Ярослав встал и пошёл к двери, открыв её, позвал Веронику.

— Помоги Екатерине Фёдоровне собрать вещи, и сама соберись. Вы переезжаете к нам в поместье.

Такого поворота я не ожидала, но противиться, естественно, не буду.

Пока я, пребывая в шоке и одновременно в радости, собирала вещи, жених пошёл беседовать с Егором Вячеславовичем, который останется за хозяина. Очень надеялась, что Александр не разнесёт здесь всё, когда увидит, что его предполагаемая узница убежала.

Пока грузили вещи в экипаж, Ярослав объяснил мне, что поручил управляющему не вступать в конфликт с новым владельцем и выяснить, действительно ли он владелец. Может статься так, что он просто хотел толкнуть меня к благосклонности. Задним умом я поняла, что, да, нужно было потребовать от него документов на собственность. По сути, слишком быстро произошла продажа имущества. Но если отец был согласен на условия, то вполне мог и успеть продать. Нужно было разобраться, а не впадать в панику.

Хотя моя истерика помогла Ярославу разобраться с даром Разума. Так что нет худа без добра.

Я со страхом ехала в родовое имение князей Вельских. А вот Ярослав был на подъёме, вон как Зевс под ним гарцует, показывая настроение хозяина. Я забрала с собой не только личные вещи, но и Луну, которая послушно бежала за экипажем.

Что будет дальше? Хмыкнула, поняв одну вещь: Александр в очередной раз стимулировал лавину событий, очень надеюсь, что последнюю. При следующей встрече я ему точно почищу мозги, и, надеюсь, в порыве не увлекусь.

А сейчас я не могла скрыть радости. То, что Вельские оспорят продажу, я не сомневалась. Где Александр и где команда князей с Губернским прокурором, да они его раздавят, и он ещё должен останется, — злорадно улыбнулась. — Но в данный момент важнее, чтобы будущие родственники приняли незваных гостей.

Показалось поместье, и я начала волноваться. Экипаж замедлился по приказу Ярослава, а сам он припустил оповестить родителей, которые давно за хозяев в родовом имении, в отсутствие губернатора.

Мы не остановились, продолжая двигаться очень медленно, просто давали время на короткий разговор. Экипаж ещё не подъехал к дому, а Ярик уже нёсся обратно.

Зевс заплясал, когда он поравнялся с нами, а сам мой князь широко улыбался. Хотя я сомневалась, что меня отправят обратно, в любом случае я осталась гостить. Но судя по реакции жениха, всё намного лучше.

Мы подъехали к лестнице. Подбежавший лакей открыл дверцу повозки.

Княжеская чета уже вышла встречать, как и Владимир, который стоял чуть в стороне. Как ни странно, он не был рад моему визиту, судя по лицу.

Ярослав помог мне выйти из экипажа и повёл к родителям. Анастасия Георгиевна была чуть напряжена, ей не нравилось развитие событий. Я тоже не стала улыбаться, нацепив маску озабоченности. А вот Дмитрий Алексеевич, напротив, был в приподнятом настроении.

— Добро пожаловать домой, Екатерина Фёдоровна, — огорошил он меня. Домой! Надо же! Даже у княгини лицо вытянулось от такого заявления, не говоря о Владимире.

Наследник был явно возмущён, и ему было что сказать. Но Ярик перетянул на себя внимание, направившись к нему.

— Братец, ты хотел доказательства владения даром Разума? Получи…

В глазах Владимира только на секунду мелькнуло удивление, потом лицо исказилось от боли и он, схватившись за висок, едва слышно застонал, скорее от неожиданности. Но взгляд был прикован ко мне.

— Ярослав, прекрати! — княгиня не на шутку испугалась.

— Довольно, — Дмитрий Алексеевич смотрел не на сына, а на жену.

— Простите, — Ярик вроде повинился, но голос был нейтральный.

Когда боль отпустила Владимира, он отвёл глаза. Повисла тишина. Потом он поднял на меня глаза и улыбнулся. И под продолжающееся молчание развернулся и пошёл в дом.

— Ярослав, такое поведение недопустимо! — Анастасия Георгиевна была не в себе от возмущения. — О чём ты думал?

