— Кстати, готовишь вкусно.

— Рада, что нравится, — отвечает она, скорее, с вредной ноткой, чем с реальной радостью.

Посмеиваюсь.

Алена ест с аппетитом и без лишнего жеманства. Я и вовсе набрасываюсь на еду. Сон и прием лекарств вызвали у меня странный зверский голод.

Да уж, неплохо я устроился в этой засаде: и личный доктор, и личный повар. Должен быть кругленький счет за услуги.

— Насчет работы, — решаю поднять эту тему, — имей в виду, что твой отпуск я оплачу. Он будет за мой счет.

— Я не бедствую, — Алена хмурится.

— Но, тем не менее, ты сейчас вынуждена сидеть без работы.

Она пожимает плечами:

— Как хочешь. Но мне давно нужен был отпуск. Хоть и не такой.

— Как бы ты провела обычный отпуск?

— Тебе нужно было быть не программистом, а интервьюером. Не задумывался о карьере журналиста?

— Никогда не успевал по гуманитарным предметам.

— Ясно, — она усмехается. — Отпуск... Ну, в идеале, конечно же, море. Но можно и горы. А если нет такой возможности, то вот эта дача вполне подойдет.

— То есть, можно сказать, этот отпуск для тебя приемлемый?

— Но только я бы провела его в одиночестве. Или максимум с бабушкой.

— Зато хоть какое — то разнообразие, — хмыкаю.

Мы доедаем.

Алена сама убирает посуду и на все мои попытки помочь строго заявляет, что на сегодня геройства закончились, если я не хочу осложнений.

А она их не хочет точно. Поэтому прогнала меня с кухни.

Ничего не остается, как просто выйти на воздух. Солнце спряталось, вечер сырой и прохладный. Зато дышится как.

Мои отпуска в последнее время заключались в каких — то познавательных поездках. Я жил на берегу океана, поэтому уезжать предпочитал в Европу, Азию, Африку. Хотя с каждым годом вырваться становилось сложнее.

Ну и разумеется, я старался хотя бы раз в год приехать на родину.

Что меня потянуло назад, на самом деле? Я не могу до конца понять.

Место на рынке? Желание развивать отрасль в своей стране?

Или просто тоска?.. Причем даже непонятно, по чему конкретно.

Я никогда не был маменькиным сынком или привязанным к месту рождения. Я легок на подъем. Но все — таки что — то привело меня назад в Россию.

У ворот вижу рослого Никиту. Охранник заходит на территорию, осматривается по сторонам.

— Ты с проверкой или есть что сказать?

— Наши друзья вернулись в Москву, — он говорит про ребят, которые устроили мне аварию.

— Проследили?

— Конечно. Они доехали до автосервиса, и оттуда уже машина не выезжала.

— Их место?

— Возможно.

— А самих вели?

— Там один с примечательной внешностью. Не старый еще, но абсолютно седой. Его наши люди поводят. Хотя пока ничего особенного. Просто поехал в новостройку в спальнике. Скорее всего, живет там.

— Посмотрите на него еще день. Если ничего, то берите.

— Ладно. А вы тут как? — кивает на домик. — Нормально? Не тесно? А то у нас целая комната свободная.

Оборачиваюсь на дом. Не мельтешит ли там док в дверях? Не слышит?

— Останусь здесь. Пригляжу, — отрезаю.

— Ладно. На связи.

— Давай.

Никита уходит тем же путем, как и пришел. Я сижу еще некоторое время и вот теперь слышу шаги за своей спиной на крыльце.

— Не холодно здесь сидеть? — интересуется доктор.

— Нормально. Я думал, ты спать легла. Я — то выспался.

— Я хотела... Но мы так и не решили со спальным местом.

— А что с ним решать? Очень удобный диванчик. Я опробовал.

— Тогда я на полу.

— Не сходи с ума, Ален, — смотрю серьезно ей в глаза, — даже с учетом камина, жарко не будет. По полу сквозняк. Хочешь, чтобы уже мне пришлось тебя лечить? Я в этом не ас.

— Антон....

— Обещаю не приставать.

— Что?

— Иди ложись, — киваю на дом. — Я еще неизвестно, когда спать захочу. Может, и не лягу до утра.

Хмурится.

— Ну ладно.

