⚠️ ВНИМАНИЕ. СЦЕНЫ 18+

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ О СОДЕРЖАНИИ

Дорогой читатель,

Добро пожаловать обратно на ранчо «Путеводная звезда»!

Это не темный роман, однако в книге затрагиваются тяжелые темы. На этих страницах присутствуют суицидальные мысли, религиозная травма, детские браки, а также обсуждение индустрии забоя лошадей. Я постаралась подойти к этим темам с той заботой и вниманием, которых они заслуживают.

Пожалуйста, берегите себя. Если чтение подобных тем может причинить вам вред, отложите книгу и отойдите от нее. Ранчо «Путеводная звезда» будет ждать вас в любой момент, когда вы захотите вернуться.

С любовью,

Элизабет

Тебе не обязательно быть хорошей.

Тебе не обязательно ползти на коленях

сто миль по пустыне, каясь.

—Мэри Оливер

Зак

Painted Cat был из тех заведений, где мужчина мог по уши вляпаться в неприятности, если как следует к этому приложиться. А я как раз был настроен приложиться. Под кожей зудело беспокойство, натянутое, как струна, — то самое чувство, что поселилось во мне с того дня, когда я понял: привычная жизнь кончилась. Ослабляли его только выпивка и драки.

Вот почему я влез в чужую потасовку с кулаками наперевес. Я не слишком понимал, с чего все началось, да и заканчивать не спешил. Сомневаюсь, что хоть у кого-то в этом баре были основания считать себя правым — у меня в том числе, — так что бил я без особой осторожности и раздумий.

Бар расплылся в тумане боли, хрипов и криков. Мне доставалось чуть меньше, чем я раздавал, или это просто виски так сглаживал ощущения. Все шло неплохо, пока характерный лязг помпы дробовика не оборвал нас на полудвижении.

— Руки вверх! — заорала Джейни Белмонт со своего привычного места за стойкой. Одной рукой она держалась за ствол, другая была возле спускового крючка — но не на нем, я отметил. Крутая, но не сумасшедшая. — Задницы на стулья. Следующий, кто полезет с грубостями, получит лишнюю дырку где-нибудь на теле.

— Или женщина, — буркнул я сквозь полный крови рот. Кто-то приложил меня как следует. Не придумав, что с этим делать, я сплюнул кровь в сгиб фланелевой рубашки. — Ради равноправия и все такое.

Джейни наклонила голову, и рыжие волосы упали ей на плечо. Она прищурилась, глядя на меня.

— Не умничай, Зак, — сказала она. — Я сейчас позвоню твоему брату, и он вытащит твою задницу отсюда.

Я не стал уточнять, какому именно, потому что любой из моих старших братьев прекрасно справился бы с этой задачей.

— Я тут не вижу ни одной женщины, которая напрашивалась бы на неприятности. А ты?

Вопрос оказался неудачным, потому что в этот самый момент в окно заглянула светловолосая женщина. У меня защекотало на затылке, когда ее острый взгляд остановился на мне. Она резко вскинула подбородок, словно нашла именно того, кого искала.

Неприятности, одним словом.

Она вошла вместе с порывом ветра, распахнув дверь. Я почувствовал холод на щеках, но это было ничто по сравнению с холодом в ее голосе.

— Мистер Хейл, полагаю? — произнесла она так, будто отчитывала меня.

Мне это почему-то не понравилось.

— Нет, — сказал я. Я взял салфетку со стойки и промокнул кровь, сочащуюся из нижней губы.

Это выбило ее из колеи. Она моргнула за круглыми очками, глядя на меня с подозрением, как сова.

— Нет?

— Мистер Хейл — это мой отец, — уточнил я. — А я Зак. И ты это прекрасно знаешь, Ханна Белл, так что не надо тут ничего предполагать.

Еще десять месяцев назад я почти все время проводил в разъездах, выступал и соревновался на родео, но в Аспен-Спрингс, штат Колорадо, я бывал достаточно часто, чтобы несколько раз видеть городскую библиотекаршу. Не в библиотеке — туда я, можно сказать, не заходил никогда. В основном я встречал ее в городе. Иногда — на ранчо «Путеводная звезда», где моя семья занималась тренировкой и разведением квартерхорсов. Она была хорошей подругой моей невестки Эсси Прайс и моей будущей второй невестки, Джеймс Кампос, которая к тому же была главным тренером на ранчо.

