Кроме этого разговора и шепотков в столовой, когда её видели другие классы, особых изменений не было. Надвигались каникулы и в целом выпускные экзамены, и их завалили контрольными. София нагоняла, и они с Ником практически ездили только из гимназии и домой на машине. Ник решил не пересаживаться на скутер и вообще кому-то его то ли подарил, то ли продал, по большей части потому, что за пределами гимназии Софию стали узнавать незнакомые люди. В выходные они встречались с друзьями в торговом центре, только сели за столик в кафе, как к ним подошли мама с дочкой, попросили сфотографироваться. Из-за этого к Софии начали присматриваться и другие посетители, и столпилась целая очередь за автографами. Это, с одной стороны, было вроде и приятно, но София не считала себя достойной подобного внимания и ажиотажа. Да и друзья оказались в затруднении. По итогу, когда толпа немного схлынула, они сбежали. Аля тогда дала Софии широкие солнечные очки, Наташа «оторвала от сердца» цветастый шарфик. В общем, её замаскировали, и парни вели себя так, что Ник смеялся, говорил, что они точно как охрана суперзвезды. Аля ему ответила, что, учитывая то, сколько вокруг банеров и рекламы на экранах с лицом Софии, это так и есть.

В следующий раз, когда они решили устроить посиделки, то попросились толпой в гости к Саше Шишкову. Правда, это как раз был день рождения Наташи Нечаевой — двадцать второго марта, в воскресенье, за неделю до весенних каникул. Наташа тогда похвасталась, что она заняла третье место на городской олимпиаде по биологии и ей сразу поступило приглашение от «императорки» на классы старшей школы, и София порадовалась, что Константин Фёдорович сдержал обещание.

К понедельнику наконец выяснилось про визы и приглашения. Принимающая сторона, то есть японцы, видимо, действительно были заинтересованы, так что согласились на сопровождение в целых тридцать человек. Правда, большая часть — это стилисты, гримёры, режиссёры и операторы «Сияния», но София твёрдо сказала, что с ней едет вся её команда. Даже Кристина-вторая уломала родителей. Так что десять только девчонок, плюс Ник. И как её агент, и как часть шоу с оруженосцем. Он почему-то дико радовался возможности поносить её меч на публике. Они с девчонками репетировали, и София настояла, что их с танцем надо будет где-то заснять на улицах Токио или какой-то другой красивой и узнаваемой локации. Так что в её личное сопровождение в последний момент даже пропихнули родившую в декабре Нелли Михайловну, которая «с энтузиазмом молодой матери», как выразилась Аля, решила отправиться на неделю в тур, оставив своего сына на попечении мужа и мамы.

С Софией даже связался лично Такеда Кацуёри, который выглядел получше, чем в их последнюю встречу, и даже сам сказал пару фраз на ломаном русском языке. Потом, правда, к созвону присоединился Ник, быстро залопотавший на японском, и общаться стало гораздо легче. В целом Такеда должен быть во встречающей группе, обещал показать могилу и святилище её предка — генерала Масакадо, и сопроводить к императору, объяснить все тонкости общения с царственной особой и так далее. Они сразу пропихнули в группу Ника как её личного переводчика.

— Интересно будет посмотреть на Японию… — сказал ей Ник, уже когда они собирались.

— Да, это довольно закрытая страна, и они редко кого к себе приглашают, — согласилась София.

— Давай, как мы репетировали, — выжидательно посмотрел на неё Ник.

София попыталась состроить нужное выражение «милого» лица, сделала «губки бантиком», широко распахнула глаза и тонко пропищала:

— Каваи!

