— Думаешь, Софья придумала какое-то нейтрализующее оружие для кубков? — спросила София. — Ведь больше не было никаких исчезновений… По крайней мере таких громких, как исчезновение графа Николая и его спутников. Наверное, если бы начали исчезать победители Алмазного кубка, про это тут же бы начали трубить во всех СМИ.

— Может быть, она что-то и сделала… Возможно, она просто нашла способ использовать заложенную в них магию как-то иначе. Учитывая шкатулку и амулет, получается, можно было как-то менять прошлое, то есть попадать в своё же тело в параллельной реальности или вроде того. Но для этого должны совпасть какие-то условия, например, окропление кровью… Если не знать этого, сомнительно, что спортсмены будут как-то подобным образом использовать ценный приз. Скорее уж как бабуля — выставят в витрину, чтобы все только смотрели, но не трогали. Плюс, возможно, что должны и совпасть условия по магии. Не зря же твой отец искал того, у кого будет оранжевое пламя магии. Что-то это означает. Может быть и взаимодействие на каком-то уровне.

— Ну да, возможно, — согласилась София. — Но таких мало…

— Может, среди имперских гвардейских офицеров или сильных магов таких было больше, — пожал плечами Ник. — Очень может быть, что это вообще какой-нибудь показатель уровня силы. Я проанализировал то, что дал мне Костик по этим цветам магии во время выдачи кубков. Так, например, синие оттенки были у тех, кто в основном смог победить типа хитростью, либо кому сильно повезло на жеребьёвке и у него размотало друг об друга сильных противников. А почти все, кто был с красным огнём, — они чисто по силе вроде как и побольше. Ну, а про рекорды бабули с золотым пламенем ты знаешь. Да и те японские сёстры были очень сильны чисто на удар. И ты. Так что я вообще думаю, что это как цвета пламени: внизу синий, потом красный, оранжевый и жёлтый — типа такая градация силы, и что-то серьёзное смогут сделать только верхние цвета, у кого много магии.

— Ну, логично, — пожала плечами София.

— Софья сделала дополнительные приблуды, то есть артефакты в виде медальона и шкатулки, чтобы можно было через них как-то подключиться к кубку. По сути, хранился же тот амулет, который я взял в доме Марковых, а тут и бабуля с золотым уровнем магии, и мой папаня, у которого через шкатулку часть силы как-то позаимствовали, чтобы вызволить душу Николая или, может, открыть врата между мирами, потому что он сказал, что ощущал что-то странное… Сейчас магии никто не учит, так что… Сила есть, а применить её никто не может почти. Считай, если бы появилась даже в виде призрака девушка из прошлого, которая хорошо в магии разбиралась, артефакты делала, она бы смогла тут всякого наворотить…

— А ведь призрак может проникать сквозь стены, — подала идею София. — Возможно, она уже в виде призрака смогла что-то сделать?

— Тоже верно… Не стоит исключать. Сейчас с ней уже вряд ли получится связаться… Да и как-то не очень и хочется.

— Почему же тогда… — София запнулась. — Почему тогда я… убивала тебя в тех жизнях или попытках?

— Тогда у нас точно не было Алмазного кубка, — подумав, выдал полуправду Ник. Возможно, что Степан, который завоевал кубок по итогу вроде как с подачи Софии… Может быть, тогда семья Масакадовых получила доступ к артефакту? Это уже ближе к датам его смертей… Сплошные загадки… — А ещё… — Ник поморщился. — Возможно, что ты лишалась магии… или почти лишалась.

— Янквиц? — вздрогнула София.

— Я на самом деле не знаю, но не исключаю такую возможность. В прошлом точно не было его смерти и всяких событий, типа раскрытия личности Лауры.

— Одно цепляет за собой другое, в жизни много развилок, и неизвестно, на какую свернуть, — философски подметила София.

— Да, но сейчас мы здесь.

— Да…

— Всё же я полагаю, что Софья в какой-то момент типа просыпается или на какое-то время обретает память, если её твой отец заключил в твоё тело… — Ник взял Софию за руку. — Как бы то ни было, это не ты убивала меня. Это делала она. Знаю, от этого не легче, но ты не должна винить себя.

