— Ну что ж, — протянул высокий, явно наслаждаясь произведённым эффектом, — мы, пожалуй, не будем больше мешать вашему семейному ужину. Но помни, Рон: время идёт. И наше терпение не бесконечно.

— Мы ещё заглянем к тебе, — пообещал хриплый. — В самое ближайшее время. Надеемся, что встретим здесь более радушный приём.

— И увидим более конкретные результаты твоих усилий, — закончил широкоплечий.

Они направились к выходу. Тяжёлые шаги гулко отдавались в тишине зала. У порога высокий обернулся:

— Ах да, чуть не забыл. Передай привет соседям. Пусть знают, что мы интересуемся не только твоими делами, но и тем, как относятся к тебе окружающие. Понимание — очень важная вещь, не находишь?

И с этими словами они исчезли в ночной темноте, оставив после себя лишь ощущение угрозы.

Рон захлопнул дверь и прислонился к ней спиной, тяжело дыша. Лира опустилась на стул, прикрыв лицо руками. Дин всё ещё стоял, сжимая кулаки, но теперь в его позе читалась не столько ярость, сколько бессильное отчаяние. А Ри… Кухарка просто сидела и смотрела на расплывающееся по скатерти пятно от пролитого эля, чувствуя, как внутри всё трясётся от страха.

Наконец все медленно выдохнули — почти одновременно, словно до этого момента боялись дышать полной грудью.

Гнетущее молчание окутало «Рыжий кабан», и лишь потрескивание поленьев в очаге напоминало о том, что жизнь продолжается, несмотря ни на что.

— Вукор, — позвала Ри. — Можешь за ними проследить?

Тот поднял голову, глазки блеснули решимостью.

— Могу. Они меня не заметят.

— Осторожно, — предупредил Дин. — Если что — сразу возвращайся.

Вукор кивнул и бесшумно выскользнул через щель между ставнями. Наполненный одновременно страхом и решимостью, он ещё не знал, что ему предстоит увидеть.

Вукор прижимался к стенам, нырял в сточные канавы, прятался за редкими кустами. Его маленькое сердечко колотилось, лапки дрожали от напряжения, а волчья мордочка ходила то вверх, то вниз, следя за тремя мрачными фигурами, удаляющимися по улице. Тёмные плащи мужчин развевались на ветру, словно крылья огромных хищных птиц, а их шаги гулко разносились по спящим улицам.

Вукор знал: если его обнаружат, пощады не будет. Эти люди не из тех, кто станет разговаривать с крошечным существом вроде него. Кинжалы на их поясах обещали быструю и жестокую расправу. Но вукор не мог отступить. От того, что он сейчас узнает, зависела судьба «Рыжего кабана» — его дома, друзей, милой Ри с её ласковыми руками и тёплой улыбкой.

Мужчины шли неторопливо, явно никого не опасаясь. Их приглушённые голоса доносились до чутких ушей вукора, и то, что он слышал, заставляло его крошечные коготки со злостью впиваться в шершавую поверхность камня.

— Жаль, что Элт запретил нам развлечься с женщинами, — гнусаво произнёс высокий. — Особенно с молодой кухаркой. Хороша собой.

— Да, жаль, — подхватил хриплый. — Я бы показал ей, как пихать колбаски. И куда.

Широкоплечий хихикнул:

— А жена трактирщика тоже ничего. Зрелая женщина, опытная. Явно знает, как угодить мужчине. Я таких сразу вижу. Орала бы подо мной на весь Велбрук!

Их мерзкий смех разнёсся по безмолвной улице, и вукор почувствовал, как внутри него закипает ярость. Тихое рычание вырвалось из его горла, но он тут же прикусил язык, заставляя себя молчать. Лапки сжались в кулачки. Как он хотел бы показать этим мерзавцам, на что способен разъярённый вукор! Но сейчас главным было не выдать себя.

Мужчины свернули на боковую улочку, ведущую к окраине города. Здесь дома стояли реже, между ними зияли пустыри, поросшие бурьяном и чертополохом. Воздух становился свежее, пах сыростью и прелыми листьями. Вукор осторожно двинулся за ними, прячась в тени заборов и кустов.

Луна сегодня играла в прятки, то освещая дорогу серебристым светом, то, скрывшись за облаками, погружая всё в непроглядную тьму. В такие мгновения вукор чувствовал себя увереннее — его тёмная шёрстка сливалась с ночным сумраком, делая преследователя почти невидимым. Но когда луна выплывала из-за облачной завесы, вукор застывал без движения, боясь, что малейшее движение выдаст его присутствие.

