Все лоскутами.

А потом накрыла ночным покрывалом темнота. Осталось только бьющиеся сердце в висках.

— Мира, — голос Эдера вырвал меня из перемотки нашей жизни, и я снова посмотрела в его темные глаза. — Мы снова вместе, и в этоn раз все будет хорошо.

— Адлар, он знает? — это первое, что я спросила сразу же, как пришла в себя. В голове до сих пор гудело, но я сразу вспоминаю о нем, и о его злой душе.

— Что я помню о Петле. И теперь вспомнила ты? — Эдер закачал головой. — Нет, он ничего не знает. И это наша первая Петля, где мы встретились и вспомнили раньше, чем наш враг.

Внутри сразу же поселилась надежда. Она прорвалась через пелену тьмы и дыма прошлых сгоревших жизней. Как же все запутанно!

Эдерхард сжал мои дрожащие пальцы и посмотрел так тепло, что я неожиданно почувствовала слезы на щеках.

— Мира, — снова так ласково, — в этот раз все будет по-другому.

— Да, — согласилась я сразу, — мы победим.

— Ты так смотришь на меня, — проговорил Эдер и улыбнулся. — Не узнаешь?

— Привыкаю, — ответила я с улыбкой. — Мой разум еще не все вспомнил, но сердце все чувствует.

Эдер обнял меня в своих крепких объятиях, а потом усадил на свой плащ, который материализовал на траве. Я прижалась к Эдеру и подняла голову к небу. Звезды, такие яркие и огромные, не были земными; они принадлежали иному миру, в котором жил воин, что стал моей любовью.

Поверить в это было до сих пор сложно, но в теплых объятиях Эдерхарда все казалось достижимым, и земным. Будто мы отдыхаем у нас на опушке около нашей дачи.

Я грустно вздохнула, вспомнив бабушкины пирожки. Обе мои бабушки любили печь, и мы всей семьей усаживались за большой стол на веранде, чтобы обсудить дела, поболтать и почаевничать. Именно так, почаевничать.

Смогу ли я увидеться с ними еще раз…

— Скучаешь? — спросил Эдер и прижал меня крепче. Он потерял много близких, мои же потеряли только меня, и я собиралась вернуться в этот раз и разорвать Петлю, а потом… перейти к мир к любимому. Пока что у нас у обоих не было четкого плана на потом, сейчас стояла задача только «победить здесь и сейчас».

— Переживаю за своих. Боюсь, как бы им не причинили вред.

— Мы обязательно успеем защитить всех наших близких, а сейчас иди ко мне поближе, Мира, и насладись звездами. Я помню, ты рассказывала, что у вас из-за загрязнения их почти не видно.

— Да, здесь совсем другое небо.

Я так и уснула в объятьях моего Темного князя.

Как только утренние лучи коснулись верхушек деревьев, Эдер разбудил меня и поцеловал в темечко, наслаждаясь последними совместными минутами вместе. Я и не заметила, как уснула в его объятиях, привалившись к груди.

— Тебе пора, Мира.

Я кивнула и опустила глаза, в которых начала собираться соленая влага. Я не хотела расставаться с Эдером, и хоть все внутри меня было похоже на пепелище после огромного пожара, а мои чувства — на бушующий ураган, но его присутствие все равно дарило мне спокойствие и защиту.

— Скоро я снова прилечу к тебе, перед Охотой.

— Я буду ждать.

— И я буду считать дни, — ответил Эдер и поцеловал мои руки. — Береги себя и будь осторожна. В такой Петле мы еще не были, и не знаем наверняка, что нас ждет дальше.

— И ты будь осторожен. Адлар может захотеть убить всех нас раньше.

— Это правда, — с печалью в голосе подтвердил Эдерхард. — Мы оба должны быть внимательны.

— Да, — улыбнулась я Эдеру и провела рукой по его сильному предплечью. — До встречи.

— До встречи, — прошептал в губы Темный князь и поцеловал меня, а потом быстро скинув магией одежду обернулся в семаргла и взмыл в рассветное небо, укрываясь в облаках. Я простояла на месте еще минут пять, глядя в небо, что с каждой минутой становилось светлее, а лесная опушка вокруг просыпалась следом за лучами местного солнца.

