Сасквоч весь светился: вся поверхность его тела излучала мерцающий багрово‑красный свет, который отделялся от его фигуры и поднимался вверх, к разрыву. К огромному разрыву — не такому, как те, которые они уже встречали, а какому‑то неправильному, словно вывернутому. Это было похоже не на портал, а будто бы на рану в теле, которую взяли и вывернули наизнанку. И цвет подходящий, и вид, и ощущения. Этот разрыв светился тем же багровым светом, что и сам Сасквоч.

Хэнк хотел окрикнуть его, но Кай его остановил. Он шепнул ему:

— Присмотрись. Это не Уолтер. Глаза… У нашего Сасквоча глаза всегда были человеческими, разумными, а здесь, видишь, это глаза зверя, но никак не человека, и добром из них не веет.

Хэнк присмотрелся и опустил плечи, признавая правоту Кая. А действие тем временем продолжалось: от вывернутого разрыва, словно паутинки, начали струиться потоки энергии, распространяясь на всю поляну. И на кончиках этих паутинок начали возникать мелкие проколы. Вот эти уже были знакомы — с такими они сталкивались. Из этих проколов полезли твари — да‑да, те самые вонючие любимцы Логана. Они тут же начали курсировать по лесу, по поляне, возбуждённо тянуть носами. Твари чувствовали запах крови и мяса и сразу же потянулись в сторону бойни, устроенной уже… Не было никаких сомнений — Сасквочем.

— Твою мать, — выдохнул Реми. — Это что же получается? Всё это время все эти порталы открывал…

— Уолтер, — сказал Кай.

— Ты уверен? — хрипло спросил Логан.

— А сам не видишь? Не хочу быть капитаном очевидностью. Здесь прямо перед нами — покрытый с ног до головы человеческой кровью и кишками Сасквоч, вокруг которого бегают знакомые нам страхолюдины. Между ними нет агрессии, следовательно, они союзники. Дальше — сами разрывы. Ты ведь не сомневаешься, что это разрывы? Мы сами же только что всё видели. Так что да, я теперь уверен.

— И что будем делать? — хмуро спросил Маккой.

— Как что делать? Вариантов‑то особо нету: нужно выбить дерьмо из Уолтера и зачистить всех этих тварей.

— Что это за свечение вокруг него? Это не похоже на гамма‑излучение, это что‑то другое, — сказал Хэнк.

— Да, ты прав, это не гамма. Это энергия Великих зверей. Ну, конечно! Пазл сложился… — сказал зло Кай. — Он же сам нам говорил, что связан с Танараком, прямо так ведь и сказал, бл*дь! Что тот сплёл их через портал и его сила — от Танарака. Но ведь ничего ж не бывает просто так, верно? Видимо, он своего рода аватар Великого Зверя здесь и, сам того не подозревая, выполнял волю того, с кем связан. Или же вообще в моменты превращения Танарак может использовать его тело как своё, будто марионетку. Мы с вами сейчас видим как раз это. Перед нами не Уолтер, перед нами сам Танарак. И если, сука, я прав, то там, за разрывом, тоже он, только в своей настоящей форме. Нужно прервать это всё, иначе рискуем столкнуться с одним из восьми великих. — Заключил Кай. — Работаем быстро и жёстко. Логан, Реми — вы чистите тех тварей, что уже вылезли. Не дайте им расползтись. Скотт, Джин — поддержка с дистанции. Курт — эвакуация, если кто‑то отхватит по‑серьёзному. Хэнк — ты со мной. Мы — к Уолтеру. Нужно разорвать его связь с Танараком, иначе эта дыра расползётся так, что не заткнём.

— А я? — Эмма.

— Ты, солнце, — щит. Если из портала вылезет что‑то крупнее этих ушлепков, давишь им на мозги, как мне, когда я не хотел покупать ту рубашку…

— Кай! — рявкнула Эмма.

— Шучу. Держишь, сколько сможешь. Потом — в алмаз и в ближний бой.

Эмма кивнула и переключилась. Кай увидел, как её кожа пошла кристаллическим блеском.

— Пошли, — Кай шагнул на поляну.

Первую тварь, которая заметила их и бросилась навстречу, встретил Логан. Адамантовые когти вошли в череп, как в масло, и тварь взвыла коротко, но не спешила подыхать. Кровь — тёмная, почти чёрная — брызнула, и Логан, скривившись от вони, рванул когти вниз, вспарывая тварь от морды до грудины. Тварь дёрнулась и затихла.

— Бл*дь, они всё так же воняют! — рыкнул он, отряхивая руки.

