— Похоже, мы нашли причину их удивительной дисциплины, — произнёс я.

Мирослав нахмурился.

— Думаете, он управляет остальными?

— Думаю, стоит это проверить.

Словно подтверждая мои подозрения, огромная тварь издала короткий гортанный звук, и вся опушка одновременно пришла в движение.

— Идут! — крикнул Виктор снизу.

Новая атака началась сразу с нескольких направлений. Волки устремились к повреждённой части частокола, крупные кабаны пошли на ворота, а гиеноподобные мутанты с костяными гребнями начали огибать ров, пытаясь нащупать более слабые места.

На стенах загудели тетивы. Я продолжал смотреть только на гиганта.

— Лука! — крикнул я. — Попробуй достать большого!

Кузнец уже разворачивал тяжёлый арбалет.

— Есть, ваше сиятельство!

Раздался глухой удар. Тяжёлый болт пролетел над полем и врезался гиганту в бок. Костяная пластина дёрнулась, но наконечник с металлическим визгом ушёл в сторону.

Почти сразу выстрелил второй расчёт. Этот болт попал возле плеча, где между щитками оставался небольшой промежуток. Наконечник вошёл в плоть, однако неглубоко. Белёсые волокна вокруг раны тут же пришли в движение, затягивая повреждение прямо у нас на глазах.

— Вот же мерзость… — выругался Лука.

Я прищурился. Второе попадание действительно ранило чудовище, но рана исчезала слишком быстро. «Чуткий ветер» тоже начал замечать странность — от исполина во все стороны шли слабые ритмичные колебания воздуха, совпадавшие с пульсацией его мицелиальных отростков. Каждый раз после такой волны заражённые вокруг меняли поведение почти одновременно.

Система отозвалась сама:

[Зафиксирован периодический энергетический обмен между крупным организмом и окружающими мицелиальными структурами.

Направление обмена: двустороннее.

Функциональное назначение: не определяется.]

Этого вполне хватало. Что бы там ни передавалось по этим связям, гигант явно не просто стоял среди стаи, он был её центром.

Я посмотрел на левый участок обороны. Там звери уже снова наваливались на стену. Мы могли отражать волну за волной, но людей у меня значительно меньше, чем тварей в лесу. Рано или поздно кто-нибудь ошибётся.

— Виктор! — позвал я.

Десятник поднялся ко мне с нижнего помоста.

— Слушаю, ваше сиятельство.

— Принимай командование всей стеной. Я попробую добраться до большого.

Виктор несколько мгновений молча смотрел на меня, после чего медленно перевёл взгляд на чудовище.

— Если позволите сказать прямо, ваше сиятельство, это крайне скверная затея.

— Позволяю, — бросил я, не сводя глаз с гиганта.

— Тогда добавлю: настолько скверная, что я и близко не хочу отпускать вас туда одного.

— А один я и не пойду.

Рядом появился Анатолий. Рыжий десятник был перепачкан чёрной кровью и копотью, однако выглядел так, будто именно сейчас окончательно проснулся.

— Ваше сиятельство, я всё слышал, — сообщил он, перехватывая копьё. — Даже не пытайтесь оставить меня на стене.

— Никто и не собирался, ты-то как раз пойдёшь со мной.

Мирослав спустился к нам и перегородил дорогу посохом.

— Прежде чем вы все дружно полезете под лапы этой твари, ваше сиятельство, хотелось бы услышать хоть какое-нибудь объяснение.

Я указал на гиганта.

— Его отростки пульсируют в одном ритме с действиями заражённых. Кроме того, он получает через Мицелий энергию и почти сразу затягивает раны. Если нарушить эту связь, возможно, остальные снова превратятся в обычное стадо.

— А если нет?

— Тогда мы быстро вернёмся за стены.

Мирослав посмотрел на поле, потом на меня.

— Вы сами понимаете, что слово «быстро» здесь несколько чрезмерно оптимистично?

— Понимаю.

Старик тяжело вздохнул.

— Тогда я хотя бы постараюсь удержать тварей возле ворот, чтобы вам было куда отступать. Но далеко за вами не пойду, ваше сиятельство: если здесь рухнет оборона, назад возвращаться будет уже некуда.

— Именно поэтому вы остаётесь здесь.

