— Великолепны! — Сергей Алексеевич подошёл вначале к Ладушке. — Цвет… именно такой я и хочу, а сапожки… лоб прямой, грива шёлковая. Вы даже волнистость убрали. Великолепно!
И тут его взгляд упал на Луну. Я понимала, куда он смотрит. Спереди не было видно окраску. Изначально она была серая в яблоках, сейчас эти пятна превратились в ажурный мраморный узор. Создавалось впечатление, что поработали красками через трафарет. Я добавила белого, чтобы красиво сочеталось с гривой и хвостом.
— Зима, — протянул коннозаводчик.
Я согласно кивнула, действительно как морозный узор.
— Её зовут Луна.
— Да, настоящее светило, звезда. Я знаю, что это за порода, изначально какая была… — мужчина задумался.
Создалось впечатление, что он готов бежать куда-то, даже телом склонился в сторону своего экипажа. И подозреваю куда. Он хочет таких лошадей. А я вот до конца не уверена, что все признаки, которые я вложила во взрослом состоянии, передадутся потомству.
В задумчивости провела рукой по животу своей коняшки и ухмыльнулась — она беременна! И даже знаю от кого. Ах, Зевс, проказник! Конечно, я не расстроилась, всё логично. Что им ещё делать, когда хозяева занимаются своими делами?
Сегодня обрадую хозяина. А позже поработаю над породой, чтобы точно родились красавчиками.
— Так что изменяем? — вернула коннозаводчика из дум.
— Ах да…
Глядя на Ладушку, он попросил сделать то же самое, но…
— Морду чуть выпуклую, как клюв. Видел такую породу — хищная красота.
— А вы любите тигров? — задала вопрос, чем ввела в ступор заказчика. — Как вы относитесь к небольшой корректировке окраски? Вот, допустим, пустить по шее тёмные полосы, как разводы на текстуре дерева. Создадим благородный рисунок, чтобы точно ни с какой породой не спутали, — показывала я на Ладушке, водя пальцем, где будут полоски.
Сергей Алексеевич задумался, стал рассматривать лошадь, потом улыбнулся.
— Только на шее, чтобы на зебру не были похожи.
Обговорили остальные нюансы, и я приступила. Повисла мёртвая тишина. Животные замерли и находились в подобие дрёмы, буквально все, а люди просто молча следили за мной. Только вездесущие насекомые продолжали играть свою многоголосую музыку.
Мне бы и болтовня не мешала, потому что я научилась отгораживаться от окружения. Собирая все признаки в кучу, я направляла их в мозг животного. Я без понятия, как это работает после, но мне так было проще представлять. Положив руку на лоб жеребёнка, я как бы передавала пакет с информацией, стараясь нанизывать от основного этапа, а именно скелета, до экстерьера.
Поглядывая на Ладушку, я вспоминала, что с ней делала: добавила немного элегантности, вернее аристократизма, а заключалось это в оттачивании формы, от копыт до длины шеи. Она даже двигаться стала по-другому, плавнее, что ли.
В завершение шла окраска: чёрные сапожки градиентом сливались с основной расцветкой, добавила небольшие полоски у копыт. Чёрная грива, хвост, глаза чёрные с синевой…
Закончив с первым жеребёнком, перешла к следующему. Сам процесс пошёл быстрее, потому что «пакет информации», был готов.
Вместе с болтовнёй на работу ушло меньше двух часов, которые стоили коннозаводчику две тысячи рублей. Это квартальный доход моего имения по доходам прошлых лет. Неплохо так-то, а главное, со слов Льва Яковлевича — это законно заработанные мной деньги, и папаша не сможет на них претендовать.
И если бы мне судьба не уготовила встречу с Ярославом, я бы смогла сколотить состояние. А сейчас буду делать это в своё удовольствие.
Господин Мирный расплатился без вопросов.
— Ваша милость… Екатерина Фёдоровна, — он посмотрел на меня умоляюще. — Могу я наедаться ещё на одну услугу? Не согласитесь ли поработать ещё с четвёркой лошадей? — он такими глазами посмотрел на Луну, что не каждый мужчина так на любимую женщину смотрит.
— У вас неделя, дольше ничего гарантировать не могу. Обстоятельства могут быть непреодолимыми, — не знаю почему, но в голове появился такой временной промежуток. Видно, он связан с отъездом графа, ведь где-то через неделю он встретится с императором, может, чуть раньше. И когда всё закрутиться, мне будет не до лошадок. Да и княжеская семья может воспротивиться моей деятельности.