— Так и привыкнешь! — Кай уже подбегал к Уолтеру.

Ещё одна тварь бросилась на него сбоку — из‑за дерева, с молниеносной скоростью. Кай ушёл с линии атаки, резко сменив траекторию, и ударил вдогонку «фирменным» импульсом — «чёрный» дракон полыхнул, разрывая чужое ци. И тварь потеряла голову буквально: уродливая башка покатилась, а тело, набравшее разгон, влетело в ствол, и дерево хрустнуло. Кровь — шипящая, кислотная — брызнула, обжигая землю.

Следующую кракозябру взял Реми. Серия заряженных карт влетела в тварь, как стая ос: взрыв за взрывом, и от той остались лишь дымящиеся куски. Гамбит же перекатился, уходя от брызг крови, и встал, отряхиваясь.

— Мерзость, — процедил он, доставая посох. — Четвёртая — моя.

Четвёртая, самая крупная из «щенков», бросилась не на Реми, а на Скотта. Юноша не дрогнул: поднял руку к очкам, и рубиновый луч ударил из глаз — концентрированный, мощный. Тварь и опомниться не успела, как луч прожёг ей бок насквозь, и та рухнула, дёргаясь в судорогах.

— Есть! — крикнул Скотт, и в его голосе появился кураж. — Их ещё сколько?!

Кай не ответил — он уже был у Сасквоча.

Ланговски стоял на коленях, и бордовое свечение, пульсирующее из его тела, было таким густым, что воздух вокруг дрожал. Его глаза были закрыты, рот открыт, и из горла шёл низкий, утробный звук — вибрация, от которой у Кая заныли зубы.

— Уолтер! — Кай крикнул, вкладывая в голос ци, чтобы пробиться сквозь что угодно. — Уолтер, слышишь меня?!

Нет ответа. Свечение не дрогнуло.

— Он не слышит, — Хэнк, подбежавший следом, анализировал ситуацию мгновенно. — Что‑то… что‑то использует его. Как канал.

— Я вижу, — Кай пригляделся. На уровне ци картина была яснее: связь, которая шла от Сасквоча вверх, в трещину, была не односторонней. «Некто» тянул энергию из Уолтера, выкачивал, как насос. И при этом защищал и вливал поток в разлом, расширяя трещину. Сасквоч был не просто каналом — он был живым ключом, который кто‑то поворачивал в замке. Своего рода преобразователь в нужный спектр.

— Всё херово, связь надо рвать срочно! — Кай сформировал импульс. — Хэнк, когда я ударю — оттащи его. Тупо в сторону. Он здоровый, но вариантов нету. Рванёшь — и тащи назад.

— Понял, — Хэнк встал за спиной Сасквоча, упёрся ногами.

Кай вложил ци в обе руки: «белый» — щит, чтобы не получить ответочку; «чёрный» — разрывающий импульс, направленный не в Уолтера, а в саму связь, в ту нить, которая шла от его груди к трещине. Кай вломил…

Импульс пошёл — и даже в физическом мире был слышен хруст, когда тот столкнулся с чем‑то. Не с Уолтером — с тем, что было по ту сторону. Связь дрогнула, и из трещины хлынуло давление — такое, что Кая, словно тряпку, отшвырнуло на три метра. Он перекатился, встал, сплёвывая кровь — из глотки, что набралась там от давления.

— Сука, бл*. Тварь по ту сторону — сильнее, чем я думал, — прохрипел он. — Оно держит его.

— Тогда нужно ещё, — Хэнк, не отлетел только потому, что вцепился в оранжевую шерсть Сасквоча и держался, как бульдог, рванул. Изо всех сил. Мышцы Хэнка были нечеловечески сильны, и Сасквоч сдвинулся — на полметра, на метр.

Связь дрогнула. Трещина в небе чуть сузилась. И тогда из неё раздалось… Что‑то…

Что это, звук, Кай догадался лишь по тому, что оглох: видимо, барабанные перепонки лопнули. Не вой, не рык — рёв. Такой силы, что деревья вокруг поляны пригнуло к земле, как от урагана. Логан, который добивал последнюю тварь, замер. Скотт схватился за голову. Джин вскрикнула и упала на колени: телекинез, который она инстинктивно подняла, чтобы защититься, не выдержал, и давление прорвалось. Курт, на дереве, вцепился в ствол так, что когти впились в кору.

— Что это?! — заорал в панике Скотт.

— Это — он, — указал Кай в разлом. Он ещё не слышал, но догадался, о чём Скотт спрашивал. А потом слух восстановился, и он услышал, как звон, что издавал портал, прекратился.