Если подумать, я не мог вспомнить ни одного раза, когда нас официально представляли друг другу. Но я знал, кто она такая, и она, черт возьми, тоже знала, кто я. Все знали. Меня удивило, что она делает вид, будто мы незнакомы, но Ханна Белл вообще была немного странной.

На Ханну Белл я всегда смотрел дважды. В первый раз — чтобы убедиться, что она не для меня. Во второй — чтобы подтвердить это.

Женщин, к которым меня тянуло, можно было описать одним словом: легкие. Приятные глазу и не перегруженные мыслями. Не то чтобы они были глупыми — вовсе нет. Просто они понимали, что не стоит тратить сокровенные мечты на грубоватого наездника, который заезжает в город всего на уикенд родео. Честно говоря, они, наверное, разочаровались бы, если бы мне было нужно что-то, кроме секса. Для них я был отпуском. Фантазией.

Ханну я никогда не назвал бы легкой. Может, дело было в юбках до щиколотки, которые она всегда носила, или в мешковатых блузках и свитерах, скрывающих слишком многое. Может, в том, как она стягивала светлые волосы в тугой пучок, ясно давая понять, что дергать за них мужчине не стоит. А может, в том, что она никогда не смотрела на меня так, как я смотрел на нее.

Как бы то ни было, я инстинктивно знал — Ханна не для меня. И все же каждый раз, когда мы оказывались рядом, мне хотелось проверить эту истину заново.

Дважды.

— Итак, мистер Зак Хейл, я пытаюсь с вами связаться, — сухо сказала она. — Я оставила несколько сообщений.

Это заставило меня насторожиться. В месяц после аварии я получил сотни сообщений. Некоторые — от настоящих друзей и коллег. Некоторые — с говорящими именами, призванными освежить память: «Сиськи Молли», «Сиськи Эллисон» или «Сиськи Тоня».

Система работала хуже, чем я рассчитывал, потому что, как выяснилось, я считал, что все сиськи — хорошие.

Но подавляющее большинство сообщений приходило с безымянных девятизначных номеров, и, учитывая их содержание, я сильно сомневался, что сообщение Ханны было среди них.

Нахмурившись, я вытащил телефон из переднего кармана.

— Джеймс дала вам мой номер? Не припомню, чтобы видел сообщение от вас.

— Не на мобильный, — сказала она. — Я звонила на телефон ранчо.

Учитывая, что последним человеком, который сидел в офисе «Путеводной звезды» и отвечал на звонки, была моя мать — да пребудет с ней мир и силы поднять на небесах святой ад, — это стало для меня сюрпризом.

— У ранчо есть телефон?

— Он указан на сайте.

— У ранчо есть сайт? — теперь я просто издевался над ней. Без особой причины, кроме той, что мне хотелось. Прошло добрых десять месяцев с тех пор, как мне вообще хотелось хоть что-то делать с женщиной — не говоря уже о том, чтобы ее дразнить, — так что я решил не сдерживаться.

Она поджала губы.

— Я оставила вам несколько сообщений, — повторила она.

— А я не получил ни одного. Но могу выслушать все это за пивом. Как тебе такая идея? — предложил я.

Ее взгляд скользнул к моему рту, где я все еще прижимал салфетку, останавливая кровь. Она посмотрела на меня так, будто мысленно выдавала мне нелестные характеристики.

— Это разумно?

— Черта с два это разумно, — ответил я. — Painted Cat — не то место, куда ходят за мудростью, Ханна Белл. Зато у меня на лице открытая рана, оставленная человеком, в чистоплотности которого у меня есть основания сомневаться. Так что, может, заливать это алкоголем и не самая умная идея, но вдруг хоть микробов поубивает.

Каждый раз, когда я называл ее полным именем, ее щеки чуть розовели. Это вызывало у меня желание продолжать.