Свобода ему нужна! Ах, какая трогательная забота о собственной свободе! А я, с растущим внутри маленьким человеком, получается, в рабстве пожизненном?

А как без презерватива спать, так он впереди планеты всей! «Ощущения не те!» Гробь свое здоровье таблетками, делай аборт — пожалуйста, танцуй под его дудку! Потому что «он не готов, блин!»

Мир рухнул в одночасье. Принц превратился в тыкву, а сказка — в дешёвый водевиль. Моя беременность стала не поводом для радости, а костью в горле.

Ну что ж, свобода так свобода. Собрала я свою волю в кулак, вытерла слёзы и решила, что справлюсь сама. Одна.

Вылетаю из консультации, словно ошпаренная, слёзы градом. Ловлю первую попавшуюся машину, выпаливаю адрес и мчу домой. Точнее, в логово его родителей — собрать манатки и смыться из этого балагана уродов к чертям собачьим.

Наспех покидав вещи, заказываю такси до вокзала, благо билет урвала на сегодня последний. Пока тянулось томительное ожидание поезда, в голове роились обрывки воспоминаний прошлого.

Как я, уверенная в себе девушка, могла выбрать этот кусок... кхм... говна? Как пропустила все эти маяки, сирены, набатные колокола, которые орали благим матом: «Беги, деточка, беги!!!!»

Первый звоночек прозвенел, когда начались его «нельзя»: в кино — ни — ни, на маникюр — даже не думай, и вообще женщина должна зарабатывать деньги на работе и следить за домом, а не шляться где попало.

Второй колокол ударил по мозгам, когда проснулась в пять утра, а надо мной — он! С моим телефоном! В руках! Шерлок Холмс доморощенный! Я, конечно, прикинулась шлангом, мол, просто во сне приподнялась, но он тут же спрятал телефон, сделав вид, что ничего не было.

Да плевать мне на этот телефон! Ну попросил бы по — человечески почитать переписочки! Зачем эти шпионские игры, а — ля Джеймс Бонд на пенсии?

Этот опыт научил меня ценить себя, любить себя и полагаться только на себя. Спасибо тебе, мой бывший «король», за этот ценный урок. Хотя лучше бы ты его преподал на курсах личностного роста, а не таким зверским способом.

В родную Москву прибыла ближе к полудню — уставшая, словно загнанная лошадь, но с ощущением свободы, как будто сбросила с себя неподъемную ношу. Больше не надо вкалывать на плантации под названием «здоровый мужик» только потому, что так предписывает какой-то древний кодекс домоводства!

— Ришка, прости, не смогу вырваться, завал на работе! Тебя мой дядя встретит, он уже на вокзале, — тараторила Полина, а на заднем фоне грохнуло что-то такое, будто рояль с лестницы спустили. — Куда потащил этот шкаф? Он стоит как твоя почка.

Близким решила пока ничего не рассказывать. Зачем грузить людей своими тараканами? У каждого свой зоопарк в голове. Но верная подруга детства, Поля, настояла на встрече и предложила кров на первое время. Правда, тут же пришлось ей самой бежать спасать свой объект от неминуемой катастрофы.

— Хорошо, — вздохнула, выходя на перрон и сканируя толпу в поисках знакомого лица.

Александра Николаевича не заметить — это надо очень постараться. Выглядит, как всегда, с иголочки! Костюм сидит так, будто на него лично шили, подчеркивая его внушительную фигуру. Мужчина — скала, глыба!

В черных глазах — ледяное спокойствие, а в моих — предательская дрожь страха. Боюсь его до мурашек, несмотря на всю его брутальную привлекательность.

Ходят слухи (а дыма без огня, как известно, не бывает), что его бизнес повязан с очень темными делами. У него целая армия головорезов, решающих вопросы «влиятельных» людей. Решают… радикально. Еще в лихие девяностые сколотил свою ОПГ и до сих пор только крепчает!

Над толпой возвышается, словно Колосс Родосский, шагает вальяжной походкой хозяина жизни. Да он и есть хозяин! Хозяин этой жизни и этого города, Котов собственной персоной.

Котов Александр Николаевич.

«Двух вещей хочет настоящий мужчина: опасности и игры.