В наш лагерь я вернулась после того, как умылась в холодной речушке. Взяла пару пустых кувшинов, что стояли около костра и сходила набрать воду. За этим занятием меня и застал Бирн.

— Рано ты встала, Мира. Плохо спалось?

— Да, мысли мешали, — кивнула в ответ.

— Выкидывай все перед сном из головы, чтобы отдыхать. Магический дар тоже истощается вместе с телом, а вы с Демьяном и работать с ним еще толком не умеете.

— Так у него же ничего не проявилось? — удивилась я, а Бирн только хмыкнул.

— Все у него есть, просто он не такой гибкий, как ты. Упертый баран, вот его проблема.

— Постараюсь помочь Яну раскрыться быстрее.

Бирн хмыкнул весело и подмигнул:

— Ему скорее Регина поможет, чем ты. Эмоции — хороший пинок для роста магии.

Да, эмоции точно могут раскрыть многое внутри, а уж в магии.

Бирн перехватил кувшин с водой и кивнул в сторону нашего лагеря.

— Пошли быстрее, а то там увидят оставленную еду, и все съедят, а вам еще сегодня целый день заниматься.

И ведь правда занимались целый день.

Тренировка далась мне легче, и хотя мышцы болели со вчерашнего дня, но тело будто стало чувствовать себя лучше, возможно, причина была в том что я обнаружила свой магический дар. А может, потому что сил мне придала встреча с Эдерхардом. Я знала, ради чего все эти усилия.

Глядя на мою упертость, подтягивался и Демьян. Он наконец-то прощупал свой дар от своей магии. Раскрыл его в заданиях Бирна, демонстрируя не менее полезный навык, чем мой.

Демьян управлял ветром.

Направлял потоки, чувствовал каждую траекторию, и очень умело, оказывается, руководил стихией воздуха.

Кто бы мог подумать!

Бирн с Илией наконец-то были довольны нами, а мы довольны собой.

Только под конец дня, когда и я, и Ян устали от тренировки навыков, Демьян поинтересовался:

— А как так получается, что мой дар вообще никак не связан со мной?

— Отчего же? — удивился Бирн. — Очень даже связан. Ты ведьмак, твоя сила в ритуальных словах, а слова мы слышим благодаря воздуху, так что твой дар делает тебя смертоносным.

Демьян удивленно посмотрел на меня, а я на него. И правда ведь, его сила была в заклинаниях. В силе тоже, но он прекрасно мог затуманить разум.

— А мой дар тогда откуда? — поинтересовалась следом за другом.

За Бирна ответила Илия.

— Корунд у нас является лучшим накопителем магии. Твой дар мог бы избавить нас, Мира, от черной проказы, которая, как плесень, расползается по нашей несчастной земле. За такой дар маг, на подобие Адлара, тебя бы убил, выпив без остатка. Ты — настоящее сердце, а не Рубиновое древо. Вот и весь ответ. Но еще ты можешь пускать острые каменья, как стрелы. А вместе с Демьяном так вообще будете непобедимыми.

Звучало замечательно, но для того, чтобы победить, нам нужно намного больше, чем просто два дара, к которому нам еще привыкать и привыкать.

И тренироваться каждый день, чтобы отточить навыки управления.

— Вот видишь, Мира, все у вас есть, — весело хмыкнул Бирн. — Вы бы раскрыли свой дар раньше, если бы умели слушать себя. Это магия всегда была с вами.

Я посмотрела снова на запыхавшегося Демьяна, которого Бирн заставил переносить силой ветра предметы, пока что мелкие и легкие, но от этого задание не становилась проще. И ответила:

— Сомневаюсь, что мы бы когда-либо раскрыли его в своем мире. Он перегружен информацией. Она течет ото всюду, остаться наедине с собой практически невозможно. Так что я уверена, что там мы бы никогда не раскрыли свой потенциал.

— Мне интересно увидеть ваш мир. Не представляю, на что он похож без магии. Вернее сказать, на что похож мир, который пытается уничтожить магию. Любая живая сфера стремится к порядку, к балансу, а у вас там полный дисбаланс, и вы продолжаете жить и развиваться. Очень интересно!

— Если бы ты увидел наши города, и почувствовал загрязнение воздуха, то точно разочаровался бы. К сожалению, земляне не очень умеют ценить то, что имеют.