Мирта уже приближалась сзади к стоявшему на коленях троллю с явным намерением ударить и его. Но я сделал ей запрещающий жест рукой, так как было жалко этого недотепу. Мирта в замешательстве остановилась с занесенной для удара рукой.

Я оглядела конюшню.

— Несите вожжи, мы его свяжем.

Серафина бросилась к стойлам и спустя минут притащила целый ворох вожжей, уздечек из прочной кожи. И пока тролль стол на коленях, соображая, чем бы помочь напарнику, мы без труда связали ему за спиной руки. А потом и ноги – на этом этапе он начал брыкаться и вроде что-то уж понимать, но был поздно. Заткнув ему рот тряпкой, которой мыли лошадей, мы связали и первого. Затем закидали обеих троллей сеном. Вскоре посреди конюшни красовалась огромная куча сена и слегка шевелилась.

— Ух, — с ненавистью произнесла Мирта, глядя на кучу и все еще не выпуская из руки кирпич. — Так бы и дала по тупой башке! Зря вы, госпожа Элора, меня остановили.

Она вкратце рассказала, как ее нашли тролли, когда Мирта запрягала экипаж. И велели продолжать как ни в чем не бывало под угрозой расправы, сами же спрятались за карету.

— Вы езжайте отсюда, прямо сейчас, — слегка задыхаясь от волнения произнесла Мирта, подталкивая меня с Амарой на руках к карете. — Торопитесь!

— А ты? А Соня, где она, кстати? Я же просила тебя ее предупредить! — я обернулась, уже занеся одну ногу на подножку. — Вы что, с нами не поедете?

— Не нашла Соню и Клару, —замялась Мирта. — Не было их в комнате, небось в погребе опять порядок наводили, вроде там черную плесень намедни обнаружили…. А одних их тут бросить не могу, сами понимаете… Все шишки от троллей на бедняжек полетят.

Я сняла ногу с подножки и обернувшись, сунула в руки Серафине Амару.

— Держи ее, — произнесла я тихо. — И позаботься о моей дочке, если что.

После этих слов я почти затолкнула Сераифну в карету и закрыла дверь. Умоляющее лицо сестры моментально прилипло к стеклу с той стороны, она принялась колотить руками в окно.

— Мирта! — я забрала кирпич из рук женщины. — Правь экипажем! Увози их!

— А вы, госпожа Элора? — бледными от ужаса пересохшими губами спросила Мирта. — Как же вы…

— Быстро! —прервала я ее стенания. — Нет времени, уезжайте! А я позабочусь о Соне и Кларе, найду их, и вместе мы убежим.

Мирта неохотно кивнула и полезла на козлы.

— Тогда мы до госпожи Анабеллы двинем, — сообщила она. — Медоузы нас приютят.

Она уже занесла руку с вожжами, но я остановила ее:

— Нет, только не к Медоузам! — произнесла я твердо и громко. — Езжайте в замок Абертау. Там вас спасут!

Я так грозно посмотрела на Мирту, что спорить она не решилась. Спустя минуту Карета с легким дребезжанием покатила прочь. Последнее, что я увидела, было прилипшее к окну бледное лицо Серафины с маленьким свертком на руках.

Оставшись одна в конюшне, если не считать возившихся под сеном троллей, я огляделась. Надо было искать служанок, после чего бегом вместе с ними бежать из этого мордора. Грела мысль о том, что Амара в безопасности, а чтобы снова увидеться с дочкой, я была готова горы свернуть.

Быстро пошла по направлению выхода. Внутренняя дверь вела в служебные помещения, которые я знала, как свои пять пальцев. В спальне служанок не оказалось, оставалась надежда на то, что застану их в погребе. Чтобы попасть туда, необходимо было пересечь задний двор и войти в каменный сарай. Когда я бежала по двору заметила, что небо начинает проясняться. Скоро тролли поднимутся и пойдут искать своего предводителя. Ведь тупицы и шагу не могут ступить без указаний сверху.

Мне надо было найти служанок и убежать с ними до того, как проснется замок.

— Клара! — позвала я, склонившись над открытым люком погреба. — Соня! Вы здесь?

— Госпожа Элора? — не веря своим глазам в проеме показалась Клара. — Точно, вы… да как же так, голубка моя…

Заплакав, она принялась карабкаться по лестнице наверх. Все лицо и вся одежда служанки были в грязи - она была просто покрыта землей и глиной, как какой-нибудь шахтер.

