По двору тоже прошла не замеченной. А вот калитка скрипнула, тихо, но в тишине любой звук увеличивал громкость. Пока никто не пришёл, поторопилась проскользнуть в приоткрытую калитку.

Ярик стоял, облокотившись на столб, запрокинул голову и смотрел в небо — мой романтик. В этом мы схожи, я тоже люблю смотреть на звёздное небо.

Он был без Зевса, видно оставил где-то в сторонке, в темноте не было видно, но я пустила дар и увидела коня в саду, метрах в пятидесяти от нас.

Парень прижал меня к себе и какое-то время не отпускал, а я наслаждалась, слушая стук его сердца. Было так хорошо, что я закрыла глаза.

Наконец-то он отстранился от меня. Ночь была хоть глаз выколи, но я легко угадывала каждую чёрточку на лице любимого. Немного помолчали и начали тихий разговор.

Лев Яковлевич не приезжал сегодня в княжеское поместье, это и понятно не до этого ему сегодня — я опять подкинула ему срочных дел. Завтра, скорее всего, он уезжает в Москву, и это меня беспокоило. Не хотелось, чтобы дело с нападением вёл кто-то без контроля графа. Удивительно, но после того как Губернский прокурор поддержал нас, Ярослав изменил о нём мнение. Не полностью, но уже не так категорично относился к нему и главное, с доверием.

Жених подробно рассказал, как разбирались с трупами. По легенде убитых нашёл Ярик. То, что он князь, сняло большинство вопросов, тем более он с моими деревенскими постарались замести следы. Конечно, полицию удивило большое количество отпечатков лап, но даже намёка не было, что хищниками кто-то управлял.

Двое из убитых были беглые каторжники, метки на руках звери не тронули. Как и у того первого трупа, — добавила я про себя.

Ещё одного опознали — рецидивист, давно в розыске. На лопатке у него была наколка, шла как особая примета. К четвёртому тоже не было вопросов, раз с бандитами, значит, шайка. Что они делали на моих угодиях теперь никто не узнает.

Хорошо, что честные люди не пострадали, — слышались и такие мнения от присутствующих.

Закопали их в лесу, потому что опасно перевозить, вдруг бешенство у напавших животных. Так что у нас под боком теперь общая могила для бандитов. Вот захочешь забыть этот день, а не получится.

Опять у нас с Ярославом не свидание, а разбор очередного дела. Что за жизнь⁈

Договорились завтра встретиться в это же время и разошлись.

Граф Гудович приехал рано утром. Лицо осунулось, под глазами чернота.

— Не бережёте вы себя, Лев Яковлевич, — постаралась вложить в голос как можно больше участия. — Вы опять работали всю ночь?

— В поезде отосплюсь, баронесса, путь долгий, — граф вымучено улыбнулся. — Ваша гипотеза оказалась верна. Заказчиком действительно был ваш бывший управляющий. Почему был? Потому что кто-то сегодня ночью спалил его дом вместе с ним и домочадцами. Жена чудом спаслась, гостила у сестры. Причастных ищут. Странное дело получается. Пойманные вами бандиты рассказали, что это был не первый заказ на вас. До этого взялась за дело пара беглых. Сумму Семён Маркович предложил незначительную, поэтому никого не заинтересовало дело. Тогда списали, что бродяги просто взяли аванс и ушли. Так часто бывает, особенно с залётными. Возможно, одного как раз из них нашли возле Лукьяновки больше месяца назад. Вы ничего не хотите рассказать, Екатерина Фёдоровна?

— Да, было нападение. Напали недалеко от родника. Также призвала защитников, но тогда это были птицы и насекомые… — сказала, не зная о последствиях откровения.

— Почему вы молчали? Простите, баронесса, но это наплевательское отношение к вашей безопасности! Вы могли пострадать! Можно было принять меры! — Лев Яковлевич чуть ли не кричал на меня. А я понимала, что мне в очередной раз всё сойдёт с рук, поэтому сидела, потупив глаза, а самой хотелось улыбнуться. — Поймите, я не всесилен, и не могу уберечь вас от всего! Может, я ещё что-то должен знать?

Задумалась. Стоит ли рассказывать ему об Александре? По сути, он мне не угрожал физически, да и, скорее всего, не вернётся.