Поэтому он хочет женщину,

как самую опасную игрушку». (Фридрих Ницше.)

Как выглядит апогей вселенского отстоя? Да вот он, собственной персоной! Меня едва не отправили к праотцам на чертовой сделке вместе с Зориным, причем действовали эти гады с какой-то пугающей, почти балетной слаженностью.

Сначала, грешным делом, подумал на самого Демида. Мало ли, решил, что пора расширить горизонты и прибрать мой бизнес к рукам? Но конкурентов обычно не спасают, а он не из таких кровожадных. Если бы захотел убрать, провернул бы всё лично, с фирменной ухмылкой.

Потом позвонила Поля, попросила встретить свою давнюю подругу Арину. Особо не погружаясь в детали, только успел дома освежиться и переодеться, чтобы не травмировать нежную психику барышни своим видом после «небольшой» перестрелки.

Вокзал, как всегда, встречает громким гулом голосов и своим особенным запахом потных тел.

Стою, как идиот, с табличкой «Арина» высматриваю ее в этой людской мясорубке. Замечаю симпатичную рыжую бестию, которая нервно озирается по сторонам. По фото, что Полина прислала, вроде она. Надеюсь, у нее хоть с чувством юмора всё в порядке. Несколько часов в тишине я точно не переживу.

Последний раз видел её на десятилетии Полины, боже, это целая вечность назад! Тогда она была ещё смешным угловатым подростком, но даже в этой толпе кричащих детей её было невозможно не заметить — рыжая девчушка с волосами цвета закатного пламени и ни одной проклятой веснушки! Потом вроде она переехала.

Сканирую ее с ног до головы: бордовая футболка, джинсы, обычный набор для выживания в джунглях большого города.

Подхожу, представляюсь. А она дрожит, как осиновый лист на ветру. Боится? И правильно делает! Подхватываю её сумку и этот смешной чемоданчик, направляюсь к парковке.

В машине Арина хранила молчание, вцепившись в подлокотник мертвой хваткой. Её слегка припухшие глаза я заметил сразу, но на перроне решил не лезть с расспросами. Моя маленькая ведьмочка явно пережила эмоциональный апокалипсис.

Наконец не выдержал:

— Ну что, Арина, рассказывай, как жизнь молодая? — аккуратно поглядываю в её сторону, не хватало, чтобы она тут водопад развела.

Девушка совсем не по-женски громко шмыгнула носом, выдавливая из себя жалобное:

— Спасибо, что встретили, — ну хоть что-то! Немая сцена, конечно, это концептуально, но я не Дэвид Линч, чтобы расшифровывать пантомимы.

— Да не за что, — отмахнулся. — Лучше расскажи, что за трагедия в твоих глазах разыгралась? Тебя что, на вокзале голуби атаковали?

Попытался, гений юмора, блин, разрядить обстановку. Арина вздрогнула, посмотрела на меня своими огромными влажными глазами. В них плескалась безысходность. Я уже начал жалеть, что подколол её насчет голубей. Видимо, дела обстоят серьезнее, чем я предполагал.

— Это… Это сложно объяснить, — пробормотала она, отворачиваясь к окну. — Просто… Всё очень плохо.

«Всё очень плохо» — это, конечно, информативно. Но что поделать, буду вытягивать клещами. Припарковался у обочины, заглушил мотор и повернулся к ней всем корпусом.

— Арина, слушай, я понимаю, что ты меня почти не знаешь. Но Полина — не та девушка, что попросит о помощи первого встречного. Если тебе есть что рассказать — рассказывай. Если нет — я просто отвезу тебя к ней, и больше мы не увидимся. Решать тебе, детка.

Она молчала, глядя в окно, словно раздумывая над моим предложением. Наконец Арина повернулась ко мне, в ее глазах появилась решимость.

— Ладно, — прошептала она. — Я отменила свадьбу, потому что мой «чудесный» жених выдал мне, цитирую эту гадость дословно: «Что дочь ему не нужна. Все вы, бабы, шлюхи».

Невольно присвистнул. Вот это поворот сюжета! Кто бы мог подумать, что такое услышишь от человека, готового поклясться в вечной любви у алтаря? Похоже, у девочки действительно полный «ахтунг».