Когда, одевшись и поев, она с детьми вышла в переулок, там набралось полным полно глиняных. Большинство́ оказались воинами, но нашёлся здесь один слуга Ауле́ и пара целителей. Те возились с тем кто заступился за неё. Тот, похоже, был совсем плох.

Вид Литиэль и детей заставил замереть до этого активно трудившихся глиняных. Они потрясённо смотрели на элдьфи. Взгляды многих ей очень не понравились, в них сквозило вожделение.

Нет, то есть, оказалось, приятно ощущать себя первой красавицей, но эти взгляды всё-таки как-то были избыточны. Их проводили в странного вида экипаж, запряжённый лошадьми. Некоторые вещи никогда не меняются! Потом повезли куда-то, повторив: «Отвезти вас ваш народ».

С ними поехали несколько охранников, которые на них почти и не смотрели. А вот по сторонам они глядели напряжённо, не снимая рук с оружия.

У экипажа было окошко, и эльфийка смогла рассмотреть окружающий пейзаж. Они ехали через город, не лишённый грубой красоты. Улицы освещали причудливые фонари. Многоэтажные здания украшали колонны, весьма необычного вида лепнина, барельефы и узоры.

Прохожих в этот час было совсем мало, а те, что встречались, понравились Литиэль даже меньше ранее виденных здесь глиняных. Одежда их была потрёпана, а одутловатые лица с красными носами носили следы болезни.

Путь Литиэль и её маленьких подопечных закончился так же резко, как и начался́. Они оказались на площади перед внушительной постройкой с колоннами и множеством огромных окон. В отличие от большинства других зданий внутри горел свет.

Их жестами попросили замотаться в платки, чтобы посторонние не заметили ушей, и надеть на глаза какие-то штуки с тёмными стёклами. Вид у них сейчас, наверное, был самый потешный, но воинов это не смущало. Они повторяли заученную фразу и требовали следовать за ними.

Внутри постройка и правда поражала — гигантский зал простирался на сотни шагов. По бокам его шли одинаковые окна почти во всю высоту стен, за которыми зачем-то разложили самые разные вещи. Возле полок с важным видом прохаживались глиняные. Ещё больше их собратьев сновали туда-сюда.

Здесь было шумно, к гомону толпы примешивались механические звуки, какие-то резкие гудки или крики. Пахло странной алхимией.

Прямо посреди всей этой нелепости разместились врата чужаков. Самые настоящие! Их окружали синеватыми прозрачными панелями настройки, мерцавшими в воздухе. Глиняные, словно не замечая, проходили через них, занятые своими делами.

Литиэль повели к вратам. Охранники выстроились шестиугольником, явно ожидая каждый миг нападения, но всё было тихо. Эльфийка хотела посмотреть настройки врат, но её бесцеремонно протащили к арке.

Мгновение темноты и вот они уже оказались в похожем зале. Двинулись обратно во врата. Прошли насквозь. Потом ещё раз и, наконец, оказались в относительно небольшом и почти пустынном зале.

Затем недолго тряслись в экипаже. После этого их бесцеремонно вытащили и быстро почти вытолкнули сквозь калитку в воротах крепости и повели в сторону леса. Вот тут эльфийке стало нехорошо. То место, где она с детьми возродилась, оказалось бедно на силу, здесь же её почти что не было.

Их группа прошла всего шагов двести, как перед ними, словно из ниоткуда вырос отряд. Самый странный из тех, что Литиэль когда-либо приходилось видеть.

Он состоял из заклятых врагов. Тут были пара тёмных с равнин, горный эльда́р, юный элдьфи и трое полукровок. О, Ауле́, какая мерзость! Кто вообще оставил этих ублюдков в живых⁈

Все они должны были вцепиться друг другу в глотку, но вместо этого почему-то спокойно сотрудничали. Командовал один из полукровок. Помимо копья и меча явно кхаза́дской работы, в руках он держал какое-то оружие с двумя трубками.

Так вот, эта штука вызывала зависть у всех окружающих. Видимо, достать такую было очень трудно. Одевались чудны́е воины кто во что, при этом вещи казались в основном поношенными, и часть их явно сняли с глиняных.