«Где это видано, чтобы княгиня со скотом возилась!» — представила лицо Анастасии Георгиевны. Хотя нужно ей показать, как я работаю, возможно, изменит своё мнение.
— Я постараюсь уложиться! — коннозаводчик задумался, посмотрел на свою ладонь, видно было, что он что-то считает на пальцах. — Спасибо, ваше сиятельство, — он поклонился и поспешил к экипажу.
Я же спохватилась и пробудила лошадок, мягко, чтобы не было видно резкого перехода в активное состояние.
Караван тронулся, а я осталась одна. Да, сзади по-прежнему стояли домочадцы, но они молчали, а передо мной был прекрасный пейзаж. Захотелось проехаться. Даже не представляю, что будет, если меня всего этого лишат.
Подошла к Луне, она подняла ногу, которую я тут же использовала как подножку. Пусть смотрят, что я умею, надоело уже скрываться. Сев на спину животного без седла, я взяла поводья у Прохора. Он даже не думал мне перечить.
Через минуту послышался стук копыт за спиной, управляющий сел на Ладушку и последовал за мной. Почему-то была уверена, что он приставлен по большей степени надсмотрщиком.
Он пристроился рядом и ехал молча. Без седла особо не разгонишься, поэтому я не стала подгонять лошадь.
Когда усадьба скрылась из вида, решила похулиганить и остановила Ладушку, она встала как вкопанная, а я поехала дальше.
— Екатерина Фёдоровна, не стоит этого делать. Демонстрация силы здесь ни к чему, я знаю своё место.
Я повернулась вместе с лошадью.
— В каком вы звании? — улыбнулась. Я давно догадалась, что он никакой не помощник, а офицер. Не удивилась бы и магу Разума, но, как оказалось, они нереально редкие.
— Коллежский асессор, — ухмыльнулся Егор Вячеславович. Я не разбираюсь в местных званиях, но звучит солидно. — Как вы догадались?
— Я хорошо разбираюсь в людях и знаю Льва Яковлевича. Он не прислал бы обычного управленца. Да и непохожи вы на помощника управляющего. От вас фонит властью, — я отпустила лошадь. — Вы маг?
— Да. Маг Земли.
— Чем занимаетесь во время службы? Только не говорите, что бухгалтер, — я хмыкнула.
— Надзор за соблюдением законоположений о финансовой отчётности по подведомственным учреждениям. Так что вы угадали, Екатерина Фёдоровна, я бухгалтер.
Я засмеялась.
— И как же теперь они без вас, беспризорники? — продолжала веселиться. Меня почему-то всё начало бесить. То, что ко мне приставили конвой, было последней каплей.
— Я в отпуске, сколько понадобиться, баронесса, — мужчина склонил голову.
— Вы знаете, что я маг Разума?
— Да.
— Насколько знаете? — вопрос был не корректный, но вполне отражал суть.
— Вы легко можете меня убить, — сказано было спокойно и с тенью улыбки.
— И вы всё равно считаете, что мне нужны няньки? А-а! Вас приставили, чтобы защищать окружающих от меня! — утвердила я.
— Нет, вы ошибаетесь.
— Вы просто выполняете приказ. Значит, выполнять обязанности управляющего вы не будете?
— Почему же? Я хорошо разбираюсь в этой сфере, тем более у вас очень талантливая помощница, — мужчина улыбнулся.
— В артели, что прибыла от князя, есть ваши люди?
— Да.
Обложили демоны, — как выражался мой папа из прошлой жизни. — Что это меняет? Да ничего, я и так подозревала обо всём, а теперь знаю.
— После обеда я поеду в Петровск. Вы нас будете сопровождать или Прохора достаточно?
— Буду.
— Вы всегда так немногословны? Нет, скучны, — я уже ехидничала, захотелось вывести этого человека.
— К сожалению, да. Жизнь отучила от излишней болтливости.
— А если прикажу? Вы собрались быть моей тенью в ближайшее время, придётся меня развлекать, нас с Вероникой.
— Я буду стараться, — неожиданно Егор Вячеславович широко улыбнулся. — И заранее прошу прощение за нелепости, которые я могу ляпнуть.