София закусила губу и уткнулась лицом в его плечо.

— Но всё равно мне немного полегче, — тихо сказала она, и Ник крепко обнял жену, а затем нежно погладил по спине.

— В книжице ничего толком не написано… Точней, там больше про ту исчезнувшую шкатулку… Что если она исчезнет, то всё получится. Она исчезла на моих глазах вместе с амулетом, который я нашёл и вставил в углубление. Отсюда вывод, что-то, что она пыталась сделать, вероятно, получилось…

Про себя Ник подумал, что очень могло быть и так, что Артурчик специально путал планы призрака Софьи, чтобы самому продолжать своё путешествие во времени. Это же своего рода бессмертие. Сейчас он уже не помнил, кем там был и как разбогател отец Софии в прошлом. В последней жизни Никиты тот также владел казино, но как будто у него было чуть поменьше всяких дополнительных фирм. Никита был лишь шапочно знаком с Артурчиком и не особо вообще обращал на него внимание, так что сказать наверняка, были ли какие-то отличия, оказалось сложно.

Но вот на пятый раз Никитка начинает думать и решает сломать эту раз за разом повторяющуюся игру с самого начала и берёт артефакт, принесённый Масакадовым в их семью. Шкатулка, которая уже была заряжена как самим Артурчиком, так и Максимом Марковым как ловушка притяжения души. И если ему снились какие-то обрывки снов про Николая, то велика вероятность, что у прабабки реально наконец всё получилось. И он и есть Николай.

— Я думаю, что нам надо попытаться связаться с Софьей и у неё самой всё спросить, — сказала София, отодвигаясь и посмотрев в его лицо. — У нас есть Кубок. У нас есть этот артефакт-пластина под кроватью. Может, если их как-то соединить… — она запнулась.

— То мы не улетим вместе в Ирей, а будем спокойно жить долго и счастливо? Люблю тебя… — улыбнулся Ник, целуя Софию.

Внезапно кровать под ними ощутимо завибрировала, и, переглянувшись, они соскочили с матраса.

— Она… Отреагировала? — вытаращилась на Ника София. — Ой! Смотри… Кубок!

Кубок, который София поставила на тумбочку, не вибрировал, а скорее еле заметно мигал, как перегоревшая лампа.

— Как думаешь, его надо будет окроплять кровью или вроде того? — шёпотом спросила София.

Ник не имел ни малейшего понятия, что им предстоит, но состроил уверенное лицо и, кивнув, твёрдо сказал:

— Сейчас разберёмся.

Ник стащил матрас на пол, чтобы открыть лежащую на остове кровати бронзовую пластину. София увидела, что знаки, оставленные на металле, как будто наполняются светом, точней, словно должны наполниться, но им не хватает магии, поэтому они мерцали, как перегоревшая гирлянда… Похожим светом мерцал и кубок, хотя и стоял сам по себе и никто его не касался. На пластине они хотя бы сидели через что-то.

— Может надо?.. — София хотела предложить как-то наполнить пластину магий, но Ник буквально рыкнул:

— Только ничего не трогай! Твой отец лишился магии, трогая непонятные артефакты, — напомнил он с тревогой, и София согласно кивнула. Это точно. Лишаться магии ей совершенно не хотелось. Это очень некстати в свете её победы на Алмазном кубке и предстоящих мероприятиях, где могли произойти и показательные бои, и показательные выступления с командой поддержки, да и просто магия давала ей уверенность и защиту, спасала в сложных ситуациях. К тому же и правда, мало ли что может случиться? Может ли быть, что она… точней, Софья, убивала Ника, потому что получала больше магии? Сплошные загадки и вопросы со всем этим.

И всё же, даже без их непосредственного участия, что-то магическое, некий маятник судьбы с непредсказуемыми последствиями, уже оказался запущен. По крайней мере, так Софии показалось, потому что артефакты продолжали работать и потихоньку выравнивать свет. Даже почудилось, что пластина откачивала магию из кубка, и, может, так всё и было.

— Ты видишь? — прошептала София. — Как будто это просто включилось…