Я усмехаюсь. Можно это расценивать как угрозу? Или это просто мысли человека в зрелом возрасте.

Уверен, что мой отец, бизнесмен из Сибири, тоже рассуждает так.

— Наши люди обладают гибким умом. Хорошо адаптируются и успешно меняют под себя реальность. Наши люди всегда были на передовой науки и техники. Уверен, мой подход многим понравится. Благодаря своим масштабам я могу дать демократичные цены и высокий сервис. Я не замахиваюсь на ключевых игроков, у которых уже свои проверенные партнеры. Но среднему бизнесу мне есть, что предложить. Я займу эту нишу.

— Вот это я понимаю — молодость и дерзость! — улыбается толстый спонсор.

Орлиный нос снова качает головой:

— Антон не настолько молод, ему уже к сорока... И, кстати, до сих пор не женат. Так и не пустил где — то корни... В любой момент может сорваться назад. В Штатах у него виза.

А он наслышан обо мне. Впрочем, я не удивлен.

— Мои корни всегда были и остаются здесь. Я — сибиряк.

— Да и жениться наверняка собираетесь? — вступается за меня все тот же добродушный спонсор. Я ему, видимо, понравился.

— Да, Антон и его спутница стали яркой парой сегодня, — замечает поставщик. — Или это просто сопровождение?

— Нет, не просто, — качаю я головой. — Женитьба есть в ближайших планах.

Черт, я никогда не умел и не любил врать! Мне всегда было проще сказать правду, какой бы она ни была.

И сейчас я тоже говорю правду.

Я перехватываю взгляд Кэти. Она смотрит на меня с какой — то тревогой и кривой улыбкой. Видимо, уже пожалела, что подвела меня к этим людям.

Не знаю, через кого она знакома с ними. Я никогда не копался в ее личной жизни.

Знаю, что у нее были влиятельные мужчины как в Америке, так и в России. Особые знакомства. В каких отношениях она была с ними, я не в курсе. Замуж ни за кого из них она не вышла.

Диалог не развивается.

К монополисту подходит высокий худой молодой человек в строгом костюме, что — то тихо говорит на ухо.

— Вынужден вас покинуть, — с сухой улыбкой сообщает мужчина. — Всех благ.

Он кивает мне, я тоже отвечаю кивком без комментариев.

Кэти берет меня под руку.

— Антон, идем.... Хочу тебе кое — что показать, — обаятельно улыбается она другим собеседникам. — Извините.

Мы отходим.

— Не скажешь спасибо, что я тебя спасла?..

— От чего?

Я недоумеваю, еще раз обдумывая диалог.

— Ах, ну да! Тебя спасать ни от чего не нужно, ты у нас супергерой! Вот только интересно, как ты умудрился познакомиться с доктором? Неужели на родине возникли проблемы со здоровьем?

— Просто авария, — отвечаю я, пожимая плечами.

— И сразу вот так? Жениться... Сколько тебя не было в Америке? Месяца три. А сколько лет, живя там, ты не решился на подобный шаг?

Справедливый вопрос от давней подруги. Но обсуждать подробности своей личной жизни я не хочу даже с ней. И тем более, обсуждать Алену.

— Иногда бывает, что одна секунда меняет все.

— Как интересно... Но я все — таки твои изменения не поддерживаю.

Мы пересекаемся взглядами. Честно, я не знаю, что сказать.

Но Катя улыбается.

— Я не про личную жизнь, май френд! Не напрягайся, так, — она толкает меня в плечо. — Я о работе, о месте проживания. Евгений Павлович правильно заметил, что у тебя есть доступ к Штатам. Ты можешь жить там, сколько тебе захочется. Не понимаю твою тягу вернуться…

— На то она, наверное, и тяга, что не поддается логическому объяснению, — посмеиваюсь я.

— А ты и правда изменился.

Кэти говорит с обидой. Впрочем, она никогда не умела принимать поражение в споре. Всегда любит оставаться правой, в том числе поэтому мы не сработались.

Приятельству это не особенно мешает, потому что я как раз тоже спорить не люблю. Чаще всего не вижу смысла.

Как, например, сейчас.

— Ты ничего не хотела мне показать на самом деле? — догадываюсь я.