Мы быстро собрали небольшой отряд: Анатолий, трое опытных копейщиков, двое мечников и я. Остальные должны были открыть створку ровно настолько, чтобы выпустить нас наружу, а затем сразу закрыть её.

Я оглядел людей.

— Наша задача не перебить всех, кто окажется на пути. Идём к большой твари, держимся рядом и не преследуем никого в стороны. Если дам команду возвращаться, спорить не будете.

— Слушаемся, ваше сиятельство, — ответил Анатолий за всех.

Я поднял руку.

— Открывай!

Створка приоткрылась, мы выскользнули наружу. Под ногами хлюпала чёрная кровь, ров был почти доверху заполнен тушами. Позади ворота сразу начали закрываться, а Мирослав ударил посохом в землю. Возле прохода поднялись несколько каменных гребней, сужая подход и не позволяя толпе заражённых одновременно навалиться на створки.

Твари заметили нас почти сразу. Ближайший волк прыгнул мне навстречу. Я коротким порывом воздуха сбил его с траектории, и Анатолий всадил копьё в раскрытый бок.

— Хорошо пошло! — рявкнул десятник, выдёргивая оружие. — Только бы дальше не сглазить!

— Лучше молчите и смотрите вперёд! — резко ответил я.

Вторая тварь напоролась на копья. Третья попыталась обойти справа, но мечник встретил её ударом в шею. Мы продвигались медленно, сохраняя тесный строй. Гигант всё это время стоял возле опушки. А потом сделал шаг к нам, земля ощутимо дрогнула.

Теперь я окончательно понял масштаб этой твари. Даже на четырёх лапах её плечо находилось почти на уровне человеческой груди. Костяные пластины на голове перекрывались настолько плотно, что обычным мечом пробивать их было бессмысленно.

Гигант ударил первым. Лапа обрушилась на одного из копейщиков. Воин успел поднять щит, но тот разлетелся от удара, а сам мужчина отлетел в сторону и тяжело рухнул на землю.

— Савва! — выкрикнул Анатолий.

— Не разрывать строй! — мгновенно приказал я. — Один к нему, остальные держат тварь!

Мечник подхватил раненого под руки и оттащил немного в сторону. Тот не приходил в себя, но дышал. Уже хорошо.

Гигант снова двинулся. Мы били по менее защищённым местам, однако эффект оставался почти ничтожным. Копьё одного из воинов вошло под костяную пластину, мой меч рассёк участок возле передней лапы, Анатолий сумел пробить бок. Раны сразу опутывались белыми нитями, через несколько секунд края начинали стягиваться.

Тогда я окончательно перестал пытаться его убить обычным способом. Перед глазами всплыл образ подземного Стража. Там я тоже сначала бил по корпусу и ничего не добился. Победить удалось лишь после того, как начал смотреть не на саму мощь механизма, а на порядок его работы. Здесь происходило нечто похожее.

Я сосредоточился на «Чутком ветре». Пульсация, толчок, ответ вокруг, снова пульсация. Белые отростки на спине чудовища двигались не одинаково. Большинство лишь подрагивало, зато один особенно толстый жгут выходил из-под костяной пластины у основания шеи, тянулся вдоль позвоночника и дальше уходил к земле. Именно через него проходила самая сильная вибрация.

Система снова отозвалась:

[Интенсивность энергетического обмена максимальна в мицелиальной структуре у основания шейного отдела.

Скорость регенерации тканей организма повышена.]

Никакого совета, но теперь он мне и не требовался.

— Анатолий! — крикнул я. — Отвлеките его на несколько секунд! Мне нужно подобраться к шее!

Десятник понял без дополнительных объяснений, ударил по передней лапе и сразу отступил. Другой копейщик зашёл с другой стороны, громко закричал и всадил копьё между костяными щитками. Гигант взревел и повернулся к нему.

Я рванулся вперёд. До основания шеи оставалось несколько шагов. Чудовище резко дёрнуло головой, пришлось броситься на землю, и массивная лапа прошла почти над самой спиной. Я перекатился, поднялся на колено и увидел нужное место.

Толстый белёсый жгут натянулся. Теперь. Я сформировал не широкий удар, а максимально узкий поток. Всё, чему Мирослав учил меня последние дни: не давить стихией куда придётся, а удерживать её и направлять туда, где требуется.