Командир обратился к Литиэль на странном наречии, чем-то похожем на язык их заклятых врагов из великих лесов, но эльфийка его не поняла. Тогда к ней обратился горный эльдар. Его речь она разобрала с трудом, он звал их идти в безопасное место.

Убежище находилось довольно далеко. К тому же по дороге они наткнулись на истощённого медведя, которого в минуту буквально нашпиговали стрелами. Тут же воины принялись потрошить его и совсем скоро вытащили из его внутренностей что-то. Вид они при этом имели очень довольный. Явно находка была весьма ценной.

Литиэль чуть не вытошнило от этого жуткого зрелища. Она закрыла детям глаза руками, стараясь защитить их от окружающего кошмара.

Очень скоро они добрались, до самой настоящей крепости, стоявшей на высокой скале. Неведомые строители сложили стены из огромных гранитных камней отчего-то квадратной формы. Местами они выкрошились под действием ветра, дождя и мороза, но всё равно вид был вполне величественный.

Над главным зданием, высоко поднимавшимся над стенами, развевалось знамя заморских выродков. На чёрном фоне вышили серебряное древо и девять звёзд.

Их быстро провели внутрь крепости. Вместо стражника на воротах стоял самый настоящий плотоядец. Всё тело чудовища покрывали чёрные перья, лицо напоминало птичью голову с носом-клювом.

К удивлению Литиэль это носило одежду и, более того, держало в руках странную штуку с одной трубкой. Судя по виду воинов, это потрёпанное жизнью оружие, было предметом вожделения большинства здесь.

Внезапно плотоядец заговорил. Голос у него оказался странный каркающий. Он явно поприветствовал отряд и даже слегка поклонился Литиэль и детям, растянув свой рот в жутковатой улыбке.

Час о́т часу не легче! Смертельные враги спокойно сотрудничают между собой. Глиняные строят огромные города, используют врата чужаков, а плотоядец как ни в чём не бывало разговаривает с высокими элдьфи. Куда катится мир?

В крепости их провели в здание. Здесь Литиэль ждал новый шок. Их встретила падшая, которая долго и тщательно записывала всё о них в какую-то книгу и зачем-то принялась выдавать им постельные принадлежности, одежду, полотенца и прочее. А потом и вообще показала им комнату на четверых, где им предстояло жить.

Литиэль не успела отойти от всего, когда к ним заявилась ещё одна мерзкая полукровка. В её времена таким сразу разбивали головы. Хуже всего, что она обладала магией разума. Литиэль ничего не успела сделать, как та положила ей руки на виски…

Тварь пыталась залезть ей в голову, взломать память. Наверное, это именно она заставила гордые эльфийские племена жить в противоестественном сосуществовании. Литиэль сопротивлялась изо всех сил, но их, увы, хватило ненадолго, про́клятая земля была почти лишена истинной воды…

И вдруг мир изменился и стал понятен. В голову Литиэль стремительно вливались новая память, а вместе с ней несколько языков. Не просто слова — понятия. Теперь эльфийка знала, что её мир умер безвозвратно и теперь всё иначе.

— Ты почто, ирод, национальное достояние разбазариваешь⁈ — Ивана Георгиевича всего трясло. Я ещё в город войти не успел, как меня потребовали пред светлы очи пирата-ректора.

На столе у Громова лежали те самые зелёные листы, которые Эразм Карпович вчера снял с досок. Кстати, написанное на них мелом, теперь прямо-таки впечаталось в их структуру, словно краска впиталась.

— Какие они у вас интересные, — потянулся я к ним.

— А ну, руки убрал! — пират, принялся закрывать листы. — Мы гада этого лишь чудом поймали, если бы не ребята мои в порту…

Вот прямо, кто бы сомневался! Там, наверное, чёрный корабль стоит под алыми парусами и весёлым Роджером.

— А я-то тут причём, — яснее мне от слов Громова совсем не становилось.

— Ты вообще в своём уме? — пират-ректор постучал себя пальцем по лбу. — У этих задач до вчерашнего дня не было решений. Ладно бы это, такой теоремы даже никто ещё и не формулировал, мы проверили…