говоря, зрелище было прямо-таки удивительным. Вся моя фигура напоминала очень старое и потрёпанное зеркало. Потемневшее всё в чёрных пятнах и трещинах, но всё ещё отражавшее что-то. Только на груди поверхность была относительно чистой. В этом месте угадывались очертания знака дара смерти.

Да, да, именно там, где к Умнику был приделан кусок фиолетового марева.

Я ещё не закончил, когда отец Теофил, вновь пальнул в умника лучом СВЕТА. Хотя нет, не так. Он просто создал на поверхности своего существа чистый кусок вогнутого зеркала. Вот это да, настоящий гиперболоид!

Я изо всех сил стал пытаться сделать то же самое. Куда там! Чёрные пятна свободно перетекали во мне, а зеркальная поверхность оставалась неподвижной.

Я максимально сосредоточился, шепча слова молитвы. У меня просто не было других вариантов. Физически я с трудом мог двигаться и не смог бы стрелять, даже будь у меня оружие. Да и не помогло бы.

Не знаю, сколько это продолжалось, помню только, как трудно было, но в один момент я вдруг осознал, что участок зеркала на моей груди очистился. Усилием воли я смог резко вогнуть его.

И тут я вдруг понял, что СВЕТ копится в зеркале. Не механически отражается, он собирается там. Я стал искать умника, гад тогда стоял ко мне лицом, яростно отбиваясь от насевшего на него сияющего воина.

Вот это да!

Оболочка отца Теофила казалась пустой, а сам он, обратившись в самый настоящий сноп термоядерного пламени, ярким лучом крошил потустороннюю тварь.

Прошло сколько-то времени, прежде и я понял, что у меня достаточно СВЕТА, чтобы помощь экзорцисту. Несколько мгновений я примерялся, а потом выкинул луч прямо в ошмёток фиолетового марева.

Мгновение и слабенький поток СВЕТА ударил в грудь чудовища. То вдруг заорало, что-то, чего я не понял, а потом кусок завесы портала, а это была именно она, развеялся, будто его и не было.

Секунда и вся фигура умника пошла рябью. Щит его рассы́пался. Отец Теофил тут же принялся полосовать врага лучом СВЕТА. Беспредельно чёрные очертания стали растекаться, словно растворяясь в воздухе. Спустя всего пару секунд Умник исчез, будто его и не было.

Мне вдруг стало легко. Нет, я всё так же чувствовал боль. Но ведь это просто сигнал о повреждении тканей, не более того, как страх всего лишь предупреждение об опасности.

Я теперь почувствовал, как мучительно мне было находиться вблизи Умника. Даже не знаю, как объяснить. Вокруг него было чудовищно, невыносимо душно, а теперь подул лёгкий, приятный ветер.

Вдруг оказалось, что в замке невероятно тихо. Звуки боя исчезли. Оглянувшись я не увидел врагов, помимо двух доппельгангеров. Они стояли на коленях, заведя руки за голову, под прицелом эльфов.

Да, да, эта Эви была фальшивкой. Мы договорились, о том, что она в минуту опасности переоденется в военную форму, эльфийка успела и теперь стояла над своей копией.