Пока я раздумывала над тем, какая нужна армия слуг, чтобы содержат все в таком порядке, экипаж начал въезжать в бесшумно отворившиеся ворота. Роза перекрестилась.

— Колдовство, — шептала она, пока мы ехали по идеальной подъездной дорожке к замку. — Вот помяните мое слово, госпожа Элора, живыми мы отсюда не выберемся.

— С Седриком Абертау мы хорошие друзья, — заметила я, соскакивая с подножки. — Так что не думаю, что ему придет в голову зажарить нас на обед.

Но Роза только головой качала и наотрез отказалась приближаться к замку.

— Тогда посиди там, — велела я ей, указывая на стоявшую в отдалении скамью. — Я скоро вернусь.

Сама же поспешила в замок. Входные высокие двери распахнулись передо мной также бесшумно, как и ворота. Осторожно я супила на черный мрамор огромного холла. Едва не присвистнула, оглянувшись: все тут поражало размахом и великолепием. Отсутствием денег отец Абельского явно не страдал, но не страдал он и отсутствием вкуса.

Черный плиточный пол, весь в мелких белых вкраплениях, ковры, белый потолок, украшенный светильниками как звездное небо, высокие окна за серыми дымчатыми шторами, мягкие пуфы из красного бархата, столы, бар, несколько ведущих вглубь дверей…

Никаких слуг.

Пока я раздумывала, где искать Сергея, послышались шаги. Быстрые, мужские. Не успела я испугаться скрой встречи с папашей-демоном, как из левой открытой двери вышел Сергей. Я облегченно вздохнула.

— Ленка! — он уставился на меня удивленный. — Что-то случилось? Я быстро обрисовала ему ситуацию. И изложила просьбу:

— Ты теперь знаешь магию, поэтому сможешь помочь сыну Аньки.

— Так может ему к доктору все-таки? — черные глаза нетерпеливо уставились на меня.

Абельский явно куда-то собирался. Выглядел франтовато, на все сто: черный костюм из шикарной ткани, начищенные ботинки, свежевыбрит, волосы уложены… Невольно я сравнила его вид с собственным и поняла: проигрываю по всем фронтам. Злость нахлынула на меня: как он может жить в сове удовольствие, когда в королевстве война, когда люди умирают, когда дети болеют…

— Нет, у него непонятная болезнь, — терпеливо ответила я. — Служанки наши не поймут в чем дело. Может, с помощью магии ты выяснишь?

— Так ты теперь в магию веришь? — чуть насмешливо поинтересовался Абельский.

— Поверишь тут, — огрызнулась я. — Когда черт-те как попадаешь в странный мир, живешь в замке, муж уезжает к драконам, тролли нападают на страну… Да уж, знаешь ли, верю.

Абельский расхохотался и приобнял меня за плечи. Отчего-то его близость не показалась мне противной. Наоборот: его руки согрели теплом, а присутствие рядом сильного мужского тела наполнило энергией. Люсьен никогда на меня так не действовал, даже рядом с Олегом ничего подобного не возникало.

— Ладно, уговорила, — Абельский отстранился и громко хлопнул в ладоши. — Поеду, посмотрю, что там с сыном нашего героя. Но ничего не обещаю…

— И еще кое-что.

— Что?

— После выздоровления Ашера отправь нас обратно в старый мир. Баланс будет соблюден: Олег умер, ты не хочешь возвращаться, остаемся я, Анька и наши дети. В общем, вчетвером пришли, вчетвером и уйдем.

Абельский посмотрел на меня как-то странно, мрачно что ли. Затем едва заметно кивнул.

Решив, что это и есть его положительный ответ, я уже хотела встать, но его последующие слова пригвоздили меня обратно.

— Только у меня есть одно условие.

— Какое? — я повернулась к нему лицом.

— Если мое лечение пойдет на пользу ребенку, ты со мной переспишь. Перед тем, как вернешься назад в старый мир. Ты же знаешь, я давно тебя хочу и... Он вдруг замолчал.

С трудом подавив желание залепить ему пощечину, я молча смотрела в непроницаемые черные глаза. Сама же думала: не слишком ли высоки ставки ради чужого малыша?

— Хорошо, я согласна, — чуть дрогнувшим голосом произнесла я, решив потом как-нибудь плавно съехать с темы.

На худой конец навру, что Люсьен вернулся и угрожает мне, поэтому вернуться в старый мир необходимо срочно. Не будет же Абельский рисковать жизнями ради своего плотского удовлетворения. Найдет с кем утешиться, акробаток в королевстве много!