Она ругала, а отец веселился, судя по взгляду, как и мой жених. Ух и проказник мне достался!

— Ну что же мы стоим? Пройдёмте, баронесса, нам есть о чём поговорить, — Дмитрий Алексеевич, пребывая в превосходном настроении, пригласил нас с Вероникой в дом.

Мою компаньонку с двумя служанками отправили смотреть комнаты, а меня позвали на приватную беседу. Ярослав, конечно же, был недоволен, что его не пригласили, но кто его спрашивает, он и так много себе позволил и сошло с рук. А действительно ли позволил? Или Дмитрий Алексеевич ждал момента, чтобы забрать меня?

Мы прошли в малую гостиную, то, что не кабинет уже хорошо, не хотелось мне сейчас сидеть как на допросе.

Мне предложили присесть на диван. Когда рядом присела Анастасия Георгиевна, я не смогла скрыть радость, всё-таки поддержка мне сейчас нужна. Князь сел на кресло со стороны жены.

— Короткий разговор с Ярославом не дал никакой ясности событиям. Мы, конечно, не можем не осудить столь поспешных действий, — Дмитрий Алексеевич сказал это в угоду княгине, потому что бросил взгляд на неё. Она заметила это и только губы сжала, — но всё же решение было верным. Мне не хочется делать вам больно, но мне нужно знать, кто такой этот граф Руднев и почему ваш отец дал согласие на брак, не поставив вас в известность?

И опять я пересказываю свою историю…

Ну что ж, княжеская чета была в тихом шоке. Иногда мне казалось, что они воспринимают высшее общество излишне рафинированным, но сдаётся, что они просто выстраивают границу между их жизнью и странными отношениями в нижних слоях аристократии. Будь я баронесса — Управитель, разговор бы носил другую окраску.

Сейчас же я волей судьбы нахожусь на их стороне стены и думать о возможном будущем не буду.

— Лев Яковлевич приезжает сегодня ближе к ночи и завтра утром прибудет сюда. Продажу имения мы оспорим. Вы сами говорили, что ваш отец судился с бывшим управляющим, а его недавно убили. Даже в этом случае можно запросить проверку сделки. Думаю, и другие эпизоды найдём.

— Спасибо, Дмитрий Алексеевич. Я душу вложила в эту землю… — я опять не сдержалась и заплакала.

Я верила в то, что Вельские на пару с графом Гудовичем имеют власть, но форс-мажоры никто не отменял и, может, получится так, что я покинула своё поместье навсегда. Что будет с моими посадками и животными даже думать не хотелось. Возможно, придётся судиться, ведь это работа моего дара, значит, принадлежит мне.

Зачем я вообще об этом думаю? Пусть сильные мужчины решают мои проблемы! Я уж точно не могу повлиять на это дело.

Разговор окончился, к нам присоединился Ярослав, принесли чай. Мой князь расслабился и не скрывал радости от моего присутствия.

Всё оставшееся время перед ужином я провела в своих апартаментах. Вероника была рядом, очень грустная, не хотела смотреть на меня. Я понимала причину, но пока ничем не могла помочь. Мы только покинули дом, а она уже тоскует по Егору Вячеславовичу. Разговор не буду затевать, это вызовет излишнее возбуждение с её стороны, будет ходить с маской довольства жизнью, но проблемы не решит.

Очень странно было смотреть за рассадкой семьи во время ужина. Место хозяина пустое, как и его супруги. Никого это не смущало. Почему я сделала акцент на этом? А потому что присутствующие тоже уделили внимание отсутствующему Губернатору.

Я старалась в открытую не следить, но это невозможно было не заметить.

Начнём с Владимира. После позорной экзекуции брата он должен быть зол и хоть немного загружен мыслями. Он же, напротив, пребывал в прекрасном расположении духа. Улыбался своим мыслям и поглядывал на кресло отца. Я бы могла заподозрить нездоровое веселье на гране с истерикой, но, пустив к нему энергию Разума, пощупала поле. Наследник был более чем спокоен, умиротворён, можно сказать.

Я заподозрила Ярослава в применении дара, но не видела мотиваций, да он вообще не смотрел на брата. Если вначале я думала, что у них хорошие отношения, то теперь они были похожи на врагов.