— Я думаю, в этом деле замешан Васька, помощник амбарщика. Он, скорее всего, за мной следил.

— Хорошо. Ещё есть зацепки?

— С Семёном много кто повязан в деревне, но вряд ли они соучастники, — мне не хотелось верить в причастность кого-либо.

— Выясним. Воздержитесь от поездок без сопровождения, даже в Петровск. Екатерина Фёдоровна, поймите, если с вами что-либо случится, то всё рухнет в одночасье. Да, вы дороги мне, как дочь, но я за Империю болею. Берегите себя! Ой, как не вовремя мне нужно уезжать… — Лев Яковлевич тяжело вздохнул. — Я бы вас к Вельским отправил, но боюсь огласки. Рано ещё…

Ох, и мутит он что-то!

Граф уехал, я видела он торопится. Но перед этим всё же забежал к новому управляющему. Был в комнате пару минут. Потом откланялся и поспешил к экипажу. Пообещав вернуться как можно быстрее.

После упоминания Петровска, захотелось туда поехать. Нет, не посмотреть на сгоревший дом Семёна Марковича, я не пляшу на костях.

Скорее всего, его свои же бандиты и спалили, обчистив перед этим. Собаке, собачья смерть! Но такой участи я ему не желала.

Странное дело, но после страшного известия, мне стало легче. С этой стороны угрозы уже не последует. Но может возникнуть угроза напрямую от бандитов. Вот интересно, насколько они тупые, чтобы полезть туда, где уже минимум шесть трупов. Хотя официально пять и три пропавших без вести. Но не суть…

Ладно, не буду думать об этом. Мне же нужно просто чем-то заполнять время, чтобы меньше думалось о плохом. А для этого отлично подойдёт поездка в Петровск, может, даже по магазинам пройдусь, побуду обычной барышней, а не барыней — матушкой — друидкой и невольной убийцей.

С утра не получится ехать, так как может пожаловать коннозаводчик. А по закону жанра, он обязательно приедет, когда меня не будет дома. Я назначила на утро, поэтому жду и со спокойной душой после обеда уеду в город.

Господин Мирный, со своими управляющим приехали в десятом часу. Об этом мне доложил Гришка, но я и без его слов слышала шум со двора, окна же открыты.

За воротами меня ждал настоящий караван из повозок, который возглавлял экипаж коннозаводчика. Каждого жеребёнка привезли в отдельной повозке. Вместо телеги была платформа с решётчатыми бортиками, напоминающая фургон.

Когда я вышла, меня встретил улыбающийся Сергей Алексеевич Мирный, глаза горели возбуждением.

— Утро доброе, баронесса! — он поклонился, тоже сделали и все присутствующие.

— Доброе утро, уважаемый! — я склонила приветственно голову.

Обсуждение дальнейших действий заняло несколько минут, решили не выгонять животных из загонов. Ехали больше двух часов, и жеребята были сильно напуганы, поэтому я их успокоила. Могла бы пошаманить на расстоянии, но не стала это делать, нечего народ пугать своими возможностями. Поэтому прошлась по всем фургонам.

Остановившись у последнего, повернулась к хозяину.

— Что вы хотите заложить в породу?

— Что хочу? — задумался коннозаводчик. — Вот буквально пожелания, без ограничений? — немного сомнения в голосе.

— Ограничения, конечно, есть. Крылья не могу вырастить, — я улыбнулась. — и карликовых не получится, а вот увеличить могу. Если вам нужны на мясо, то могу ускорить рост и мышечную массу.

— Нет, это верховые лошади. Порода пользуется спросом. Но хочется свою, чтобы с моим именем ассоциировалась. Все мы в какой-то степени честолюбивы, и я хочу прославить свой род. Годами пытаюсь сделать что-то особенное, но сами понимаете, насколько процесс медленный.

— Понимаю, — ответила я. — Но давайте вернёмся к тому, как вы видите свою мечту.

Жеребята были милыми, и я даже видела, какими они будут, вернее, знала, моя Ладушка этой породы. Я её немного изменила. Цвет шерсти стал ближе к шоколадному, грива и хвост чёрные…

— Прохор, выведи моих красавиц, — обратилась к конюху. Он вышел поглазеть, как и новый управляющий.

Ждать пришлось недолго, ворота открылись минут через десять, явив моих лошадок, которые вместе смотрелись как день и ночь.