— У вас тут хорошо, — подпираю голову рукой. — Тихо. Воздух.

— Место хорошее. Поэтому мы с бабушкой не хотим дачу продавать. Хотя вся родня уговаривает.

— Как можно продать такой замечательный пассив?

Выжидаю время, чтобы Алена уснула.

Впрочем, мне самому нравится сидеть, наслаждаться загородным воздухом, размышлять о наших дальнейших действиях — здесь думается как — то легче.

Проходит примерно час, и я захожу в домик. Алена доверчиво улеглась на диване и крепко спит. Вымоталась сегодня.

На ней все те же лосины и футболка. Она ничего не сказала, но надо бы сообразить для нее какие — то вещи, сделать заказ.

Я мог бы привезти сюда и второе спальное место... Но ложусь на тот самый диван, что и мой строгий рыжий доктор.

Она оставила мне немного места с левого края. Я располагаюсь там вполне скромно.

Тем не менее, могу разглядеть ее близко и почувствовать.

Вблизи она еще нежнее и прекраснее. Пахнет от нее чем — то домашним, может быть, даже кухней. Не совсем эротический запах, но на ней он почему — то сидит чувственно.

К нему примешивается еще что — то цветочное — духи или, может быть другая ее косметика.

Алена вздыхает во сне, укладывается поудобнее, выставляя вперед руку. И касается меня.

Готовлюсь, что она сейчас проснется и начнет возмущаться, но девушка все так же крепко спит. Наоборот двигается ко мне поближе, закидывая на мое колено ножку.

Вот это я всегда терпеть не мог, когда на меня складывают конечности.

Однако тут я двигаюсь ближе... Алена ведет ладошкой по моему плечу, подтягивается ко мне, утыкается в него лбом, а потом и вовсе взбирается мне на грудь. Удобно там устраивается.

Я никогда не видел, чтобы девушки делали это во сне. Хотя некоторые люди вообще по дому круги нарезают, не просыпаясь, а тут всего лишь устроиться, как на подушке.

И вот, я, собственно, получил, что хотел — ее в очень близком доступе.

Она обнимает меня, словно плюшевого мишку, сопит, а я… Черт, я хочу ее, как никогда и никого.

Теперь боль в моем организме аккумулируется далеко не в руке… А ведь, казалось бы — травма, обезбол! Но организм как часы среагировал на рыжую.

А может быть, у меня просто долго не было секса?.. С этим переездом, с проблемами...

Со своей последней пассией в Америке я расстался, не стал ей ничего обещать. В России личную жизнь еще не наладил.

Были мысли определиться уже, создать семью. Найти для этого подходящую девушку в подходящее время.

Да уж, вселенная считает, что время самое что ни на есть подходящее!

А вот девушка... Что бы со мной сделала эта дочка патологоанатома, если бы увидела мою реакцию на ее невинное сопение под ухом?

Я просыпаюсь, и мне хорошо впервые за долгое время.

Ощущение уюта, неги, блаженства... Нет, далеко не детское, скорее наоборот, чувственное.

Когда ощущаешь себя живой. Каждая клеточка твоего тела расслабилась и дышит.

Постель невероятно удобна, а подушка вообще выше всяких похвал! Еще и теплая, с подогревом. Бывают вообще подушки с подогревом?

В голове вяло проносятся мысли. Я еще толком не проснулась, размыкаю веки, потягиваюсь. Крепче прижимаюсь к чему — то упругому.

И вот остатки сна покидают меня, и на их смену приходит ужас! Господи, это я?.. Нет, черт!

Да, это именно я сейчас лежу и крепко обнимаю едва знакомого программиста... Он сказал, что в нашей ситуации один день идет за десять, но от этого, блин, не легче!

Боже, я забросила на него ногу! Я даже с мужем не каждый раз себе такое позволяла!

Его грудь под моей щекой, а его, черт возьми, рука лежит на моей заднице.

Я медленно, словно уж, выползаю из объятий программиста. Самая главная цель сейчас — не разбудить его, иначе я просто сгорю со стыда.

А так есть вероятность, что он так же, как и я, крепко спал и ничего не чувствовал.

Почему он оказался рядом со мной на диване — отдельный вопрос, и о нем мы поговорим позже. Сейчас мне самое главное сохранить лицо. Ну и задницу.