Но едва я подумал о том, что он будет с другой девушкой, как внутри меня все начало переворачиваться. Так, что это за фигня? Он что, применил ко мне какое-то колдовство? Если дело так пойдет дальше, как бы мне самой не начать за ним бегать и говаривать провести ночку…

— Со мной поедешь? — подмигнул Сергей в сторону черной лакированной кареты, когда мы вышли наружу.

— Ну нет, — в свое оправдание я многозначительно скосила глаза на Розу, вяло лузгающую на скамье семечки. — Я под присмотром.

— Тогда ладно, — усмехнулся начинающий демон и полез в свой новехонький экипаж. — С такой грозной нянькой, пожалуй, мне не совладать.

Когда мы вернулись, нас встретила плачущая Серафина. Как оказалось, у малыша Ашера был новый приступ и сейчас он лежит, не шевелясь, почти окоченев. Услышав это, Абельский ни слова ни говоря, понесся наверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки.

Я хотела бежать следом, но была остановлена Серафиной.

— Это что…? — она смотрела на меня с упреком. — Это и есть твой доктор? Никого получше найти не могла? Говорила же, надо было самой за отцом ехать… Сейчас малыш точно умрет…

Не слушая ее причитания, я ринулась вслед за Сергеем. Он уже вовсю готовился колдовать. В Анькиной спальне были зажжены свечи, сама Анька сидела на краю кушетки, прижимая к себе подозрительно притихшего малыша. Когда я вошла, она подняла на меня мутный взгляд.

— Он ведь жив, Ленка, — голос ее дрогнул. — Он же живой, скажи! Я быстро подошла к ней поближе и развернула рубашку Ашера. С облегчением убедилась, что ребенок дышит, хоть и очень слаб. Красные пятна сменили цвет на синюшные, и я не знала, хороший это знак или нет.

— Ты была права, — возбужденный Сергей шагнул ко мне. — Малыш не болен… Это просто магический конфликт…

— Что? — Анька непонимающе переводила взгляд то на меня, то на Абельского.

Но тот ничего объяснять не собирался.

— Нет времени, — только и произнес он, беря из рук Аньки беспомощного малыша. — потом расскажу.

Прижавшись друг к другу мы с Анькой молча во все глаза следили за действиями Абельского. Тот положил ребенка в центр нарисованного им круга и принялся произносить над ним какие-то заклинания.

—… Вет канн ес аннатю…Эт труофл еэта синунир…Вер ер лифа …

Я сама впала в некое подобие полузабытья под его размеренный голос. Анька тоже. Я поняла это по тому, что она прислонилась ко мне, склонив мне на плечо голову.

Когда Сергей закончил, свечи дружно вспыхнули и погасли. В тот же момент Ашер издал пронзительный крик. Анька очнулась мигом и подбежав, схватила ребенка.

— Он кричит! — ополоумев от счастья, верещала она. — Он живой, Ленка, он здоровый...!

Вне себя от нахлынувших чувств, она нагнулась и поцеловала сидевшего без сил на полу Абельского в лоб. Затем мы вместе усадили нашего драгоценного эскулапа на кушетку.

В дверь забарабанили.

— Что там у вас? — кричала с той стороны Серафина. — Мы слышали, как орал ребенок.

Анька с Ашером на руках распахнула дверь. Сразу же внутрь вбежали служанки и Серафина, устроив настоящий переполох.

В это вечер у нас было два главных героя: успешно победивший неведомую дрянь Ашер и чудо-доктор лорд Седрик Абертау.

Тогда мы еще не знали, что его навыки целительства очень скоро пригодятся нам всем.

Спустя некоторое время служанки одна за другой стали слегать. Болезнь протекала у всех примерно одинаково: потом температура, кашель, затем слабость, отсутствие аппетита, полуобморочное состояние и постельный режим. Здоровые приходили в себя быстро, а вот со слабыми членами нашей женской команды приходилось сложнее.

Я переболела тоже. Отделалась легким испугом и тремя днями бесцельным валянием в постели. Не успела я прийти в себя, как слегла Анька, затем Серафина… Мне приходилось разрываться, ухаживая за Амарой и Ашером, потому что многие служанки тоже болели. Первой выздоровела Роза, затем Клара. Эти две чудо-женщины практически спасли мне жизнь потому что едва встали на ноги, как взяли львиную часть обязанностей на себя.