Катя пожимает плечами.

— Нет, только спросить... Что все же в ней особенного?

Я сразу понимаю, о ком речь. Снова улыбаюсь.

— Она вся целиком... Пойду, найду ее.

— Угу.

Подруга явно осталась недовольна диалогом.

А я, в целом, удовлетворен вечером.

Алена

Кирилл всегда казался мне умным и очень дисциплинированным. У него все разложено по полочкам.

Хотя, почему казался? Он на самом деле такой.

После окончания учебы Кирилл продолжил делать карьеру. Сейчас занимается тем, что получает ученую степень. И в больнице работает, в государственной, и в частном медцентре родителей.

Он не подлый и всегда был готов прийти на помощь друзьям. Но почему — то все эти положительные качества не делают его приятным человеком. По крайней мере, для меня.

Сегодня вспоминаю, почему считала его занудным.

— Дима многое потерял, — замечает друг, едва мы отходим к столу с коктейлями. — И думаю, что он пожалеет. Я не одобряю его поступок.

Возможно, как близкий друг он должен был высказать свою позицию. Хотя, если честно, я бы обошлась без этого.

— Неважно. Пусть будут счастливы с Софией.

— А ты неплохо держишься... — замечает блондин. — Но ты всегда была сильной.

— Не преувеличивай, — морщу нос.

На самом деле, может быть, я и не слабый человек, но держусь, как выражается Кирилл, совершенно не поэтому.

Мне просто плевать уже на Диму и на Софу... Больше волнует, чем закончится разговор у Антона.

— Димка говорил, ты осталась жить там же?

— Да, — киваю.

— Не будете продавать?

— Квартиру уже продали, — усмехаюсь.

— Что?

— Прости, мне нужно вон туда, — показываю на санузлы.

— Конечно.

Боже, двадцать минут Кирилл гонял по кругу одни и те же неудобные вопросы! Скрывать мне вроде нечего, и он без того в курсе всего. Но абсолютно нет желания мусолить одно и то же. А я — то думала, нормально поболтаем...

Туалет мне нужен только, как повод. Неспешно иду к одному из индивидуальных санузлов.

А там занято. Понимаю это по крику, который доносится через белую дверь.

— Он женится! Да я сама в шоке!

Я хочу просто пройти мимо, но кое — что заставляет меня замереть на месте.

— Ты же знаешь Антона Щербинского! Это человек, у которого вся жизнь разложена по полкам! Ни одного спонтанного решения, ни одной слабости... Такие мужчины встречаются с женщинами много месяцев, прежде чем пойти на брак!

Девушка переводит дух, и я узнаю этот голос. Кэти.

— Да, я боялась, что он захочет жениться на какой — нибудь юной пустышке... Удобная жена, которая сидит дома! Не отсвечивает... Красивый аксессуар. Но это не тот случай, мама, совсем не тот! Ей лет тридцать, врач скорой помощи. Внешность... Ну, неплохая, не буду врать. Но ничего особенного! Я успокоюсь, не волнуйся... Никто ничего не заметил, я даже не дрогнула. Папина школа выдержки! Но как же так... Было столько надежд на эту поездку, и вот так, с первых секунд узнать...

Кажется, она всхлипывает.

Мне должно быть неловко? Хоть и обсуждает она моего «жениха», она не сказала ничего плохого по факту.

Но вот в ее тоне проскользнула не просто досада… А что — то собственническое. Как будто мужчину у нее увели.

Антон сказал, что Кэти абсолютно не привлекает его. Вряд ли он врал.

Получается, между ними никогда ничего не было, как между мужчиной и женщиной. Только дружба.

Но на их дружбу пока никто и не покушается...

Не могу сказать, что я была бы в восторге от такой подруги для своего жениха. Но Щербинский — то мне не жених!

Нам бы между собой для начала разобраться…

Не знаю, что хочу сделать в первую очередь — убежать отсюда, найти и обнять Антона, или вообще выкинуть все это дело из головы.

По сути, меня эмоции Кэти никак не касаются. Но ее слова занозой сидят внутри.

Иду вперед, толком не разбирая дороги, и практически врезаюсь в Кирилла.

— Ален, я тебя ждал, — он улыбается.