Она бросилась на меня с объятиями, окропив слезами.

— Как же вы выбрались? — всхлипывала Клара, сжимая меня так сильно, что трещали ребра. — А мы вот… тут…

— Подкоп делаем! — весело закончила Соня, бодро выпрыгивая наружу.

Она была не чище Клары.

Смеясь, запинаясь, сбиваясь и начиная заново, служанки рассказали, как им пришла идея сделать подкоп в мою темницу. Когда Люсьен отправил их сюда вычищать черную плесень, они решили торчать здесь до последнего и вырыть лопатами лаз, чтобы спасти меня.

— Десять метров прорыли, — с гордостью завила Клара. — Почти до середины двора добрались.

— Мы торопились, — добавила Соня. — Ведь, говорят, на сегодня ваша… казнь была назначена.

— Ну как видите, я уже спаслась, — произнесла я торопливо и с благодарностью. — А сейчас нам надо бежать. Скоро встанут тролли и тогда…

Не успела я произнести эти слова, как в замке раздался колокольный звон. Набат. Громкий, резкий, тревожный.

— Что это? — похолодела я.

— Тревога, похоже, — ответила Клара. — Надо торопиться.

Не мешкая больше, мы выбрались из сарая. Почти рассвело.

— Не уйти теперь, — плаксиво пожаловалась Соня. — На виду даже в лесу будем. Как пить дать, поймают нас.

В окнах замка мелькали суматошные тени – тролли бегали по коридорам. Скоро заявятся в спальню Люсьена и не обнаружив главаря, примутся искать. И найдут – под кроватью. Если уже не нашли.

— Надо их отвлечь! — пришла мне в голову мысль.

— Как? — обе служанки уставились на меня, сверкая белкам глаз на фоне черных от грязи лиц.

— Подожжем замок! — решилась я.

Терять уже было нечего. Как ни жаль бывшего дома, но теперь вряд ли в нем я жить смогу.

Клара, соображавшая быстрее Сони, захлопала себя по бокам. В одном из карманов у нее забренчали спички.

— Есть! — завопила она, вытаскивая коробок. — Щас мы поджарим этих боровов как миленьких!

И схватив охапку сена в углу двора, она кинулась к замку, на ходу поджигая. Затем бросила пылающий ком на крыльцо. Я кинулась за ней. Схватила спички у нее из рук и принялась тоже поджигать сено, траву, стараясь закинуть их в окна – туда, где были деревянные рамы. Соня не отставала и вскоре нам удалось-таки поджечь одно из окон второго этажа. Подымив немного пламя разгорелось. Чад потянул наружу, внутри тролли забегали еще шустрее, начали раздаваться крики.

— Бежим! — крикнула я и схватила Клару за руку. — Скорей! Шустрой рысью мы двинулись к лесу. Позади оставался пылающий замок, Люсьен и тролли. Надеюсь, все отлично прокоптятся в этом огромном солярии.

Когда мы уже пересекали опушку, чтобы через минуту нырнуть в чащу, как со стороны замка зазвенели разбиваемые стекла и раздался истошный вопль:

— Вот они! Хватайте их! Похолодев, я узнала голос Люсьена. Он был жив. Более того, находился в своем уме и был в сознании. И даже мог смотреть в окно. Значит, ранен нетяжело. А значит – мне еще придется с ним столкнуться.

— Быстрей! — торопила я товарок. — Надо успеть добраться до замка Абертау!

Но уйти мы не успели.

Пробежав еще метров триста по пересеченной местности, Соня вконец запуталась в своих юбках. Я-то была в мужском костюме и могла запросто перепрыгивать коряги. Служанкам же в их длиннополых нарядах, сплошь улепленных тяжелой грязью, приходилось куда сложнее. И если Клара худо-бедно справлялась, почти не отставая от меня, то слабая Соня выдыхалась на глазах. А ведь позади уже слышались крики троллей, которые двигались куда быстрее нашего.

И вот наконец настал момент, когда Соня упала. Она запнулась за торчавшую из земли длинную ветку и издав истошный крик, рухнула навзничь. Со всех сторон к ней бросились тролли, привлеченные криком бедняжки.

— Бегите, госпожа! — быстро проговорила Клара. — Скрывайтесь, я отвлеку мерзавцев.