Он оглянулся.

У мотоцикла, в трёх шагах, стоял Равиль и копался в карбюраторе, с таким невинным видом, какого у Равиля не бывало никогда.

— Равиль, — сказал Колька.

— А?

— Это что?

Равиль поднял голову. Посмотрел на чурбаки. На Кольку. Улыбнулся. Во весь рот, как всегда.

— Техника безопасности, — сказал он.

Колька смотрел на чурбаки. На белую кору. На снег.

— Чего? — спросил он.

— Ничего, — сказал Равиль. И пошёл заводить мотоцикл.

Колька постоял. Потом нагнулся, взял чурбаки, оба, и положил в кузов Захара. К тросу. К шноркелю. К домкрату.

Шофёру без запаса нельзя.

Он залил масло. Залил кипяток. Сунул под картер раскалённое ведро. Поставил рядом ведро со снегом. Крутанул ручку. Большой палец вдоль.

Захар схватил с первого раза.

Рота вытягивалась на дорогу. Фрицы, ЗИСы, полуторки. Мотоциклы треском по обочине. Впереди, головной, как всегда, стоял Колька. Бельский махнул ему рукой из кабины второй машины. Лукич сидел рядом с Бельским и что-то говорил ему, загибая пальцы. Васька в Фрице третьем высунулся в окно и заорал на всю колонну:

— Батя! Давай! Не спи!

На выезде из города, на перекрёстке, у костра, стояла маленькая фигурка в полушубке. С флажками.

Колька увидел флажок издали. Жёлтый. Поднят над головой.

Выше, чем положено.

Он включил первую.

Конец первого тома.

Том 2: https://author.today/reader/664305