Япония и правда оказалась совсем другой, чем в его мире. Может, только император прежний, потому что Ник как будто помнил, что его тоже звали Нарухито или как-то очень похоже. Перед поездкой он немного посвятил историей современной Японии, которая стала центром мировой роботизации и прогресса и держала эту планку последние лет сорок, но аниме-индустрия там была либо в зачаточном состоянии, либо её не появилось вообще в свете отсутствия определённых событий. Если уж говорить про «анимешек» с большими глазками, то к ним смело можно было относить русскую школу мультипликации*, хотя и без фанатизма, чтоб все как один. Но, например, мультсериал «Маша и Медведь» с большеглазой Машей точно создан, и Ник не видел каких-то сильных отличий героев относительно своей памяти. При этом мультсериал рвал все просмотры по всему миру, насколько он знал. Правда, в прошлом никогда не интересовался судьбой «Маши и Медведя» и не мог точно сказать, так же там или нет. В Японии, кстати, русские мультики очень любили. «Русьмультфильм» вообще был известен далеко за пределами Империи, а вот каких-то известных японских студий Ник особо на слуху припомнить не мог. И даже когда пробил самого известного мультипликатора «Миядзаки», имя которого отложилось ещё с прошлой жизни, нашел только художника-иллюстратора Хаяо Миядзаки. Известного в Японии, но не за её пределами.

Всё-таки принцип домино или какие-то там «эффекты бабочки» явно существовали.

Впрочем, Япония весной была очень красива и без аниме-культуры, даже как-то более сдержана и традиционна, что ли. К тому же в Токио к их приезду наступил пик цветения сакуры, словно вся страна готовилась именно к их прибытию.

Много людей по улицам ходило в традиционной японской одежде, и приставленный к их группе Такеда Кацуёри в своём чёрном кимоно с клановыми монами в виде ромбов пояснил, что это весной проходит что-то вроде фестивалей, когда в Японии принято носить традиционные одежды как мужчинам, так и женщинам. Это не обязательно, но почти все соблюдают такие правила. Японское общество в этом смысле было очень традиционным.

Кстати, стоило отдать должное команде «Сияния», они умудрились одеть всех девчонок очень по-женственному, во что-то напоминающее кимоно, а вот София, чтобы отдать дань уважения, надела наряд, который ей подарила японская делегация. Благо там был рисунок именно с сакурой, это вроде очень в тему местной сезонности, которую свято чтят. Впрочем, и местные магазины, которые во время этих своих фестивалей предлагали кимоно на любой тугой кошелёк, они немного обнесли.

Встречу с императором назначили на пятое апреля, видимо, чтобы поставить жирную точку в их поездке. Так что время у них имелось, и они успели провести съёмки под сенью стремительно облетающих сакур. Софию также уговорили сделать фотосессию для фанатов, сказав, что всё организуют, и хотя Ник подозревал какой-то подвох, но жене оказалось неудобно отказывать, к тому же это было полезно для продвижения бренда «Сияния», и она согласилась.

Оказалось, что это что-то с чем-то.

В Японии подобное действо, как потом объяснил им Кацуёри, давно поставлено на поток. Рядовой японец должен был купить билет на фотосессию к какой-то знаменитости. Постоять в очереди. Отдать билет, чтобы пройти через пропуск в особую фанатскую зону, сфотографироваться со звездой, поблагодарить, отчалить в течение пары минут, чтобы не задерживать остальных. С уплаченного билета государство забирало свой процент, остальное выплачивалось звезде. То есть в данном случае Софии. Она, по совету одного из пиар-менеджеров, официально передала заработанное на благотворительность. Причём японцы-организаторы ей сразу принесли список фондов, которые занимаются такими вещами, видимо, это всё тоже было в порядке вещей. София выбрала фонд помощи онкобольным детям. Её поблагодарили и раскланялись.

А потом бедная жена отрабатывала эту фотосессию.

Японцев, пожелавших с ней сфоткаться, оказалось огромное количество. Вежливая молчаливая очередь уходила вдоль улицы и пропадала за поворотом. Ладно ещё сами организаторы ограничили время и количество билетов, которые можно купить — видимо, они что-то знали про своих сограждан. Но по итогу, хотя ограничение «не более 10 000 билетов» поначалу всем им казалось чем-то даже смешным и нереальным, оказалось, что пять тысяч билетов распродали буквально за полчаса после объявления об их онлайн-продаже. А вторую половину «живых» билетов, которые надо покупать в специальных автоматах за наличку, раскупили за два часа, и то лишь потому, что это дольше, а автоматов по городу не так много.