Выбрала второй вариант. Слишком уж мне не хотелось разрушать эту странную, волнующую атмосферу. Да и потом, кто знает, может, мне просто все это кажется? Может, я сама себе нафантазировала какой-то романтический подтекст в обычном дружеском жесте?

Остаток фильма провела в состоянии какой-то странной эйфории и одновременно тревоги. Краем глаза ловила его профиль, изучала каждое движение. И пыталась понять, что же на самом деле происходит.

Хотя мой бывший жених всегда говорил, что я слишком романтичная натура в нашем практичном мире. Конечно, что может самый настоящий козел знать о чувствах? Я ведь искренне старалась быть идеальной хозяйкой, хорошей любовницей и просто другом, за что в ответ получила такой плевок в душу. И ладно я, но ребенок в чем виноват был?

После фильма Александр Николаевич предложил выпить кофе в ближайшей кофейне. Я согласилась, будто у меня был выбор. Всю дорогу до кафе шла как во сне, пытаясь уложить в голове всё произошедшее. Он открыл передо мной дверь, отодвинул стул. Ну что за мужчина! Где они таких делают?

Заказали кофе, мой выбор пал на приторный ванильный латте с карамельным сиропом — сама нежность! А он… А он, как настоящий брутал, взял американо. Даже кофе пьет под стать своему характеру — крепкий, как его стальные нервы.

Смотрел на меня внимательно, изучающе. И молчал, а я, словно школьница на первом свидании, не знала, куда деть глаза, чтобы не выдать свой дикий восторг.

— Ну как тебе фильм? — наконец прозвучал его голос, разорвав тишину.

— Интересный, — пролепетала тут же, краснея, как маков цвет. Ну в самом деле, не говорить же ему, что полфильма пялилась из-под тешка.

Он усмехнулся, зараза! Всё-то он видел! И мои нервные жесты, и мою растерянность, и, подозреваю, даже хаос, творившийся в моей голове. Щеки заполыхали так, будто я только что пробежала марафон.

— Знаешь, Арина, — начал он, и от его бархатного голоса по коже табуном пронеслись мурашки-камикадзе, — я давно не получал такого удовольствия от похода в кино. Спасибо, что согласилась разделить со мной этот… кхм… шедевр кинематографа.

Подмигнул! Нагло так подмигнул! Кажется, моя жизнь только что совершила головокружительный кульбит, перевернувшись с ног на голову. И знаете что? Я даже не уверена, хочу ли, чтобы она вернулась в прежнее положение. Может, в хаосе перевернутой реальности гораздо интереснее?

Я сделала вид, что не заметила подмигивания, хотя внутри все трепетало, как осиновый лист на ветру. Сделала глоток своего латте, прикрывая смущением покрасневшие щеки. Слишком сладко! Но сейчас это именно то, что мне было нужно — хоть немного притормозить этот бешеный ритм сердца.

— Мне тоже было приятно составить вам компанию, — ответила как можно более небрежно, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Фильм и правда… своеобразный.

Он снова усмехнулся, отчего в уголках его глаз появились лучики морщин. И эти морщинки делали его еще более привлекательным! Да что ж такое! Пора брать себя в руки, иначе он решит, что я совсем потеряла голову.

— Арина, я хотел спросить… Ты не против, если мы как-нибудь повторим? Не обязательно кино, можно просто поужинать где-нибудь. Или, может, погулять в парке?

Я чуть не подавилась кофе. Повторим? Ужин? Прогулка? Это что, приглашение на свидание? Или я действительно слишком романтичная натура, как говорил мой бывший козел?

— Я… я подумаю, — пробормотала, отводя взгляд. Слишком рано! Все происходит слишком быстро! Но в то же время… Как же мне хочется согласиться!

Право слово, раздумывать тут было не о чем! Ну конечно, я хотела! Просто маленькая такая женская хитрость — сохранить видимость некой неприступности, показать, что я не совсем уж безнадежна и не готова кинуться в омут с головой при виде первого более-менее приличного мужчины. Даже если этот «более-менее» — сам Александр Николаевич во плоти и при полном параде.

— Отлично, — произнес он с дьявольским спокойствием, словно и не сомневался в моей капитуляции. — Тогда наберу тебя на днях. Жди звонка!

Уже подъезжая к многоэтажке Полины, Котов галантно открыл мне дверь автомобиля, помогая выбраться из высокого автомобиля.