Троица добралась до старого квартала, где ветхие амбары громоздились друг за другом, словно сгорбленные старики. Здесь мужчины остановились. Они расположились у самого большого амбара, чьи стены потемнели от времени и покрылись зелёными пятнами мха. Окна строения были наглухо заколочены досками, а на массивных воротах висел огромный ржавый замок.

— Ну где же она? — проворчал коренастый, нервно поглядывая по сторонам. — Опаздывает.

— Тише, — прикрикнул на него высокий. — Придёт.

Вукор притаился за кучей старых мешков, сложенных у стены соседнего амбара. Отсюда он хорошо видел мужчин. Кто же эта женщина, которую они ждут? И что за дела у них с ней?

Минуты тянулись мучительно медленно. Троица переминалась с ноги на ногу, изредка перебрасываясь короткими фразами. Вукор напряжённо вглядывался в темноту, ожидая появления загадочной незнакомки.

И вот из-за угла дальнего амбара показалась женская фигура. Она шла медленно, крадучись, то и дело оглядываясь по сторонам. Даже на расстоянии было видно, что женщина нервничает: её движения были резкими, дёрганными.

Мужчины выпрямились, заметив её приближение. Широкоплечий сделал шаг вперёд. Женщина подошла ближе, но всё ещё держалась в тени. Вукор прищурился, пытаясь разглядеть её лицо, но облако как раз заслонило луну, и всё погрузилось в темноту.

Коренастый достал из-под плаща кожаный кошель. Монеты внутри тихо звякнули.

Женщина жадно схватила кошель и тут же спрятала его в складки своего поношенного платья. В этот момент луна вышла из-за облачной завесы, и её серебристый свет залил пустырь перед амбаром.

Вукор ахнул и едва не выдал себя. В лунном свете он ясно увидел лицо женщины — измождённое, с запавшими щеками и злобно сощуренными глазами. Всклокоченные волосы торчали во все стороны, а на губах играла нехорошая улыбка.

Сердце вукора ёкнуло. Значит, это она! Она продала трактир этим разбойникам.

Высокий мужчина что-то угрожающе произнёс и красноречиво провёл рукой по горлу.

Женщина поёжилась и кивнула. После чего развернулась и быстро зашагала прочь, скрывшись за углом амбара. Мужчины постояли ещё немного, что-то неразборчиво обсуждая, а потом тоже разошлись в разные стороны.

Вукор дождался, пока их шаги стихнут, и только тогда выбрался из укрытия. Его лапки тряслись, но теперь уже не от страха, а от ярости и отчаяния. Надо было срочно предупредить друзей!

Вукор бросился бежать, не разбирая дороги. Он перепрыгивал через лужи, обегал спящих собак, карабкался по заборам, лишь бы быстрее добраться до трактира.

В груди у него горело желание защитить дом, друзей. Нет, он не даст этим мерзавцам обидеть его семью! Пусть он маленький, пусть слабый, но в его сердце живёт сила, которая сильнее любого кинжала. Сила любви и преданности.

Вукор мчался через ночной Велбрук, и казалось, что сами звёзды освещают ему путь домой, к тем, кого он должен спасти.

ѺѺѺ

— Куда он провалился⁈ — воскликнул Рон. — Я уже…

Он не договорил, потому что сверху раздался грохот, словно кто-то уронил что-то массивное.

Все замерли, прислушиваясь. Потом послышался скрип ставен, шорох, приглушённое ругательство.

— Кто-то наверху, — прошептала Лира.

— В нашей комнате, — добавил трактирщик, хватаясь за кочергу.

Они кинулись к лестнице. Дин первым взбежал по ступенькам, за ним Рон с кочергой, потом женщины. Ри чувствовала, как сердце подпрыгивает под самое горло, а ноги подкашиваются, отказываясь нести хозяйку туда, где её может подстерегать опасность.

Дверь в комнату Рона и Лиры была распахнута настежь. В лунном свете, лившемся через открытые ставни, были видны следы разгрома. Массивный сундук, где трактирщик хранил самые ценные вещи, не просто вскрыли. Его содержимое валялось по всему полу. Книги учёта, деньги, украшения Лиры — всё было разбросано в беспорядке.