— Подожди, — игриво одернул краешек моего платья, словно невзначай. — Давай-ка я тебя провожу.

Сердце бешено заколотилось. Проводить? Да он меня сейчас доведёт до обморока своим напором! Кивнула, как китайский болванчик, и мы двинулись к подъезду. Каждый шаг отдавался гулким эхом в голове. О чем он думает? Что будет дальше? И как не выдать себя окончательно, не заржать от счастья, не запищать от восторга?

В лифте Александр Николаевич остановился напротив, в полумраке его глаза казались темными омутами. Кабина тут же наполнилась приятным мужским парфюмом.

«Ну вот и всё», — подумала, судорожно соображая, как попрощаться, чтобы не выглядеть полной идиоткой. Но он, кажется, и не собирался прощаться. Вместо этого он наклонился ближе, так близко, что я почувствовала тепло его дыхания на своей коже.

— Арина, — в этом шёпоте было столько обещаний, что у меня перехватило дыхание. Лифт остановился на нужном этаже, и вместе с ним мое сердце.

— Александр Николаевич, спасибо, что проводили, хорошего вам вечера, — с этими словами я позорно смылась в квартиру подруги.

Захлопнув дверь квартиры Полины, я прислонилась к ней спиной, чувствуя, как подкашиваются ноги. Божечки-кошечки, что это было? Да меня так последний раз в шестом классе после дискотеки колбасило! В голове крутилась одна единственная мысль: ОН ПОЧТИ ПОЦЕЛОВАЛ МЕНЯ! Почти! Это «почти» сейчас жгло ярче любого пламени, и я, как мотылек, готова была лететь на этот огонь, даже рискуя обжечь крылья.

Полина встретила меня удивленным взглядом.

— Что, кино настолько захватывающее было, что ты аж бледная как смерть? — подколола она, но я лишь отмахнулась, не в силах сейчас делиться своими эмоциями.

Весь вечер прокручивала в голове каждую секунду этого странного, волшебного дня. Полина пыталась вытянуть из меня хоть слово, но я лишь отмахивалась, бормоча что-то невнятное про «интересный фильм».

Как я могла ей рассказать? Она бы решила, что я совсем сошла с ума, начав испытывать эмоции к мужчине, который годится мне в дяди! Уже молчу о том, что этот дядя моей подруги. Но ведь дело не в возрасте, правда? А в том, как он смотрит, как говорит, как от него пахнет…

Ночью долго не могла заснуть, ворочалась, как уж на сковородке. Перед глазами стоял его загадочный взгляд, ощущала тепло его руки на своей. В какой-то момент даже поймала себя на мысли, что хочу, чтобы он сейчас был рядом. Бред какой-то! Я же его почти не знаю! И вообще, мне нужно забыть о мужчинах на какое-то время. Но, черт возьми, как же это сложно, когда на горизонте появляется такой Александр Николаевич!

«Так, Арина, это просто твои гормоны. Ты беременна, вот тебя и колбасит. Кто-то ест селедку и закусывает арбузом, а ты вот начала тащиться от родного дяди подруги».

Утром проснулась разбитая и уставшая, как будто не спала вовсе. Полина уже вовсю хлопотала на кухне, готовя завтрак. Посмотрела на меня сочувствующе.

— Выглядишь так, будто всю ночь вагоны разгружала! — заявила Полина, протягивая мне чашку кофе. — Что, фильм настолько впечатлил? Или ты влюбилась в главного героя?

Я чуть не поперхнулась. Как она узнала?! Или это просто случайность?

— Да нет, просто не выспалась, — попыталась отбрехаться, но Поля смотрела на меня с таким видом, будто видела насквозь.

— Ага, как же! Я же вижу, что что-то случилось. Ну, выкладывай!

Подруга не отставала, пришлось рассказать о своем походе в кино с Александром Николаевичем. Разве что умолчала про то, что, кажется, сошла с ума от Александра Николаевича.

Котов Александр Николаевич.

— Котов, да ты ж лучше меня знаешь, что своими выкрутасами ты не только свою задницу подставляешь, но и своих ребят! И ты не будешь готов нести за них последствия! — Жирков аж рычал в трубку, почти физически ощущал, как он там, в своем кабинете, ручкой стол истязает. Ну конечно, он в бешенстве! Как же иначе, когда его прямым текстом шлют лесом и отказываются делиться прибыльными территориями?